Сергей Сергеев – Принцип Вектора (страница 6)

— С-спасибо, – поблагодарил Чистик и взял яблоко.

Он действительно уже больше суток ничего не ел. И поэтому сразу впился в яблоко. Оно было сладким и сочным. Он меньше чем за минуту оставил от него огрызок. Так как одно яблоко не могло утолить внезапно нахлынувший дикий голод, он раздумывал съесть и огрызок. Чистик нередко за свою не очень обеспеченную жизнь делал так, но боялся, что его спутник мог отреагировать с отвращением на такой акт хозяйственности. Свежо предание: неуверенный в себе зависит от оценки окружающих.

В то время, как Чистик дожевывал последний кусок сладкой мякоти и как-то чересчур сконцентрировался на огрызке, Вектор остановился и с театральной паузой извлек из того же кармана склянку с мутной жидкостью, полученную им от Тома. Убедившись, что внимание Чистика приковано к склянке, Вектор изменился в лице и низким, проникновенным голосом серьезно произнес:

— Все, дружеская беседа окончена. Это – эликсир истины крайней меры. Яблоко, которое ты съел, целиком пропитано им. Сейчас я задам вопросы, а ты на них ответишь. Но учти, если ты хоть немного соврешь, то последствия… Рвота, кровотечение из ушей и далее по списку. Ощущения незабываемые.

Чистик побледнел, выронил огрызок яблока, а одной рукой схватился за живот. Его глаза наполнились страхом, но в то же время выражение его лица подсказало, что он ждал вопросов. Вектор не был жестоким человеком, но он обрадовался. Не страху, а тому, что его трюк сработал на все сто.

— Ты хочешь мне навредить? Кто твой наставник и вообще есть ли он? Что вы делали здесь? Что ты знаешь об этих тварях?

— Н-нет. Я-я не хочу тебе навредить. Я вижу тебя впервые, и ты дважды с-спас меня, – тихо начал Чистик, но с каждым словом он говорил громче и увереннее. – Я личный помощник архимага Теодора Седосвета пятого, высшего магистра кафедры временных изменений Магической академии. Он почти всю жизнь потратил на изучение времени, а также магических артефактов, связанных с ним. Мы неделю назад выехали из столицы для того, чтобы исследовать в этих лесах древние эльфийские руины. Последнее время он плохо себя чувствовал, но эта поездка воодушевила его. Все время что-то лепетал про эльфийские ритуалы и врата во времени, что нам надо спешить. Приехав в город, мы сразу же отправились в лес. У него была карта. День мы потратили, чтобы добраться до руин. Когда мы подобрались достаточно близко, я остался и стал разбивать лагерь. Он же отправился осмотреть их. До темноты он так и не вернулся. Утомленный дорогой и лесными похождениями, я уснул в наспех разбитой палатке. Но потом меня разбудило странное голубоватое свечение, заполнившее лес. Стало светло, как днем. Источник свечения был у руин. Архимага нигде не было. Я стал звать его. И даже осмелился отправиться к руинам. Но вдруг…

Чистик остановил рассказ. Его глаза вновь остекленели. Вектор достал флягу, отпил сам, чтобы показать, что питье безопасно, и передал её парню. Он взял флягу и сделал несколько жадных глотков. Колодезная вода полилась по его подбородку. Он вытер её грязным рукавом, а потом продолжил:

— Свечение прекратилось… Нет… Не прекратилось, а стало темным, оно по-прежнему казалось всепроникающим, но другим. Я никогда не видел чёрного света, но это был он. А затем погасли звёзды. И пропали звуки. Я оцепенел. А потом появились они. Эти существа. В огромном количестве они плыли над землей. Вдруг все они раскрыли пасти. После оглушительной тишины раздалось это шипение, переходящее в визг, только в сто раз громче того, что мы слышали. И я побежал. Я забыл о наставнике, о нашей миссии, пусть и не до конца понимал, в чём она заключалась. Я спасался. Пробегая мимо лагеря, я схватил то, что попалось под руку, а именно этот мешок, после чего пустился куда глаза глядят. По шипению я понимал, что твари рядом. Боковым зрением я видел, как они плыли в чаще вокруг. Они заполонили лес. Я продирался через заросли несколько часов кряду. Падал в ямы, даже в болото. Но дикий страх заставлял меня двигаться вперед. Дороги я не разбирал, о том, чтобы сориентироваться не было и речи. Утро застало меня вымотанным. Сильный страх отступил, но тревога засела в голове. Лес был настолько густой и непроходимый, что лучи солнца с трудом пробивались через кроны. Я не знаю, сколько я ходил по лесу, осмысливая произошедшее. Когда моё сознание решило, что все это дурной сон, я вышел из леса. Уже стало темно и, добредя до камней, где ты нашел меня, я, лишившись последних сил, провалился в сон. Дальше ты знаешь.

Эту часть своей истории Чистик, неожиданно для себя самого, поведал глядя Вектору прямо в глаза. Может, Чистик действительно владел магическим даром, отчего Вектор будто бы видел в своих мыслях эпизоды его рассказа. Что точно подсказывало ему чутьё – паренек не врал. Может быть, он упустил некоторые детали, но не от того, что хотел скрыть их от Вектора. Им ещё предстоит разобраться в ситуации как партнерам. Чистик своим рассказом заслужил доверие Вектора. Чутьё подсказало, что нужно отплатить парню тем же.

Вектор воткнул свой посох в рыхлую землю дороги. После чего приблизился вплотную к парню и обеими руками взял его за плечи, глядя в глаза, отчего Чистик опять немного потупился. Вектор дружелюбно сказал:

— Я верю тебе. Не из-за зелья, оно так, для подстраховки. Не знаю, что вы там разбудили, но проблема не только в лесу. Этот город накрыла временная аномалия, из-за которой там никогда не наступит завтра. А хуже будет, если эти существа выйдут из леса и порубят всех на салат. Так уж случилось, что только мы знаем, что происходит. Поэтому будем действовать вместе. Информации мало, нужно отступить в город и составить план. К нашему счастью, из опасностей там пока только несвежее пиво.

Чистик впервые с их встречи улыбнулся. Он поднял с земли свой мешок, порылся в нем и достал два предмета. Потрепанную книгу для записей в потертом кожаном переплете, на обложке которой был символ из трех перекрещивающихся окружностей и помятый старый свиток, перевязанный тонкой волокнистой веревкой.

— Это дневник Архимага, в который он годами записывал данные своих исследований, а также карта, по которой мы нашли развалины, – довольно сообщил Чистик. – Здесь полно информации, которая поможет нам во всем разобраться.

— Вот это научный подход! – сказал Вектор, одной рукой забирая артефакты, а другой приобнимая Чистика за плечо и увлекая его за собой в сторону города. – Пойдем, коллега. Спасение города нельзя начинать на пустой желудок. Я знаю тут одно место.

Двери трактира «Последний приют» резко распахнулись. К раздраженному удивлению трактирщика Тома в дверном проеме появились две фигуры. Одна – незнакомая, в грязном плаще и несущая на плече мешок, размером с туловище собственника фигуры. Вторая – превышающая в росте первую на голову, тощая и чересчур активная. Что хуже всего, до боли знакомая.

— Том, дружище, как видишь, троллям я не по зубам. К моему удовольствию и твоему достатку, наши исследования продолжаются. По нашему уговору я обеспечиваю тебя клиентурой, а ты продолжаешь радовать сервисом. Постели такие же чистые, эль хмельной, а похлебка наваристая? – вошел в раж Вектор.

По какой-то причине, мало понятной Тому, он был рад видеть вновь, да ещё живым и здоровым, этого разгильдяя. Трактирщик вторым взглядом оценил потрепанного спутника волшебника.

— Это, что ли, богатый и влиятельный спонсор исследований? – с сомнением спросил хозяин.

Вектор, опершись на стойку, энергично закивал:

— Он самый. Ну то есть один из них. Как видишь, все мы в трудах по руинам и подземельям. Нет времени переодеться. Наука превыше всего. Для неё ничего не жалко… Кх-м-м! – Вектор кивнул Чистику, чем дал общеизвестный знак обеспечить дальнейший диалог с представителем коммерции.

Чистик, понял, что от него хотят, быстро сориентировался и после того, как несколько секунд пошарил рукой в мешке (её он засунул туда по плечо), извлек на свет и положил на стойку перед Томом золотую монетку.

Глаза трактирщика заблестели. Он мысленно поблагодарил богов, что времена настоящих, то есть состоятельных, волшебников вернулись. Золотом у него последний раз расплачивались как раз они, когда Тупик ещё представлял для них интерес. То есть во времена почти что исторические. К тому же сумма, лежащая сейчас на стойке, обеспечивала ему недельную поставку провизии.

— Две комнаты, свежие постели! Пива и мяса гостям! – крикнул Том в помещение за стойкой. Монета уже лежала у него в кармане.

— Мы будем за столом в углу. И принеси, пожалуйста, ещё сыра, он нам сегодня жизнь спас, – кинул Вектор, направляясь к самому уединенному и темному столу в помещении.

На протяжении нескольких часов Вектор пытал Чистика, выведывая у него подробности исследований архимага Теодора. Чтобы дополнительно внушить Чистику, что он тоже «в теме» Вектор рассказал, что студенты называли Теодора «Редкосветом», из-за проплешин не только в его волосах, но и в бороде.

И Вектор знал, о чём говорил, ведь он сам придумал эту кличку. Самого почтенного архимага он помнил весьма смутно, потому что его лекции о времени служили прекрасным снотворным. Теодора же нисколько не смущал повальный сон студентов на его занятиях, ведь он самозабвенно предавался рассуждениям о природе времени и рисовал схемы парадоксов до тех пор, пока аудитория не опустеет, и следующий преподаватель не попросит его покинуть кафедру. Также он являлся постоянным резидентом ранее описанного «изолятора исследователей времени». При этом самым древним и на протяжении длительного времени единственным.