Сергей Плотников – Ради мира на Земле (страница 2)
Я имею в виду, разумеется, не физическую, а цифровую, расположенную на огромном плоском экране, в который превратился капитанский стол при необходимости.
Я пожал плечами.
— Маша говорит, что справится. Я не против. Мне жалко коллег. Тем более, инопланетяне, вроде, приличные. Несмотря на бомбу. Еще неизвестно, как бы мы вели себя на их месте. В смысле, мы бы тоже попытались как-то подстраховаться, если бы нам пришлось зависеть от инопланетной помощи!
— Я бы точно подстраховался, — фыркнул Попович. — И я тоже готов помочь в эвакуации раненых. Но я сразу говорю: даже если они предлагают плату за помощь, все равно нагреют! Джентльмены с индейцами не торгуют.
— Я учту ваше мнение, Алексей Алексеевич, — кивнул Сурдин. — Иван Петрович, пригласите, пожалуйста, нашего эмиссара.
Я выглянул из капитанского кабинета в коридор. Там стоял инопланетянин в тонком защитном скафандре. На самом деле скафандр ему не требовался: Гигантоман дышал плюс-минус земным воздухом, о чем с самого начала нам сообщил. Скафандр страховал его от штаммов наших бактерий, а нас — от его, поскольку проверить нас на бактериальную совместимость пока не было времени и возможности.
Выглядел инопланетянин довольно гуманоидно, разве что ростом был выше даже гороподобного Алеши Поповича, а его руки, слишком длинные для человека, достигали колен. Это наводило на мысль о сходстве с гориллой, но реально Гигантоманы скорее напоминали беспанцирных черепах, вставших на задние лапы. Кстати, есть такие земные черепахи, которые так же ярко раскрашены!
Рядом с инопланетянином стояла небольшая тележка, все того же универсального размера Яндекс-доставщика. Тележка несла бомбу. «Небольшая страховка», — как сообщили Гигантоманы, направляя к каждому из «приглашенных» кораблей десантный бот с таким вот эмиссаром.
Мы, едва ли не единственные из рекрутированных, пригласили нашего эмиссара внутрь корабля. Тетя Виола даже предложила ему чаю с печеньем. Мол, человек — ксенос — подневольный и все такое.
— Капитан просит вас заглянуть к нему, — сказал я. — Проходите.
— Благодарю, — сообщил инопланетянин через коробочку-переводчик.
У него была навороченная модель, которая даже передавала голос и интонации. От этого возникало немного сюрреалистическое ощущение, что я не разговариваю с реальным разумным, а смотрю прекрасно сдублированный голографический фильм.
— Сочувствую вашему несчастью, — произнес Сурдин.
— Я очень сожалею, что мы вынуждены принимать эти страховочные меры, — столь же любезно ответил инопланетянин, сделав жест в сторону своего «доставщика».
— Мы готовы помочь вам эвакуировать рабочие группы, оставшиеся в труднодоступных местах, — сказал Сурдин. — Можем выделить для этого два защищенных шаттла и один многофункциональный юнит высокой степени защиты. Полагаю, он доберется на этот остров, где началось извержение вулкана. По крайней мере, пилоты это подтверждают.
— Я удивлен великодушием вашего предложения, — сказал гигантский черепах. — Пока только ваш корабль согласился оказать дополнительную помощь. Благодарю от имени моего командования. Но сомневаюсь, что ваш юнит доберется туда, куда не могут проникнуть даже наши спасательные катера.
— Мы все-таки попробуем, — сказал Сурдин. — Прошу передать нам точные координаты и списочный состав группы.
Мне было кристально понятно, почему Сурдин принял такое решение. Можно как угодно негативно относиться к тому, что нас под дулами пушек и угрозой взрыва обязали принять участие в эвакуации — и все из-за раздолбайства самих Гигантоманов, которые вовремя не подогнали в нужный сектор Пространства собственные спасательные транспорты.
Но, так или иначе, а на этой планете погибали разумные существа. Наши коллеги. Я лично испытывал что-то вроде желания… не знаю, вернуть долг? Когда мы с Тимом шесть лет назад по нашему личному счету или почти сто шестьдесят лет назад по общей хронологической шкале землян приняли решение взорвать адронный коллайдер в Швейцарии, я сказал ему, что жертв будет немного. Ну, их и было немного. Когда обрушились подземные сооружения, почти все ученые с поверхности успели эвакуироваться. Но жертвы все же были. И ладно бы группа ученых, рассчитавших эксперимент, — их как раз не жалко. Они-то сами хотели погубить куда больше людей, все честно. Но погибли и некоторые обычные техники. И даже кое-кто из случайных прохожих, оказавшихся на поверхности над большим кольцом в неудачный момент.
Если я сейчас смогу спасти хоть кого-то… пусть не землян — все равно живые души. Может быть, это хоть немного скостит этот неподъемный камень на совести.
Оля пришла проводить меня к шлюзу — как я сперва подумал. Но потом увидел на моей «младшей жене» защитный скафандр наших безопасников с такой же нашивкой концерна Калашникова на плече, как носила Дарья Воронцова, и сообразил, что наша единственная дама-спецназовка отдала Оле свой запасной защитный костюм. А значит Оля что, собралась с ними?
Я так и спросил ее.
Моя жена решительно кивнула.
— Я сильная, ловкая и выносливая. Сильнее всех, даже Поповича, — сказала она. И это было сущей правдой: моя русалка — не человек, хотя похожа до пятого знака после запятой. Плод генетического эксперимента превосходящей людей в техническом развитии гуманоидной расы Родичей, Оля может дышать водой и поднять полтора своих веса на вытянутых руках.
— Пожалуйста, не запрещай мне, господин! — воскликнула она.
— Я просил не называть меня господином, — мягко сказал я. — Если ты сама хочешь, то все в порядке. И если наши бойцы не возражают.
— Учитель Даша сказала: под ее ответственность, — Оля старательно повторила сложное русское слово. Способности к языкам у нее тоже были феноменальные: всего-то месяц прошел, а Оля уже вполне сносно говорила без всякой коробочки-переводчика — которой все равно не могла пользоваться в одиночку, потому что у нее, как и у меня, не было в крови инопланетных нанитов.
Более того, Оля даже читала и писала! Правда, и мотивация у нее была на уровне, что называется: Оля всерьез верила, что я — великий колдун, который забрал ее из тяжелого и беспросветного рабства в добрую, хоть и опасную сказку. И хотела соответствовать: тоже стать колдуньей. Меня это страшно умиляло и трогало.
— Тогда будь очень осторожна.
— Конечно, — ответила Оля. — Ради священной рыбы!
Быстро поцеловала меня в губы, для чего ей пришлось только слегка встать на цыпочки, и побежала к шлюзу, ведущему в стартовый ангар второго шаттла. Значит, точно будет в группе с Дашей и Роландом. Я вздохнул, выдохнул — и полез в свой собственный шлюз, что вел в третий грузовой ангар. Потому что специализированного ангара для Маши на «Юрии Гагарине» не имелось: первый земной межзвездный корабль не был приспособлен для совместной работы с гигантским разумным человекоподобным роботом.
— Соскучилась? — спросил я, подходя к Маше.
Она уже ждала меня, присев на одно колено и открыв колпак кабины — как раз чтобы я мог взобраться по ее ноге внутрь.
— С чего бы мне скучать, когда я слышала каждое твое слово? — с улыбкой в голосе спросила моя «старшая супруга». — Через моего нового маленького дрона!
Пусть Лю Фей, наш специалист по психологии, уверяет, что это просто выверт психопрограммирования, я с ним не согласен. Маша — действительно полноценная разумная личность, и то, что она попросила меня стать ее «мужем» — не просто форма контроля, предусмотренная ее создателями. Это полноценные, хоть и странные, брачные отношения, в реальности которых Маша ни разу не дала мне повода усомниться. И я тоже не собирался нарушать нашу взаимную договоренность — то есть прикасаться к разумным кофеваркам и иже с ними.
Буквально накануне мы привезли Маше найденный на Фихсакольском рынке модуль репликации дронов — и моя жена уже успела его активировать и испытать. Крохотный дрончик размером с крупного шмеля или бражника как раз сейчас сидел у меня в волосах, я даже успел забыть о нем. Маша и раньше благодаря любезности наших инженеров имела доступ к корабельным камерам, но теперь она могла пользоваться и собственными. Так-то при ее габаритах пролезть в жилые помещения моя жена не могла.
— Отлично, — я упал в кресло и опустил вниз верхние крепления. — Ну что, полетное задание ты уже получила? Координаты?
— Так точно, мой пилот! — весело отозвалась Маша.
— Тогда полетели.
СУДОВОЕ РАСПИСАНИЕ К/С «ЮРИЙ ГАГАРИН»
1. ПИЛОТАЖ И НАВИГАЦИЯ
Первый пилот-навигатор/капитан: Сурдин Виктор Георгиевич
Второй пилот-навигатор/старший помощник капитана: Бортников Чужеслав Радомирович
Третий пилот-навигатор/второй помощник капитана: Дивеева Элина Ильдаровна
2. ИНЖЕНЕРНАЯ СЕКЦИЯ
Главный инженер: Бытасытов Ургэл Таманович
Старший помощник инженера: Ким Сергей Владимирович
Второй помощник инженера: Румянцев Данила Евгеньевич
Специалист по кибербезопасности: Воробьева Ева Никитична
3. МЕДИЦИНА И ПСИХОЛОГИЯ
Врач: Беркутов Платон Николаевич
Социопсихолог: Лю Фей (Китайская Народная Республика)
Пищевой технолог и диетолог: Беркутова Виолетта Александровна
Биолог: Шарма Кабир (Республика Индия)
Независимый подрядчик: Отйкопп Преис-Виуль (конгломерат Фиавуаль, цивилизация Любопытники)
4. НАУЧНАЯ СЕКЦИЯ
Помощник капитана по науке: Кузнецов Иван Петрович
Астрофизик: Широкова Таласса Сергеевна