Сергей Сафронов – П.А. Столыпин: реформатор на фоне аграрной реформы. Том 1. Путь к политическому олимпу (страница 48)

Особенность крестьянского движения весной–летом 1905 г. П.А. Столыпин видел не только в его размахе. Характеризуя его весной, он отмечал, что оно незначительно для такой беспокойной губернии, как Саратовская, хотя и превышало средний общероссийский уровень. Масштабы летних выступлений сравнивались с масштабами 1903 г. И только крестьянские выступления, имевшие место осенью 1905 г., он сравнивал с крестьянской войной. Особенность движения в 1905 г., по мнению П.А. Столыпина, заключалась в том, что в крестьянской среде значительно усилилось недоверие к власти. Такое положение дел действительно имело место в жизни страны и губернии. Среди крестьян в целом созрело понимание необходимости борьбы с существующим режимом. За январь–июль 1905 г. в губернии было зарегистрировано 10 выступлений против местной администрации и полиции[317]. Если в 1903–1904 гг. большинство крестьян губернии верило власти и ожидало улучшения своего земельного положения от нее, то в 1905 г. вера поблекла[318]. П.А. Столыпин это ясно осознавал. События приобретали неблагоприятный для власти оборот, еще весной 1903 г. вызвавший оправданные опасения у губернатора.

Важным эпизодом во время губернаторства П.А. Столыпина в Саратовской губернии была так называемая «малиновская резня», которая произошла осенью 1905 г. К этому времени Малиновка была волостным центром, крупным селом с 300 дворами и церковью. Село делилось на две части. В «черном» конце Малиновки жили 59 % зажиточных крестьян, владевших по 35–140 дес. земли, 2–3 лошадями. В другом, «красном» конце – бедняки (41 % населения, 54 % дворов). В 1900 г. в Малиновке сложилась подпольная бедняцкая организация, в которую вошло более 20 человек. Организатором и руководителем крестьянского кружка был бывший конвоир Ф.Е. Синёв. К началу 1905 г. малиновские подпольщики имели группы в селах Змиевке (Змеевке), Каменном Враге (Каменке), в деревнях Песковатке, Драгуновке, Рулевке, Ерышовке и др. 23 октября 1905 г. в Малиновке собрался сельский сход, на котором волостной старшина Малиновской волости В.С. Панкрашкин зачитал Манифест от 17 октября 1905 г., доставленный в волостное правление конным нарочным. За одобрение Манифеста высказались крестьяне «черного» конца Малиновки, в частности Косичкин, братья Поповы, хлеботорговец Грачев. Однако многие крестьяне посчитали, что этот Манифест был издан «для господ», а настоящий «крестьянский» о наделе землей господа спрятали[319].

24 октября 1905 г. из Малиновки в депо Ртищево группой Ф.Е. Синёва были направлены связные для выяснения обстановки. 25 октября группа Ф.Е. Синёва через участника малиновского кружка, работавшего стрелочником на ртищевском железнодорожном узле, В.Н. Макеева получила указание из Ртищева забрать и разделить хлеб из окрестных поместий. Вечером того же дня «красная» половина села собралась на сход. Присутствовало около ста человек. Было принято решение о выступлении на хутор Сусанова, арендовавшего в 7,5 км от Малиновки удельную землю, чтобы забрать из его амбаров хлеб и семена, а с ферм – скот и разделить среди крестьян, о чем известили малоимущих крестьян Каменки, Змеевки, Песковатки и других населенных пунктов Малиновской волости. 27 октября 1905 г. утром более ста подвод со всей Малиновской волости направились на хутор Сусанова. Когда подводы приблизились к хутору, землевладелец сбежал. Крестьяне сбили замки с амбаров. Зерно выгребали и в мешках, и россыпью. До обеда направили в Малиновку, Бахметьевку, Сафоновку и Песковатку 180 подвод с зерном, после обеда – еще более 200 подвод с зерном в другие села и деревни волости. После разграбления хутор сожгли. Днем полковник Н.Д. Свиридов телеграфировал из Салтыковки П.А. Столыпину: «Сего числа по донесению Малиновского волостного правления восемьдесят подвод села Малиновки и деревни Песковатки отбыли в Балашовский уезд на хутор Сусанова с преступными намерениями». Сам Сусанов телеграфировал губернатору уже из Ртищева: «Грабят, жгут имение удельного ведомства Мещеряковской волости. Прошу помощи. Выгнали всех»[320].

Вечером было проведено совещание в доме Ф.Е. Синёва. Избрали Совет действия, установили связь с окружающими селами. Приняли развернутый план и назначили ответственных. Утром 28 октября 1905 г. бунтовщики разграбили и сожгли имения помещицы Бон (Червяковой), находившиеся в 320 метрах от железнодорожного разъезда Платицинский (возможно Софьино), и Дружинина, имение которого располагалось близ деревни Песковатки. Всего зерном и мукой загрузили 500 подвод. Кроме того, из господских конюшен безлошадным крестьянам раздали лошадей. В имении Бон бунтовщики также захватили много огнестрельного оружия. Разграбление имения Бон происходило на глазах шестерых солдат, присланных для охраны разъезда. Солдаты хотели дать по бунтовщикам залп, однако им запретил это делать унтер-офицер, так как не имел соответствующего распоряжения от начальства. Вечером того же дня часть бунтовщиков отправилась в село Каменный Враг (Каменка) Балашовского уезда, другая разграбила и сожгла имение Симоновой в Новопавловке. Из имения Симоновой всех коров увели в Малиновку, где их зарезали и поделили. В тот же день были разгромлены имения Н.Н. Лихарева в Уваровке, Свиридовых в Бахметьевке, Крузо, Епишевского, Лещева, Кривской в Борках и других местных землевладельцев.

В восстание включились села и деревни до восьми волостей трех смежных уездов – Сердобского, Балашовского и Аткарского. Полковник Н.Д. Свиридов опять телеграфировал П.А. Столыпину: «Движение развертывается, сожжено имение Бон. Пожар в Малиновке. Волостное начальство спаслось бегством. Необходимы войска». Корреспондент газеты «Приволжский край», находившийся на станции Салтыковка, сообщал: «Каждую ночь виднеется зарево пожаров в 6–8 местах… сгорели имения помещиков и купцов: Лихарева (земского начальника), Михайлова, Сусанова, Лещева, Червяковой, Кривской, Устинова, Крузе, Деконского, Янишевского, Фрейгинг, Голубиевской, Шимановской, княгини Гагариной и других… Все пожары производятся крестьянами. Помещиков предупреждают об этом заранее, причем им разрешается забрать движимость. Рассказывают, что крестьяне свои действия объясняют так: «Земля и хлеб наши, движимость ваша, постройки же нужны нам, и мы их приносим в жертву своим предкам, из которых вы пили кровь». Как только разбирают хлеб, сразу же зажигают строения». В ночь с 28 на 29 октября в Малиновке были сожжены дома церковного причта (священника и дьякона)[321].

27–28 октября 1905 г., в имении помещицы Свиридовой, собралось собрание местных реакционеров. На нем присутствовали помещики: Н.Н. Лихарев (бывший земский начальник 8-го участка Сердобского уезда), Десницкий, И.С. Симонов; духовенство: священник Малиновской церкви Н. Николаевский, псаломщик Архангельский, дьякон Селезнев; хлеботорговцы (например, Белоусов), лавочники, полицейские, зажиточные крестьяне, а также полковники В.А. Янишевский и Н.Д. Свиридов, назначенный земским начальником. Согласно принятому плану, волостной старшина В.С. Панкрашкин выехал в Змеевку и Ерышовку, а староста И. В. Гурьянов – в Бахметьевку, Сафоновку и Песковатку, где они начали агитацию против бунтовщиков, обвиняя «забастовщиков» в намерении осквернить и сжечь церковь, называя их «безбожниками». Под предлогом защиты церкви от осквернения и кощунства, насилия над духовенством со стороны безбожников и бунтовщиков планировалось поднять верующих, а затем в шуме и суматохе устранить зачинщиков грабежа дворянских имений. Из домов причта были заранее вынесены вещи, а сами священники отбыли в Змеевку «будоражить людей», настраивая их против бунтовщиков.

Согласно другим данным, якобы вернувшись из Каменного Врага, бунтовщики устроили пьяный погром в Малиновке. Последователи Синёва изрубили окна и двери в земской школе, из которой выбросили и осквернили икону святителя Николая Чудотворца. Вслед за этим бунтовщики подожгли дома причта, располагавшиеся посередине села. Священник еще накануне скрылся в селе Змиевке, дьякон укрылся на старой мельнице. Псаломщика бунтовщики оттаскали за уши, а беременную дьяконицу раздели догола и подвергли издевательствам. Сбежавшемуся на пожар народу бунтовщики, угрожая огнестрельным оружием, не позволили тушить огонь. По селу прошел слух, что бунтовщики хотят поджечь церковь и волостное правление, а затем начать громить тех, кто не участвовал в бунте. Жители Малиновки запросили соседние деревни о помощи.

Утром 29 октября 1905 г. началось избиение «забастовщиков» и погром их домов. В расправе над бунтовщиками участвовали крестьяне «черной» половины Малиновки совместно с крестьянами из соседних сел – Змеевки, Песковатки и Крутца. Вооружившись ружьями, топорами, вилами, ножами и ломами, они окружили Малиновку, перекрыли все дороги. Одним из первых был убит руководитель малинов-ского кружка Ф.Е. Синёв, а также его ближайшие соратники С.Н. Шатаев, М.Е. Акинин, Н.Е. Пучков и П.И. Серебряков. Избиение «красной» части села Малиновки продолжалось два дня – 29 и 30 октября. После этого оно перекинулось и на смежные селения. Всего, не считая большого количества искалеченных, было убито: в Малиновке – 42 человека, в Песковатке – 4 и в Крутце – 2 человека. Трупы валялись на улице. Родным не разрешалось хоронить убитых. На третьи сутки тела казненных стащили в овраги и свалили в общую кучу. Пятьдесят домов было разграблено и сожжено. Бунтовщики села Крутец, дав отпор черносотенцам, пошли на разгром хлебных складов, располагавшихся на станции Салтыковка. Однако там они были встречены карательными войсками полковника Зворыкина, который прибыл в ночь с 27 на 28 октября 1905 г. с 5 ротами пехоты и с 325 казаками[322].