Сергей Стариди – Вклад до востребования (страница 16)

Он знал примерно, но почему-то не хотел говорить.

Бабушка смотрела на него внимательно, но не так, как утром. Не проверяла цвет лица, дыхание или руки. Теперь она смотрела будто глубже — туда, где у него появилось что-то новое и самовольное.

— Куда ходили?

— К слободе.

— На реку?

— Нет. То есть рядом. Не купались.

— Я про купание не спрашивала.

— Ба.

— Что «ба»?

— Ты именно про него спрашивала.

Она вздохнула.

— Миша, я не против, чтобы ты гулял.

Он поднял глаза.

— Правда?

— Правда. Я против, чтобы ты делал глупости.

— Это разные вещи?

— Очень.

— А если я просто гуляю с девчонкой, это глупость?

Бабушка посмотрела в окно. Во дворе кто-то включил магнитофон громче, и на несколько секунд кухню заполнила чужая весёлая музыка. Потом кто-то крикнул: «Тише сделай!» — и музыка стала глухой.

— Нет, — сказала бабушка. — Это не глупость.

Ответ должен был обрадовать. Но отчего-то Миша насторожился сильнее.

— Тогда что?

— Глупость — это когда начинаешь доказывать, что ты можешь всё.

— Я ничего не доказывал.

— Сегодня — нет.

— Почему ты всё время говоришь так, будто я завтра обязательно кого-нибудь ограблю?

— Потому что я тебя знаю.

— Ты знала маленького меня, а я вырос.

— Тебя любого хватает.

Он отвернулся, чтобы не улыбнуться.

Бабушка заметила. Конечно.

— Нравится она тебе?

— Ба!

— Что «ба»? Нормальный вопрос.

— Ненормальный.

— Почему?

— Потому что.

— Хороший ответ. Сразу видно — десятый класс.

Миша почувствовал, что опять краснеет, и разозлился уже без настоящей злости.

— Она просто показала мне слободу.

— Слободу ты и без неё знал.

— Не так.

Бабушка услышала это «не так». Он понял по тому, как она чуть опустила глаза.

— Завтра опять пойдёшь? — спросила она.

— Не знаю.

— Знаешь.

Он промолчал.

— Куда?

— Просто погулять.

— Куда, Миша?

Он долго крутил в пальцах хлебную корку.

— Может, к Дичковскому.

Бабушка перестала двигаться.

Не резко. Не театрально. Всё в ней стало неподвижным: рука на столе, плечи, взгляд. Даже телевизор в углу вдруг показался слишком громким, хотя звук был едва слышен.

— Я сказала: до озера не ходи, — произнесла она.

— Ба, я не один.

— Это ничего не меняет.

— Там все купаются.

— Именно.

— Что именно?

— Все — не значит ты.

Слова ударили точно. Миша откинулся на спинку стула.

— Спасибо.

— За что?

— За напоминание.