Сергей Свой – Корона для Романовых. Императрица Виктория - 2 (страница 22)
Император холодно посмотрел на канцлера.
— Австрия десятилетиями считала,что Россия обязана спасать её от последствий собственной глупости.
Канцлер осторожно заметил:
— Но падение Австрии может разрушить равновесие Европы.
Николай медленно подошёл к окну.
— Оно уже разрушено.
А затем неожиданно добавил:
— Возможно, Европе давно пора стать другой.
Тем временем в Лондоне новости из Петербурга вызвали почти шок.
Палмерстон несколько раз перечитывал русские депеши.
И всё больше понимал: Россия меняет курс.
По-настоящему.
На одном из закрытых совещаний он тихо произнёс:
— Если Николай действительно не двинет армию в Европу —это конец системы Венского конгресса.
Один из министров тревожно спросил:
— И что тогда будет?
Палмерстон мрачно усмехнулся.
— Тогда начнётся настоящая борьба за будущее континента.
Но при этом в Лондоне понимали и другое:
если Россия не вмешивается — она освобождает колоссальные силы для собственных интересов.
Балканы. Проливы. Османская империя. Средняя Азия.
И британцев это уже начинало настораживать.
А в Петербурге тем временем происходило событие, которое никто из министров не ожидал.
Император неожиданно приказал начать подготовку большого доклада:
о состоянии крепостного права; о промышленности; о железных дорогах; о реформе армии.
Некоторые сановники были потрясены.
Один старый генерал даже пробормотал:
— Европа горит, а мы собираемся перестраивать Россию?
На что Николай ответил неожиданно жёстко:
— Именно потому, что Европа горит.
Но самым удивительным оставалось другое.
Теперь государь всё чаще советовался с внуком.
Неофициально. Только наедине.
И никому об этом не рассказывал.
Однажды поздним вечером он разложил перед Ники карту Османской империи.
— Ты говорил о проливах.
Мальчик внимательно посмотрел на Босфор.
— Без них Россия всегда будет заперта.
Император кивнул.
— А Англия?
Ники долго молчал.
— Если действовать грубо — она станет врагом.
— А если осторожно?
Мальчик поднял глаза.
— Тогда можно договориться.
Николай внимательно смотрел на него.
— Чем заинтересовать Британию?
И тут Ники впервые сказал вещь, которая поразила даже старого императора.
— Америкой.
Николай нахмурился.
— Что ты имеешь в виду?
Мальчик медленно подошёл к карте мира.
И указал на Соединённые Штаты.
— Они слишком быстро растут. Слишком богатеют. И однажды станут опасны для всех.
Император молчал.
— Британия боится сильных морских держав. Особенно торговых.
Ники кивнул.
— А Россия может помочь сделать так, чтобы США были заняты собой.
В комнате повисла тяжёлая тишина.
Потому что это уже были рассуждения не ребёнка.
И даже не политика XIX века.
А человека, мыслящего столетиями вперёд.
Наконец Николай тихо спросил:
— В твоём времени Америка стала очень сильной?
Ники посмотрел на карту.