Сергей Плотников – Ради мира на Земле (страница 8)
Впрочем, кто его знает, может, Олины соплеменники своим рыбам затылки не почесывали, это я ее так приучил?
Надо будет Олю спросить. Она, вроде, с рыбой по-другому играла.
На выходе из ремонтной шахты меня ждал сюрприз: выходной люк был заблокирован с той стороны. А ведь он вел не на сам резервный пост, а в небольшой коридорчик перед ним. Подстава!
Пришлось мне вспомнить, что я все-таки не только физик, но и инженер — и не просто «человек с инженерными компетенциями», но полноценный резервный инженер, прошедший обучение работе с системами «Юрия Гагарина», чтобы при необходимости иметь возможность заменить одного из наших штатных инженеров. Тим, кстати, прошел такое же обучение. Его вообще изначально хотели именно инженером взять, но потом наши рекрутеры решили, что его талант «из-под земли доставатора» в экспедиции полезнее, чем инженерный.
В общем, я вскрыл щиток доступа к люку, немного пошаманил с проводками — и люк благополучно открылся, давая мне возможность спрыгнуть в коридор. Отлично. Да только дверь на сам резервный пост по-прежнему оставалась заблокирована — спецназовцы там хорошо окопались.
Правда, работала вентиляция. В теории моя рыбонька могла пролезть в вентиляционное отверстие, но там имелось множество фильтров — через них она не пройдет.
— Скажи, рыбка, а сколько вольт ты можешь подать своим разрядом? — поинтересовался я у своей молчаливой компаньонши.
Ответа, разумеется, не получил.
Нет, дурацкая идея. Допустим, я поджарю энергощиток, от которогов идет питание к сервомоторам двери, блокирующей доступ в отсек — ну и что? Это точно скажет спецназовцам, что за дверью какая-то диверсия. Они, пожалуй, могут и прикончить заложника. На резервном посту сейчас наверняка кто-то из наших инженеров… а, да, Маша сказала, что там Ургэл.
— Маша, ты можешь мне сказать, что происходит на резервном посту?
Маленький дрон-шмель сел поверхность люка, прополз по нему несколько сантиметров в одну стороны, потом в другую.
— Там трое разумных, — сказала она. — Один — человек, скорее всего, Ургэл Таманович Бытасытов. Он сидит в кресле. Двое других — похоже, Гигантоманы. Один держит человека под прицелом, другой стоит в углу около входного люка, контролирует все помещение.
— Отлично, — пробормотал я. — То есть ничего хорошего на самом деле. Если я вломлюсь с ноги, они убьют Ургэла.
У меня в голове мелькнула мысль попросить рыбку долбануть своей искрой по люку, чтобы поджарила мужика с той стороны. Одна беда — такое работает только в мультиках. В жизни космические технологии сплошь изолируются как раз от сценария передачи электрического заряда, хрен я его так дистанционно поджарю.
Нет, по-любому нужно доставить рыбку на ту сторону.
— Вань, — прожужжала Маша мне в ухо, — если ты думаешь о том, что рыбка не пролезет через вентиляцию, пусти этот дрон вперед. Думаю, он в состоянии разобрать большинство препятствий. Сам, скорее всего, в процессе разрушится — но дальше тебе главное открыть вентиляционные отверстия для моего ангара, и я этих дронов десятками выпущу!
— Хорошо, — подумав, согласился я.
Так я и сделал: открыл для маленького дрона вентиляционную заслонку.
— Подожди две минуты и выпускай рыбу, — сказала Маша. — Я с тобой связаться больше не смогу после разрушения дрона, но этого времени должно хватить. Если вдруг не хватит, верну дрон.
— Договорились, — согласился я.
Две минуты я развлекался тем, что во всех подробностях разъяснял для рыбки ее задачу: убить Гигантоманов, ни в коем случае не трогать Ургэла. Если он вдруг на нее нападет, увернуться и бежать, но не отвечать ударом на удар!
— Ургэл из наших, он может просто не понять, что ты своя, — втолковывал я рыбке.
Вообще-то нужно будет устроить ликбез на тему рыбки для экипажа. Точно так же, как капитан Сурдин тогда с Олиными сверхнормативными возможностями поступил. А пока остается надеяться, что Ургэл не пропускал мимо ушей корабельные сплетни и знает про Олину гигантскую рыбу, растущую в медико-биологическом отсеке!
Что ж, две минуты. Машин «шмель» обратно из воздуховода не выполз, так что я запустил в вентиляцию рыбу, очень надеясь, что там нет какой-нибудь встроенной штуковины, которая пошинкует ее в салат!
Запустил — и принялся ждать. Интересно, сколько должно пройти времени, прежде чем придется попробовать какой-нибудь запасной план?
А он есть у меня, этот запасной план?
И тут дверь на резервный пост отворилась. Я отскочил в сторону, вскидывая захваченное оружие.
А, нет, Ургэл. Рыба прошмыгнула мимо него в проход, обвилась по моей ноге и взобралась наверх, чтобы улечься на плечи. Интересное, кстати, ощущение: как будто по тебе перебирают маленькими твердыми коготками, хотя никаких коготков у рыбы, конечно, нет. Я сразу вспомнил, что земные змеи ползают, передвигая ребрами. Видно, у рыбы движение реализовано так же.
— Ну ты даешь, Иван, — хохотнул Ургэл.
За его спиной просматривались два упавших Гигантомана. Как я потом узнал, рыба вырубила только одного. Второго пригрел сам Ургэл — тоже ударил током из подлокотника кресла, который незаметно разобрал. Все-таки инженерное кресло — само по себе рабочая станция! А главный инженер есть главный инженер. Правда, ток там был слабенький, но рыбка моя подключилась позже и добила захватчика.
— Да я чего, — сказал я. — Я вообще не при чем. Это все рыбка и Маша. Кстати, открой вентиляционную заслонку в третьем ангаре!
— Сию секунду, — жизнерадостно пообещал инженер, возвращаясь обратно на резервный пост — маленькую комнатку, все стены которой плотно занимало контрольное оборудование. — Так, третий ангар, третий ангар… Где там он у меня…
Поскольку Гигантоманы захватили нашу кибернетическую систему, Ургэл не мог обратиться к компьютеру, а мог распоряжаться системами корабля только вручную. Вот когда я порадовался, что его конструкторы были такими параноиками и позаботились о том, чтобы эти дублирующие системы вообще имелись!
С другой стороны, в конце двадцать второго века хакерские взломы с довольно жуткими последствиями — расхожая история, часто встречающаяся в новостях. Так что, наверное, как раз ничего удивительного, что на корабле это предусмотрели!
— Ну вот, — сказал Ургэл. — Сделано. Теперь пойдем нашим в рубке поможем, да?
Главный инженер, не имея связи с рубкой, сам сопоставил факты и догадался, что там тоже находится спецназ.
— Пойдем, — согласился я.
Мы не стали ждать Машиных дронов: понятное дело, что надо действовать быстро. Командир группы спецназа в любой момент может попробовать вызвать своих людей по рации, и если те не ответят — начать расстреливать заложников. Кроме того, мы также в любой момент могли пройти через аномалию двести два, будь она трижды неладна, — я совершенно не помнил, что это за аномалия такая и куда она ведет! Спасательная миссия Гигантоманов и так уже удлинила наш обратный путь к Земле минимум на два прыжка — а теперь чертова двести вторая грозила еще сильнее растянуть обратный маршрут!
Это не говоря уже о том, что на той стороне аномалии нас могло ожидать все, что угодно!
Теперь у нас с Ургэлом было уже три «автомата» на двоих, плюс Рыбка, которая, как я уже начинал понимать, сама по себе могла послужить оружием. Хотя… ну вот увольте, это как-то неправильно, когда мужчина посылает драться вместо себя домашнее животное! Хотя, может, адепты соколиной охоты и какие-нибудь специалисты К9 меня не поймут.
Чтобы добраться до рубки, мы воспользовались той же шахтой для ремонтного робота — но поспели только к шапочному разбору. Двери рубки были уже разблокированы, поперек порога ботинками в коридор лежал Гигантоман в своей спецназовской броне. Над ним внезапно стояла тетя Виола с совершенно дикими глазами и большим спрей-шприцем в руке.
— Ого, Виолетта Александровна! — поразился Ургэл. — Надо же, как вы даете!
— Я тридцать лет замужем за врачом, — выдохнула тетя Виола. — Он мне всегда говорил, что перцовые баллончики — это ненадежно. Ну вот…
— Потрясающе! — Ургэл прижал руки к сердцу. — Если бы я так не уважал Платона Николаевича, я бы сейчас попробовал вас отбить!
Тетя Виола махнула рукой с польщенным видом:
— Ладно, вы еще не видели, что капитан со своим сделал!
Обходя тело Гигантомана, мы прошли в центральную рубку. Тут валялось еще шесть тел… Точнее, уже не валялось, уже более-менее «лежало», потому что Чужеслав как раз оттаскивал их к стене.
— О, Ваня! — обрадовался он. — Это тебе мы обязаны тем, что двери разблокировались и связь восстановилась? Я так и думал!
— Более-менее, — заметил я, глядя на это побоище. — А как капитан разобрался со своими? Эти, вроде…
Кроме того, что тетя Виола отравила, остальные были явно обработаны примерно так же, как мои — электрошоком. Я даже увидел портативное электрошоковое устройство на поясе Чужеслава. Слава паранойе разработчиков, которые припрятали эти девайсы в карманы кресел в операционной рубке — на всякий случай.
— В рукопашную! — Чужеслав сделал страшные глаза.
— Такого гиганта⁈ В доспехе?
— А ты не знал? Наш кэп — чемпион Паназиатских игр шестидесятого года по смешанным единоборствам!
Виктор Георгиевич выглянул из рубки.
— Иван Петрович! Зайдите на минутку в рубку. Там Мария Петровна как раз заканчивает разбираться с остатками Гигантоманов, нужна ваша консультация.