Сергей Патрушев – Тёмный маг императора (страница 6)

Алекс развернул ткань. Внутри оказался набор одежды из простой, но дорогой шерсти темно-серого цвета. Никаких гербов. Никаких знаков различия. — Ты станешь торговцем. Мелким купцом из северных провинций. Твое имя — Эрик. Ты везешь в Солнцехейм редкий товар — меха полярной лисицы и бочки с нашей лучшей медовухой. Товар подлинный. Корабль уже готовится в порту.

Дрейк смотрел на одежду. Для человека, чья суть была сплетена из тьмы, идея выдать себя за обычного смертного, торгующего пушниной, казалась абсурдной. Это было все равно что заставить огонь притвориться льдом.

— Цель? — спросил Дрейк. Его голос оставался ровным, но внутри впервые за долгое время шевельнулось нечто похожее на… неуверенность.

— Император Деймос, — ответил Алекс. — Но не так, как ты привык. Я не прошу тебя всадить ему иглу в шею на балу. Это спровоцирует войну мгновенно. Нам нужна… дисфункция.

Лич Валериус кашлянул. Звук был похож на треск сухого дерева. — Прошу прощения, Ваше Величество. «Дисфункция» — это мой профиль. Уточните вектор.

Алекс проигнорировал мертвеца, продолжая смотреть на Дрейка. — Деймос опирается на двух людей. На своего Верховного Жреца, фанатика по имени Люциан, который толкает его к войне. И на своего личного лекаря, магистра алхимии по имени Иона. Иона — прагматик. Он понимает, что сжигание континента плохо скажется на урожаях и налогах.

Император взял со стола маленький хрустальный флакон, наполненный жидкостью цвета темного янтаря. — Твоя задача — войти в доверие к Ионе. Стать для него полезным. Привезти ему редкий реагент из наших северных лабораторий. Что во флаконе, Валериус?

— Эссенция «Ледяного сердца», — проскрипел лич. — Вытяжка из цветка, растущего только в трещинах вечной мерзлоты. Замедляет сердцебиение до одного удара в минуту. Внешние признаки — легкая бледность. Для обычного человека смертельно. Для магистра алхимии уровня Ионы — идеальный инструмент для симуляции хронической усталости или… внезапного «старения» организма. Безвкусна. Не определяется стандартными ядами.

Дрейк взял флакон. Стекло было ледяным на ощупь. — Вы хотите, чтобы я медленно убил лекаря императора? — уточнил он.

— Я хочу, чтобы ты дал ему возможность спасти своего императора, — жестко ответил Алекс. — Деймос болен. Это не секрет. У него слабое сердце. Иона держит его на стимуляторах. Если Иона решит, что сердце Деймоса не выдерживает нагрузки, он изменит состав зелий. Он сделает императора… более осторожным. Более склонным к дипломатии. Люциан потеряет влияние, если Деймос начнет бояться за свою жизнь.

— Это тонкая игра, — подал голос Валериус. — Если Иона поймет, что его использовали, он сварит из нашего торговца суп. Алхимики Солнцехейма — лучшие в мире.

— Поэтому торговец должен быть полезен, — Алекс снова посмотрел на Дрейка. — Ты не просто привезешь мех и мед. Ты привезешь информацию. Ложную информацию.

Император взял со стола другую карту — подробную схему западных границ их собственной империи. — Мы «случайно» допустим утечку. Гарет и его заговорщики на следующей неделе собираются подписать пакт с вождями кочевников. Официально. Мы «позволим» агентам Солнцехейма узнать об этом. Ты, как купец, «подслушаешь» это в портовой таверне и, за щедрую плату, донесешь Ионе.

Алекс выпрямился, его тень на стене казалась огромной. — Иона увидит картину: безумный император Алекс бросает все силы на запад, развязывая гражданскую войну, пока на востоке Солнцехейм готовится к удару. Иона поймет, что Деймосу выгоднее подождать. Выгоднее предложить Алексу союз против кочевников, чтобы разделить наши земли, пока мы слабы. Это даст нам время. Время, чтобы задушить Гарета. Время, чтобы достроить наши собственные магические щиты на востоке. А ты в это время будешь рядом с Ионой. И когда придет время нажать на сердце Деймоса, у тебя будет доступ.

Дрейк молчал. Он смотрел на карту Солнцехейма. Золотой Город, столица врага. Место, где тени сгорают в полдень.

— Почему я? — спросил он. — У вас есть шпионы. У вас есть дипломаты. У вас есть Валериус.

— Потому что ты — пустота, Дрейк, — ответил Алекс. — Ты не алхимик, не маг и не политик. В тебе нет амбиций. Ты не предашь меня ради золота или власти, потому что тебе некуда их тратить. Ты — инструмент. Идеально сбалансированный, лишенный эмоций инструмент. А Иона ищет именно инструменты. Людей, которые решают проблемы. Ты станешь его идеальным скальпелем.

— А если меня раскроют? — спросил Дрейк.

— Тебя не должны раскрыть, — отрезал Алекс. — Если тень подозрения падет на империю, мы погибли. Если в Золотом Городе найдут труп торговца мехами с выжженным на затылке символом тени… это будет плохо. Но если торговец просто исчезнет в порту, спившись или попав под колеса телеги — это будет статистикой.

Император подошел вплотную. Теперь их лица были в футе друг от друга. — Это не прогулка по коридорам дворца, Дрейк. Это не бал. Там нет стен, в которых можно спрятаться. Там солнце встает по-настоящему, и оно ненавидит таких, как ты. Ты будешь один. Никаких вестников. Никаких связей. Ты уйдешь через три дня. Вернешься, только когда Деймос подпишет мирный договор, ограничивающий строительство маяков. Или не вернешься вовсе.

Дрейк посмотрел в глаза императору. Он видел там то, что видел всегда — холодный расчет правителя, жертвующего пешкой. Разница была лишь в том, что Дрейк всегда знал, что он — пешка. Но впервые император отправлял его на доску, где правила писали враги.

— Мой корабль, — сказал Дрейк. — «Северная звезда». Отходит через три дня. Капитан — старый контрабандист, он знает, что везет «особый груз», но не задает вопросов. Твои документы уже готовятся. Эрик, сын лесоруба из Выселок.

— Мое снаряжение? — Обычное. Ножи, отмычки. Никакой зачарованной стали — их таможенники чувствуют магию. Твоя тень останется здесь. В сундуке под моей кроватью. Если ты не вернешься через год, я найду ей нового носителя.

Дрейк кивнул. Это был не лучший из контрактов. Это был единственный. — Я могу идти собирать вещи?

— Иди, — кивнул Алекс. — И, Дрейк…

Дрейк замер у двери. — Постарайся не умереть в первую неделю. Обучение нового ассасина такого уровня обходится казне слишком дорого. И еще… — голос императора чуть смягчился. — Лили знает, что ты уходишь. Она не спрашивала, куда. Она просто… попросила привезти ей оттуда какую-нибудь безделушку. Что-нибудь блестящее.

— В Солнцехейме все блестит, — ответил Дрейк. — От золота до клинков палачей. Я выберу лучший.

Он развернулся и вышел, оставив императора наедине с мертвым магистром и картой грядущего пожара.

Портовый квартал встретил его запахом гниющих водорослей, дегтя и дешевого рома. «Северная звезда» оказалась старой, потрепанной штормами караккой. Она выглядела достаточно жалко, чтобы не привлекать внимания береговой охраны, и достаточно крепкой, чтобы пересечь Серое море.

Дрейк стоял на пирсе, глядя на свое отражение в грязной воде. На нем была простая куртка из воловьей кожи, штаны, заляпанные смолой, и тяжелые сапоги. В заплечном мешке лежали аккуратно сложенные «купеческие» документы на имя Эрика, мешочек с золотом для взяток и хрустальный флакон с эссенцией, который холодил грудь сквозь ткань рубахи.

Он не чувствовал страха. Страх — это эмоция, а эмоции делают клинок хрупким. Он чувствовал лишь изменение давления. Словно перед бурей.

Его прежняя жизнь — дворец, тени, шепот, Лилиана, которую нужно защищать от взглядов, — осталась на берегу. Впереди была только работа. Работа под открытым небом, под ненавидящим его солнцем, в самом сердце империи, где каждый жрец мог сжечь его одним взглядом.

— Эй, ты! — раздался сверху хриплый голос. — Если решил топиться, то отойди от моего швартова. Или поднимайся на борт, пока крабы не откусили тебе ноги. Капитан не любит ждать.

На борту, облокотившись на фальшборт, стоял человек, больше похожий на медведя, вставшего на задние лапы. Густая рыжая борода, лицо, выдубленное ветрами и солью, и маленькие, острые глазки. Капитан Борин.

Дрейк забросил мешок на палубу и ухватился за веревочный трап. Дерево скрипнуло под его весом.

— Эрик, — представился он, ступая на залитую дегтем палубу. — Борин, — кивнул капитан, сплевывая за борт табачную жижу. — Говорят, ты везешь медовуху, от которой у жрецов Солнцехейма срывает колпаки. Если это правда, ты мне уже нравишься. Если это ложь — я скормлю тебя рыбам, когда надоест твоя унылая рожа. Поднимай сходни, бездельники! Отдать носовой!

Палуба начала медленно уходить из-под ног. Порт столицы начал отдаляться. Башни дворца, шпили храмов, крыши домов — все это медленно тонуло в утренней дымке.

Дрейк вцепился пальцами в холодный леер. Он смотрел на исчезающий берег, пока очертания империи не превратились в тонкую черную линию на горизонте.

Он был один.

Впервые за десять лет службы у Алекса, Дрейк был по-настоящему один. У него не было теней, которые могли бы скрыть его провал. У него не было императора, чей приказ защищал бы его от стражи. У него была только легенда о торговце мехами и яд в кармане, который должен был решить судьбу континента.

— Эй, Эрик! — снова окликнул его Борин. — Хватит пялиться на воду, она не станет суше! Иди сюда. Расскажешь мне, как правильно кланяться этим золотозадым ублюдкам из Солнцехейма, чтобы они не посадили нас на кол прямо в порту. У меня на этой посудине ценная команда, я не хочу терять людей из-за твоего плохого акцента.