Сергей Пикин – В том мире (страница 1)
Сергей Пикин
В том мире
Пролог
…Храм, в котором они находились, был построен задолго до нашей эры. И нельзя была упускать из виду следующий факт – он было построен на очень древних плитах, огромного размера, длиной в 1,5, а то и 2 метра.
Возраст этих плит можно было определять научными способами, но сейчас ему и участникам комитета просто показывали, что возраст этих плит уходит в такую глубокую древность, которая не описана ни в истории, ни в сказаниях, и потому важным было то ощущение, которое сейчас было – он находился в историческом пространстве, стоя одновременно и десятки, а то и сотни тысяч лет назад, на древнем аэродроме/площадке, и одновременно находясь в современности.
Он ощущал всем собой эти слои времени и видел, как лжива история, преподносимая в науке, рассказывавшая о том, что…
…Он вздохнул и прервался на секунду в этих размышлениях, поскольку сейчас ему показывали то, что было для него важно.
В храме кроме участников комитета были лишь служитель и его помощник или послушник, которые провели их в тот зал, где они находились. Этот зал находился в самой глубине храма, был продолговатым и с невысоким потолком. В стенах его были ниши, в которых стояли чаши и скульптуры.
Они пришли в тот момент, когда служитель в темно-красной одежде читал молитву, и уже при них он закончил и передал им специальную толченую смесь, которая заряжалась на алтаре во время чтения молитвы.
Сейчас, стоя в глубине этого зала босиком на теплых камнях, служитель беззвучно, без разговоров передал помощнику емкость с цветами и этими толчеными смесями и отошел вглубь комнаты, где находился вход в небольшое помещение.
Л. подошла к нему и спросила:
Нам можно было бы попросить еще зайти в параллельный зал.
Он отрицательно покачал головой, не говоря ни слова.
Сейчас он наблюдал те исторические слои, которые здесь накопились и ему хотелось бы, чтобы сейчас информация была более конкретной. Сейчас он видел картины глубокой древности. Лучше было бы сказать «других времен».
Здесь были не люди. Это были существа, происхождение которых он не уточнял специально, потому что не всегда стоит любопытствовать.
Скорее наоборот – чаще нужно довольствоваться тем, что дают и показывают. Поскольку мир знает лучше, чем человек.
Он наблюдал, что происходило здесь раньше и одновременно то, что происходит сейчас – и все это является одной историей.
Попытки же найти причины происходящего в рамках имеющейся истории – задача примерно такая же, что пытаться воспользоваться компьютером не зная от него пароля.
Сколько времени назад происходили события, которые он сейчас наблюдал?
Он не смел спросить, поскольку грандиозность ощущения захватывала его. Возможно, что речь шла о цифре с шестью нулями.
Социальное, сформированное в урбанизированных условиях, современное общество существовало в реальных, в том числе и физических загонах, как стадо – и это не было новостью.
Но где искать выход из этого загона и главное зачем – в социуме такие вопросы отсутствовали.
Социум двигался вперед и пастухи незаметно перемещали легкосъемные для них ограждения в процессе движения, переставляя их, сохраняя размеры территории. Словно ничего и не происходило.
И в это время в авангарде двигались самые продвинутые особи которые были ближе всех к тому, что можно было бы назвать приманкой.
Приманкой, представляющей собой некий букет из технологий, экономики, истории, трендов, культуры и политики и букет этот подавался человечеству как некая истина в конечной инстанции, держащая в руке портфель с научными документами, подтверждающими право на дальнейшее существование этого субстрата.
Каждый же из этого коллектива человек двигался за тем, чтобы стать классным, лучшим, полезным, уникальным, как можно больше узнать, одеть на себя ткани, делающие его привлекательным, а также поесть так, чтобы получить удовольствие. А еще сделать что-то такое, что принесло бы денег и известность. Периодически возникавшие и хорошо подходившие примеры для подражания, особенно хорошо достигавшие успехов выводились пастухами вперед и поддерживались в престижном статусе.
Разумеется для того, чтобы поддерживать движение в нужном направлении.
И все это тщательно организованное движение двигалось вперед под чутким контролем.
Стоя босыми ногами на чуть теплых плитах он слушал древность, которая никуда не исчезала и в этом храме, пусть и не таком древнем, как территория этого мегалитического комплекса, сейчас ему показали очевидные, но не замеченные им сразу вещи.
В этой части страны, где находился храм, практически отсутствовало веяние других стран. Веяние Запада.
Не было ничего, что бы напомнило о культуре Америки или Европы. И сейчас это было важным элементом, поскольку это и позволяло местным сохранять свои исторические корни.
И на этой территории ощущалось как нигде единение с историей и от этого-сила.
Сила заключалась в том, что люди помнили откуда они, для чего они здесь и чего делать не нужно.
Люди помнили о существовании Света и Тьмы.
Люди помнили свою реальную историю, ту, что описана в мифологии и находились в этом мифе, в этой культуре.
Он вспомнил, как видел местного жителя, одетого вполне современно, вдруг ни с того ни с сего, как могло показаться на первый взгляд, начинающего что-то напевать или прямо в машине, в срочном порядке, разжигающего благовония.
Так они чувствовали негативное присутствие и таким образом от него защищались.
Все это указывало на хорошую укрепленность в собственных традициях и память о том, что нужно делать, когда беспокоит что-то неприятное.
Кроме того, практически отсутствовали оценивающие взгляды людей друг на друга. Никто не пытался быть в образе, никто не был шумным или черезчур активным про общении. Все происходило в рамках, определенных собственной историей и культурой, в которых люди знали, чего делать нельзя и почему это именно так.
Цель приезда Комитета в эту страну заключалась в посещении нескольких мест, которые за прошедшее время покрылись налетом хаоса и тяжести, туризма и просто запустения. В то время как значение этих мест для страны являлось огромным.
Это были оазисы, оживляющие неочевидную, энергетическую «карту», мир этой страны.
Великолепная связь с историей в этих местах давала естественную защиту и верное направление во многом, что касалось моральных, духовных ценностей, из которых исходила культура. Экономическое состояние этого региона можно было бы оценить с разных ракурсов – в том числе с привычной, европейской точки зрения. Но принимая во внимание огромную разницу в ценностях – это было абсолютно неуместно. Абсолютно неуместно тащить европейскую, гедонистическую, возлегающую на ложе комфорта или сидящую на троне цензуру сюда, в этот край, находящийся в естественных условиях, как климатических и исторических, так и этнически-духовных и энергетических.
В этом и предыдущем храмах он наблюдал интересные ритуалы с участием увиденных ранее существ.
Среди построек храмового комплекса, между их строениями ему показывали музыкальные действа при участии барабанов и других местных музыкальных инструментов.
При этом присутствовали танцы, и можно было воочию увидеть то, как музыка действовала и как это действие может быть как на темной стороне, так и на светлой – вопрос в том, откуда и из чего она исходит и куда и на что направлена.
Он наблюдал эту картину и существа или, скорее, сущности – какие-то светлее, какие-то темнее – напоминая физический темный дым, появлялись от музыкальных вибраций и двигались соответственно им.
Людей на этом представлении не было. За исключением нескольких, играющих на этих инструментах жрецов.
Ты знакома с местной мифологией? – тихим шепотом вопросил он Л.
Да. – также тихо ответила она
Мифология являлась многомерной и реальной историей, которая могла рассказать одновременно и о событиях тонкого плана и о физических их отголосках в нашем мире, а кроме этого – о том, как это отражалось внутри человека, в социуме или конкретных группах.
Дракон был не только фигурой речи, но и реальным драконом на тонком плане. И помимо этого он был также событиями драконовского характера в той стране и местности, в которой написан миф. А еще – психическим явлением.
Фонтанирующие «драконовскими» событиями, поведением и психическими реакциями и самое важное – выделениями от них – все это тот же самый «мифический» дракон, охватывающий многие слои реальности своими вибрациями.
И вопрос понимания заключается в том, что человечество может привыкнуть к тому, что как за линией горизонта планета не заканчивается, как существуют в городе параллельные улицы или за городом существует лес – также существуют и другие миры, нематериальные.
Как при использовании градиента один цвет отстоит от другого – также и один мир от другого отличается вибрационно.
Грубые эмоции и вибрации вибрируют глухо и тяжко внизу, а легкие, светлые, возвышенные – осветляются и восходят ввысь.
Тем временем современный мир шел за экранами, на ходу глядя в них же, по пути технологий, имеющих очень мало общего с божественной природой человека и более того – во многом затрудняющим человеку то, что можно было бы назвать Путь.
Не менее, чем за экранами, мир шел и за чувственными удовольствиями и приятными эмоциями. И незаметными и точными усилиями пастухов люди начинали считать это счастьем…