Сергей Руденко – Конунг: Королевский тракт (страница 48)

Скромно приткнувшись позади мастеров, молодежь замерла в ожидании новостей…

Многие из тех, кто пришел в этот зал, в Виндфан попали сильно не по своей воле.

Игорь об этом, конечно же, помнил, и не упустил возможность изучить настроения. Как ни странно, кроме волны интереса и ожидания, многие излучали самый настоящий верноподданнический восторг.

«С другой стороны, здешнюю жизнь ведь не сравнить с их прежней, ну что они видели у себя дома? Прямую как стрела дорогу к серой и скучноватой жизни. Не всегда даже сытой, не говоря уже о том, чтобы быть интересной…»

В большинстве случаев жреческий дар и впрямь позволял понять настоящие чувства людей. Тем более что в обычной жизни умение обманывать одаренного — штука редкая. В конце концов, здесь ведь собрались не профессиональные придворные, для которых такое умение — некоторым образом гарантия жизненного успеха. Обычным людям и в самом деле было очень непривычно врать «внутри себя», хотя некоторые старшие мастера явно лишь изображали «воодушевление».

Найдя взглядом бывшего мастера-кузнеца замка Бринмор, с которого фактически и начиналось нынешнее многолюдство, Игорь не рассмотрел в нем ничего кроме спокойного ожидания, хмыкнул про себя, подумав, что уж в его искренности по-прежнему можно быть уверенным, и понял, как он начнет сегодняшний разговор:

— Мастер Эйнион[110], раз видеть тебя в добром здравии! Нынешнее мое задание Виндфану будет иметь прямое отношение к твоей главной профессии оружейника, — успокаивающе взмахнув рукой, чтобы тот не вставал, ярл продолжил уже для всех. — Хочу похвалить ваши таланты: броня, что выходит из здешних мастерских, очень хороша, и спасла за время моего нынешнего похода немало жизней. Однако открылось в ней и два больших недостатка. Во-первых, конечно, цена, — бывший журналист не упустил возможность пошутить, — а во-вторых, это вес и утомляемость…

Игорь на несколько секунд прервался, чтобы собраться с мыслями.

— Лично видел, как воины теряли сознание от жары в наших доспехах. Поэтому я решил, что да, они очень надежны, но не годятся для коронных и уездных «сотен», от которых требуется много скакать по жаре. А потому поручение у меня будет такое: вы продолжите пока делать нынешние брони, но только для моих придворных воинов. И совсем новые брони для Старшей дружины, и прежние — для хускарлов да Младшей дружины…

Но отныне главной силой у треверов будет конница. Пехотой у нас в марке останется только Большой полк ополчения, Младшая дружина и корабельные команды, что станут набираться среди желающих.

А для коронных и уездных отрядов вы изготовите новую броню.

У меня на родине такой доспех назывался «юшманом»[111]. Он соединяет в себе кольчугу и хорошо откованные пластины разного размера, сплетенные в единое целое, что будут прикрывать самые уязвимые места на теле всадника. Живот, грудь, спину… При этом на животе пластины будут самые крупные и надежные, с перехлестом, потому что коннице опаснее всего — именно другая конница, а от пехоты, если не глупить, то она может просто уйти, и напасть, когда ее не будут ждать.

Когда я распущу армию, к вам приедут самые опытные ветераны-всадники. К этому моменту вы должны уже изготовить несколько пробных доспехов, — вспомнив о личной заинтересованности мастеров именно в продажах, Игорь не забыл упомянуть и другой важный момент. — Кстати, Большой полк я собирать в походы больше не буду. По своему желанию треверы смогут ходить в походы только конные. И вот именно им вы и сможете продать немало таких броней! После нынешней добычи очень многие из них смогут и безусловно захотят прикупить его, стоит только предложить…

Последнее замечание вызвало явное оживление среди собравшихся. Многие из них заулыбались, но все же терпеливо остались на своих местах, ожидая, закончился ли разговор или нет.

— Можете спрашивать, раз уж я сегодня здесь и время пока есть!

— Господин, — раздался бойкий голос из рядов подмастерьев, — а можно не о новой броне. Там пока все понятно…

На лицах некоторых формалистов вопрос пацана вроде как вызвал осуждение, но дар жреца подсказывал, что почти все поддерживают этот подход, и пока им и впрямь нечего уточнять именно по заданию.

— Задавайте те вопросы, какие у вас есть, — с улыбкой разрешил он.

— Господин, многие подмастерья сначала построили, обучились бить из требушетов, а потом и ушли с осадным обозом по твоему призыву. Они… как они там?

— Начну с самого главного. Стреляли они метко, но во время битвы стояли в задних рядах моего войска. Потому раненные среди них есть — в бою ведь иначе не бывает, — а вот жизней, насколько мне известно, никто из мастеров не потерял…

Вот теперь нетерпение участников прорвалось.

Большая часть молодежи вскочила, кто-то принялся обниматься, кто-то попытался вот прямо сейчас пересказать возникшие у него мысли… В общем, ответ на главный вопрос люди получили, в итоге — шум, гам, кавардак.

Вопросительно глянув на ярла, Старший над кузнецами, мастер-распорядитель Эйнион «Два Ума» замер, готовый призвать всех к порядку, но Игорь со смехом отмахнулся, и дружески подхватив его и Анвара под руки, решил перейти в личные покои здешнего начальства.

— Пусть шумят! Собрались же самые активные и зубастые? Рад, что помимо учебы и соперничества, у них хватает сил и жара сердец еще и на дружбу! А мы с вами пока немного поболтаем… К вечеру пусть организуют небольшой праздник для всех. По-настоящему загуляете, когда ваши вернуться, но и сейчас, наверное, можно!

* * *

Покои Анвара и Натальи, вторая половина дня

У Игоря, естественно, был и свой собственный этаж в виндфанской цитадели. Но его поддерживали в такой стерильной чистоте, что не смотря на роскошь обстановке тот казался пустым. Ни каких его личных вещей там давно уже не было, поэтому в свои нечастые приезды Игорь предпочитал проводить время у друзей, а туда — уходить лишь на ночевку. Не стал исключением и этот раз.

Внутри нашлась и коварно уведенная Лиоба.

В присутствии множества немолодых людей она немного стеснялась, но соскучившись, все равно тут же рванула к Игорю и привычно устроилась слева от него.

Осознав вводные, хозяйка здешних палат, а по совместительству — и госпожа комендантша всей крепости, — отдала пару негромких команд, и знакомые широкие столы тут же начали заполняться всякой снедью. Почти тут же в зал появились и другие «допущенные к начальственному обществу».

Разговор недолго покрутился вокруг полученного задания, и как-то незаметно переключился на смежную тему. Местных больше всего интересовало понимание Игорем того, как изменится военное дело в ближайшее годы, ну и некоторые новые подробности почти завершившейся войны. Постепенно увлекся даже Анвар, в целом мало увлеченный всей этой военной суетой.

— …неожиданные удары с кораблей, конечно же, по-прежнему будут очень важны, Рихас останется главной военной дорогой Эйдинарда, но в поле все больше станет править бал конница. Таранный удар тяжелой кавалерии в долине Штейнхайм — он очень много изменит в головах здешних воинов. Чтобы представлять собой серьезную силу, почти все желающие жить с меча будут вынуждены пересесть на коней и освоить необходимые умения.

Дождавшись пока ему нальют новый кубок, Игорь продолжил:

— Особенность встречного конного боя состоит в том, что сторона, что к моменту столкновения сильнее разгонит своих коней, получает преимущество. Но под тяжелыми воинами большинство из животных не смогут долго бежать. Полсотни, сотня метров в мах — и все, выдохлись. Так что разгоняться слишком рано опасно, это может вымотать лошадей, и сделать всадников беззащитными перед чужой атакой. Только от опыта командира зависит, когда начать разгон, но откуда у меня такой опыт? И хотя с ударом по пехоте все куда как проще, но тоже… знаете ли, никаких гарантий…

— Мой ярл, расскажи им, как ты придумал выйти из положения! — раздался голос Гильмо, старшего из телохранителей, и заинтересованные голоса других гостей, тут же подхватили предложение.

— Ладно, слушайте! — легко согласился ярл. — Да, если есть возможность не рисковать победой, то я и не стану этого делать. Не поверите, но чтобы не ошибиться с началом конной атаки, пришлось накануне битвы нагрузить нескольких боевых коней, и прогнать их по запланированному маршруту. При этом чтобы не засветить саму идею наблюдателям со стен, всадники были в обычной походной одежде, а разницу в весе боевого железа, заполнили камнями…

В общем, фризы теперь знают настоящую всесокрушающую силу всадника с копьем, и когда я распущу свою армию, каждый наемник станет сыпать серебром повсюду, и рассказывать об этом. А ярлы, таны и прочие правители, из тех, что поумнее, развяжут мошну, и станут скупать хороших скакунов и заказывать правильные боевые седла, шпоры и длинные копья.

Здесь, в центре Эйдинарда и в ближайших землях на востоке — хватает открытых пространств. Да и на западе они есть… А батавы, как вы помните, давно пересели на коней, и только правильно использовать их раньше не умели… Так что среди фризов в ближайшие годы станут воевать лишь всадники! Да, небогатые племена, живущие в гористых и нищих местах, смогут сохранить старые традиции, но и их лучшие воины будут стремиться изыскать серебро на доброго коня и все прочее… — подытожил он.