Сергей Рубенцев – Хрусталь неизведанного (страница 3)

«Смотрите сюда!» – Вдруг воскликнул Фёдор Сарнов, и фонарь его метнулся куда-то вперёд и вниз одновременно.

Мы даже не поняли до конца масштаб ущелья – фонари наши могли осветить только часть пещеры. И мы увидели руку, огромную, каменную, держащую в руках книгу.

Дальше фонари наши не доставали. В голове я додумал облик памятника – и мне он представился огромным.

В глубину ущелья, несколько сот метров высотой, где-то там, в самом центре пещеры, возвышался он, олицетворяя величие древней цивилизации.

«Надеюсь, они вымерли» – Один из геологов попытался оттереть лоб, но забыл, что он был в водолазном костюме.

Эта реплика ввергла меня в судороги. Вымерли – да, несомненно. Надеюсь, так оно и было. К каким знаниям могла вести эта пещера? Что скрывала?

Неожиданно впереди что-то загрохотало – огромная несуразная рыба, нет, настоящий монстр выплыл к нам. Большой, необъятный, с широкой пастью, тупым блеском тёмных как мгла глаз, он направился к нам.

Не было и секунды промедления – все, как один, устремились к катушке, общими усилиями стали взбираться вверх, туда, где есть солнечный свет.

Пещера задребезжала. Монстр проплыл мимо.

Несколько минут, может, и больше – но они показались нам часами – мы взбирались всё выше, доплыли до входа в ущелье и дальше вверх – ко дну древнего и тайного озера.

Когда мы были уже у самого выхода, Сарнов достал камеру, сделал несколько беглых снимков, воскликнул:

«Это прорыв! Новое научное открытие!»

Но я не слушал его безумных окриков. Хотел, как и все, только поскорее выбраться оттуда.

И вдруг ущелье затряслось. Огромное существо, которое мы уже видели, выплыло к нам из пучины не только глубин, но и целых веков, тысячелетий, что разделяли нас.

А вверху показалось нечто поменьше – то, что задело трос, когда мы спускались. Они окружили нас.

Мы стали взбираться выше. Клетка пошатнулась – раз, второй. Ещё не больше полусотни метров до дна – надо только вытерпеть. Мы почти поднялись.

И внезапно та тварь с глубины решила подобраться выше, содрогнулось ущелье, так как то было уже ей не по размерам – несколько глыб откололись, подбили монстра, и тот рухнул вниз, заваливая себя и единственный проход к древнейшей пещере.

А сверху существо поменьше продолжало нарезать круги над тросом. Секунда – и пасть впилась в трос, с нескольких попыток расшатала его, прогрызла, и клетка, отделившись от единственного пути выхода на поверхность, стала падать.

Сарнов вмиг попытался толкнуть меня, ухватиться за катушку, но я пнул того, думая в тот момент только о спасении. Вместе с другими геологами Фёдор провалился вниз, на глубину, и остался там навсегда.

А я, истощённый, под жутким давлением, не зная, как, стал ползти вверх. Не понимаю, как бы я это смог сделать – всё равно бы погиб, но, благо, наверху что-то поняли и трос стал медленно подниматься.

Монстр, что уничтожил клетку, скрылся. Фотоаппарат так и остался на дне, а я заблаговременно решил ни о чём не рассказывать. Вскоре я-таки выбрался на поверхность, взошёл на борт судна и велел уходить оттуда ко всем чертям.

Вроде, на этом всё. Остальные подробности ты итак более-менее знаешь. – Заключил я, и Степан Белозёров взглянул на меня:

– Я думал отправиться туда.

– Ты что – мне веришь? – Удивился я.

– Ну а почему бы и нет? – Ты хотя бы честнее, чем большинство живущих людей.

– Проход, как я и говорил, завален – туда уже не пробраться. – Сообщил я.

– А других выходов к той пещере нет? – Поинтересовался парень.

– Я долго работал геологом – наверное, нет.

– Ключевое – это «наверное». Удивляюсь, как ты променял такую интересную жизнь на алкоголь.

– Ты не понял – твой отец поменял мою жизнь.

– Будешь винить во всём других – и никогда не изменишься. Да, Фёдор Сарнов – мерзавец, каких поискать. Но сейчас-то ты исправишься?

– К чему ты ведёшь? – Осторожно спросил я.

Белозёров поднялся, подошёл к книжному шкафу, вынул с третьей, если считать сверху, полки, какую-то потрёпанную книгу и вернулся обратно:

– Это – энциклопедия моего отца. И в ней написано много интересного. Единственный сохранившийся экземпляр. Так что, ты со мной?

Я замялся – неужели ко мне наконец-таки повернулась судьба? И от такого шанса я не планировал отказываться.

– Я хочу её дополнить. – Решительно проговорил Степан. – И предлагаю тебе, Аркадий, поучаствовать в некоторых исследованиях.

– Пожалуй, я буду только «за». – Впервые за долгое время ухмыльнулся я, и мы погрузились в изучение ветхого покореженного тома.

На столе стояла пепельница и стакан с недопитым виски. Парень что-то объяснял, а я внимал его словам и смотрел на блеск его карих глаз – такой же, что был у Сарнова, когда он увидел ту подводную пещеру.

Край пепла

За окном кружился вихрь листьев – он завертелся в круг, затем резко спал. Задний двор вновь стал пустым и безлюдным. Докурив сигарету, в халате, я вышел с балкона и очутился в гостиной.

В кресле уже сидел Степан Белозёров с кружкой кофе:

– Ну как, на алкоголь не тянет?

– Пока что – нет. – Отозвался я, проходя внутрь и усаживаясь на второе кресло.

Мы посмотрели друг на друга – как-то тоскливо. Степан сдержал зевок:

– Нам нужно изучить энциклопедию, Аркадий.

– Мы уже месяц этим занимаемся. – Не думаю, что хоть что-то выйдет.

– Может, этот гадёныш оставил какое-нибудь послание? – Быстро взяв в руки том, что лежал на столе, парень потряс его, пролистывая страницы.

– До Байкала нам точно не добраться. Да и тем более, там, наверное, уже всё покрыто льдом.

– Нет, рановато. – Возразил Степан: – Думаю, дело совсем в другом.

– Фёдор Сарнов если бы что-нибудь и оставил, то сделал бы это недвусмысленно, просто и легко.

– Секретов он не боялся. – Подметил Белозёров.

– А ну-ка. – Я протянул руку к энциклопедии геолога, открыл книгу, принялся изучать.

– Думаешь, шифр?

– Да чёрт там. – Буркнул я.

Степан откинулся на спинку кресла, пристально взглянул на меня:

– А знаешь, ты не такой урод, каким мне показался тогда, в подворотне.

– Помолчи. – Заткнул его я, и тот издал смешок.

Ну и циник. – Заключил я.

Конечно, ему я был благодарен – впервые за долгое время у меня появился и интерес к геологии, и даже какая-то странная тяга к путешествиям. Но четыре недели моего проживания и работы бок о бок с этим чудаком не дали никакого результата.

– Почему именно я? – Вдруг отложив книгу, поинтересовался я.

С лица парня спала усмешка:

– Я ж тебе объяснял – ты связан с моим отцом.

– Но как ты меня нашёл? Неужели думал, что я тебе хоть что-нибудь расскажу?

– Как видишь, я в любом случае оказался прав.

– Рассчитывая в этом деле только на удачу. – Подытожил я.