Сергей Плотников – Плюшевый: предтеча (страница 43)
Или — Лимарис мог пойти на силовой способ решения проблемы, в надежде все-таки передавить.
Я от всей души надеялся, что отцовские трусливые гены в нем возобладают!
— Он применил нечистые силы! — заорал Лимарис. — Он не мог победить Великого мастера честно! Взять его, мои гвардейцы! Взять его, мои мастера!
Н-ну, в принципе, верно, конечно. Но неужели гвардейцы ломанутся меня убивать после того, как я только что прикончил Великого мастера? Реально?
Надо же, ломанулись. И не только гвардейцы — в том числе и несколько мужиков с аурами высшего ранга, но без доспехов, из тех, что стояли позади Лимариса. Никто из них не носил специфической униформы, просто богатые просторные одеяния, подходящие для спонтанного боя. Я решил, что, скорее всего, это мастера императорских Школ — из тех, что шли именно по конкретному Пути, а не по нескольким, как гвардейцы.
Любопытная деталь, между прочим, что они не в униформе: неужели «официально» Имперские Школы демарш Лимариса не поддержали? Я имею в виду, не его воцарение, я имею в виду, то, что он творит — и собирался натворить — в Тверне.
Еще одна любопытная деталь: Лимарис развернулся и поспешил прочь из ложи. Это что, неужели так перепугался? Или?..
Тем не менее, вся эта толпа реально рванула на песок Арены — видимо, в едином порыве решив урыть перворангового выскочку в лице меня!
Нет бы подумать, испугаться моих «нечистых» сил… Но, похоже, у мастеров включился другой психологический механизм: «Парню просто повезло, он сжульничал, надо немедленно навалиться всем скопом и прибить его, чтобы доказать, что такого не может быть, потому что такого не может быть никогда!»
Блин. Худший вариант. Сейчас мне, пожалуй, придется открывать Черное Солнце — а это пять (да, уже всего пять!) минут концентрации! Надо было начать раньше, но, вашу ж мать, Вальгар был серьезным противником, на пределе моих возможностей даже с магией, я просто не мог позволить себе отвлечься!
(Кстати говоря, не думаю, что было бы сильно легче, даже имей я возможность применять более «зрелищную» магию — глава гвардейцев едва давал мне время сосредоточиться! Разве только издалека его шмальнуть тем же «светлячком». Или если бы при мне был мой боевой серп — не предмет-компаньон ребенка-волшебника, а маготех более поздней разработки, так называемая «магвещица».)
Выход один — бежать нахрен с Арены, хотя так-то на самом деле с точки зрения пресловутой «мягкой силы» хуже не придумаешь! Пофиг, что противники сильнее меня, пофиг, что их больше — запоминается сам факт бегства. А у меня тут нет пачки прикормленных СМИ, чтобы перекрыть невыгодную трактовку!
Однако, к моему удивлению, не успел первый мастер спрыгнуть на песок Арены, как через каменное ограждение со стороны трибун перемахнула еще одна фигура. Не слишком внушительная внешне, надо сказать. Так, «на троечку» по параметрам шкафообразности — зато пылающая сверхвнушительной аурой.
Великий мастер Фанторн!
Я знал его только шапочно, но с ним была знакома Сора. Мы не делали главе Школы Бешеной Собаки предложений об исцелении магией — что было бы логично, если бы мы ставили цель «прикормить» как можно больше твернских элитариев. Старались, насколько возможно, держаться легенды, что, мол, исцеление — суть чудо Творца, которое зависит не от меня. Так что помощи от Фанторна я не ждал. Однако, не будь дурак, воспользовался ситуацией: отступил чуть назад и позволил его шикарной ауре меня прикрыть. Отлично, вот как раз эти гаврики и не заметят, что я концентрирую внутреннюю энергию в кулаке!
— Бесчестно — сомневаться в исходе поединка чести! — голос Фанторна загремел на всю арену. — Бесчестно — натравливать два десятка мастеров на перворангового мальчишку, пусть даже он глава Школы и Пророк-чудотворец! Бесчестно грабить тех, кто помогал честным подданным Империи, и бесчестно запрещать культ отдельной Школы, если они не мешают другим Школам чествовать собственных богов-покровителей! Отступитесь!
И таков был авторитет Великого мастера, что гвардейцы и мастера императорских Школ реально дрогнули! Но потом один из мастеров, постарше, крикнул:
— Эти выскочки ни в грош не ставят имперскую власть, претендуют на наши привилегии! Дави их!
— Наших бьют! — заорал кто-то на трибунах.
Я не ожидал этого! Вот честно! Не ожидал помощи. Мне казалось, что в целом тверянцы в такой ситуации предпочтут отсидеться или даже разбежаться. Ладно, Фанторн решил помочь — может быть, просто считал, что его дни все равно сочтены: у него аура уже была на овердрайве, почти как у Великого мастера Олера. Но остальные?
Однако на Арену ломанулась целая волна ранговых бойцов — которая грудью встретила первый удар мастеров имперских Школ.
И, когда я говорю «ранговые», я имею в виду все сколько-то приличные ранги, от третьего включительно — хотя более тусклые ауры пяти- и шестиранговых юнцов тоже встречались. Дурные мальчишки! Эти-то зачем полезли⁈
Еще внезапно на арену попрыгали иностранные послы — по крайней мере, Тарина Крея среди дерущихся я точно видел: довольно невзрачное телосложение помогало ему буквально виться среди дерущихся, ускользая от ударов, которые ну точно должны были по нему попасть. Вот уж действительно — Школа Угря!
Среди ломанувшихся в бой я увидел и главу Школы Синего Цветка, несколько мастеров из Школ Речного Песка и Школы Галки (нет, не воры по основной специализации, просто у них специфический стиль группового боя). Увидел даже того гигантского парня из Школы Медведя, которого когда-то заборола Яса — увидел мельком, и отметил, что у парня уже аура мастера, то есть он неплохо вырос за прошедшие годы.
И, внезапно, на песок спрыгнули Ланс Рефтон и Лела Он!
Да еще заняли позицию спина к спине, прикрывая меня!
— Что вы здесь делаете⁈ — рявкнул я на них. — Я же велел вам защищать резиденцию!
— Строго говоря, ты не отдавал такого приказа, — весело сказала Лела.
— Не кипеши, Лис, Брат Пророка нас отпустил! — добавил Ланс.
Ну ладно, ну вы у меня погодите! Только я разберусь с этим кризисом!..
И все же удачно, что они появились здесь. Лела немедленно стала нашей главной атакующей силой — внутренней энергии у нее было вдвое больше, чем у нас с Лансом вместе взятых. Но мышечной силой она все же уступала большинству других мастеров и если не низкорослому мне, то огромному Лансу уж точно. Так что наша страховка пришлась очень кстати. Грубо говоря, пока Лела и Ланс вдвоем кого-то обрабатывали, я следил, чтобы им не ударили в спину — или мы с Лансом менялись.
Магию я решил пока не тратить: лучше приберечь ее для врачевания моих союзников, не так уж много у меня осталось аккумуляторов!
— Там еще Тамиен где-то, и парочка цыплят-перваков, — подлил масла в огонь Ланс между ударами, имея в виду, что несколько ребят из Школы Цапли тоже решили ввязаться в заварушку.
И с ними тоже разберусь, когда вернемся!
Но пока думать об этом было некогда: я пытался одновременно защищать Лелу, добавлять по тем противникам, которых отвлекал кто-то другой из тяжеловесов, и концентрироваться для удара Черного Солнца. Хотя у меня появилась надежда, что мы сейчас сможем обойтись и без него — всей толпой-то мы эти силы Лимариса завалим. Если только у этого горе-императора не предусмотрено другого туза в рукаве. Например, если он не перенаправит эти его требушеты на стадион и не прикажет запустить ядовитые снаряды… Впрочем, они не должны быть еще готовы: Уорин Плессен заверил меня, что их только начали собирать и, судя по их виду, там потребуется еще хотя бы день или два для сборки.
Тут словно в ответ на мои мысли я услышал зловещий свист, потом — глухой удар. Земля под ногами не дрогнула, словно бы то, что плюхнулось на песок, было довольно легким… или сразу же рассыпалось!
— Расступись! — крикнул я, одновременно усиливая голос магией.
Но народ и так прянул в разные стороны — даже в гуще схватки непонятная хрень, упавшая с неба, активировала здоровые рефлексы. Здесь многие имели дело со стрелковыми Школами, но у тех снаряды обычно мелкие. Что-то настолько крупное и прилетевшее по такой крутой траектории не могло не удивить и не заставить проявить осторожность.
И очень хорошо, потому что снаряд, упавший на песок — неожиданно мягкий, да еще словно бы оплывающий под собственным весом тюк — обильно сочился белым дымом.
— Яд! — заорал кто-то.
Один из мастеров, кто оказался поблизости от тюка, попятился, но вдруг упал — и зашелся диким кашлем.
Дрянь. Неужели это та же гадость, которую я так долго и муторно выгонял из легких три года назад⁈ Мерзость, помнится, действовала на клеточном уровне, мне реально пришлось вылезти из кожи вон, чтобы в итоге разобраться с этой херней!
Тут уже было не до экономии магии. Я закрутил воздух смерчем со всей силой, выбирая резерв из всех кристаллов, сколько есть. До наручей, все еще лежащих на имперском балконе, тоже дотянулся. Заодно исцелил — сначала себя (хорош я буду, если свалюсь посредине колдовства!) и тех из своих, до кого мог дотянуться. То есть, опять же, в первую очередь Ланса и Лелу. Оба закашлялись, Ланс удивленно оглянулся на меня.
— Воздух вам из легких вытягиваю! — крикнул я: приходилось повышать голос, чтобы перекричать вой собранного мною же ветра. — На всякий случай!