Сергей Свой – Корона для Романовых. Императрица Виктория - 2 (страница 3)
— Иногда мне кажется, что половину чиновников проще выгнать.
Виктория спокойно ответила:
— Тогда вторая половина начнёт воровать ещё быстрее.
Николай случайно услышал этот разговор.
И впервые за долгое время искренне рассмеялся.
Позже он сказал Орлову:
— Удивительная женщина.
— Ваше величество?
Император медленно застегнул мундир.
— Англичанка, которая понимает Россию лучше многих русских.
Но настоящей слабостью старого государя стал первенец.
Маленький Николай.
Император был без ума от мальчика.
Хотя сам никогда бы в этом не признался.
Во дворце уже привыкли: если великого князя долго не видно, значит он где-то в кабинете деда.
Причём мальчик совершенно не боялся императора.
Что поражало всех.
Другие дети рядом с Николаем Павловичем обычно: молчали, терялись, пугались его голоса.
Но маленький Ники разговаривал с ним спокойно.
Иногда даже спорил.
И это почему-то ужасно нравилось старому государю.
Однажды Николай Первый разбирал карты Балкан вместе с военными.
Рядом тихо сидел внук.
Все давно привыкли, что мальчик любит слушать взрослые разговоры.
Один генерал раздражённо произнёс:
— Турки никогда добровольно не уйдут из Европы.
И вдруг детский голос спокойно заметил:
— Тогда нужно сделать так, чтобы им стало слишком дорого оставаться.
В комнате повисла тишина.
Генералы переглянулись.
Император медленно посмотрел на внука.
— И как же?
Мальчик чуть пожал плечами.
— Помочь тем, кто ненавидит турок сильнее нас.
Николай Первый неожиданно очень тихо хмыкнул.
А потом сказал:
— Продолжайте совещание.
Но после этого ещё долго молчал.
Позже вечером Орлов осторожно заметил:
— Государь… он пугающе умён.
Император долго смотрел в окно.
— Да.
— Вас это тревожит?
Николай медленно ответил:
— Меня тревожит другое.
— Что именно?
Старый государь очень тихо произнёс:
— Иногда мне кажется, будто он вспоминает, а не учится.
Он даже сам не понимал, почему ему пришла в голову эта мысль.
Но ощущение становилось всё сильнее.
А между тем семья наследника действительно была счастлива.
Редко.Почти невозможным образом — счастлива.
По вечерам в покоях Александра часто звучал смех детей.
Маленький Александр носился по комнатам, вечно что-то ломая.
Лизи обожала сидеть у отца на руках, цепляясь за золотые пуговицы мундира.
А старший Ники обычно наблюдал за всеми чуть со стороны.
Слишком внимательно. Слишком спокойно.
Иногда Виктория ловила этот взгляд — и у неё снова появлялось странное чувство.
Словно её сын временами знает о мире что-то, чего не должен знать никто.
Однажды ночью она нашла его не спящим.
Мальчик сидел у окна и смотрел на снег.
— Ники… почему ты не спишь?
Он долго молчал.
А потом тихо спросил:
— Мама… а люди всегда делают одни и те же ошибки?