Сергей Мусаниф – Участь динозавров (страница 18)

Леха вздохнул, подвинул к себе список и принялся за работу. Он подозревал, что коллеги на самом деле не рассчитывают найти в базе хоть что-то полезное, поэтому и спихнули поиски на стажера. Вполне может оказаться, что убийцы и вовсе нет в этом списке.

Тем не менее, он принялся за работу.

Стас зевнул, прикрыв рот ладонью.

Они пробрались через небольшую толпу зевак, показали свои удостоверения стоявшим в оцеплении милиционерам, и теперь могли вдоволь полюбоваться на очередное место преступления.

Тело лежало ниже уровня земли, на ступеньках, ведущих в подвальное помещение. Вход не просматривался с улицы из-за надстроенного над ним козырька, поэтому труп нашли не сразу.

Крови, как обычно, было много. Та, что стекала по ступенькам, уже успела засохнуть рыжевато-бурыми узорами, та, что скопилась внизу — еще нет.

— Ну, обрадуй нас, — буркнул Николай привычному уже Колпакову, который курил, опираясь спиной о стену.

— Ваш стажер был прав, — сказал Колпаков. — Теперь это официально серия.

— Снова-здорово, — сказал Стас. — Кто жертва?

— Вячеслав Яценко, двадцать один год. Как вы говорите, еще один дед мороз.

— Это все, потому что у нас страна холодная, — предположил Николай. — И дарования, так сказать, соответствуют.

— Он есть в списке? — поинтересовался Стас.

Леха сверился с планшетом. Наизусть он эти двадцать четыре фамилии еще не выучил, но подозревал, что это только пока.

— Есть, — подтвердил он.

— Что еще за список? — спросил Колпаков.

— А тебе оно надо, капитан? — вздохнул Николай. — Ты это дело на нас спихнул, так теперь сиди и радуйся.

— Я и радуюсь, — сказал Колпаков. — Сейчас закончу радоваться и в отдел поеду.

— Введи нас в курс, пока еще не уехал, — сказал Стас. — Что тут было-то?

Колпаков не стал выпендриваться, типа, все равно все одно дело делаем, бросил окурок на землю и тщательно его затоптал.

— На него напали в арке, это метрах в двадцати отсюда, — сказал он. — Два раза ударили ножом в спину. Эксперт говорит, не смертельно, но волю к сопротивлению он потерял. Потом оттащили сюда, перерезали горло и тут бросили. Все случилось либо поздней ночью, либо уже ранним утром, сейчас еще достаточно тепло, так что тела остывают долго, точнее определить сложно.

— И никто ничего не видел, никто ничего не слышал?

— Как обычно, — подтвердил Колпаков. — Но тут-то еще можно понять, утро слишком раннее даже для того, чтобы собак выгуливать.

— Неужто на завод никто не шел или со смены никто не возвращался? — усомнился Николай.

Колпаков пожал плечами.

— Кто нашел тело? — спросил Стас.

— Дворник. Там внизу дворницкая.

— Где сейчас этот дворник?

— В больнице, — сказал Колпаков. — Человек пожилой, стало плохо, подозрение на инфаркт.

— Впечатлительный нынче пошел дворник, — заметил Николай. — Вот в нашем детстве были дворники не чета нынешним, часами могли за пацанами с метлой по двору гоняться. Иногда даже догоняли. Богатыри, не мы.

— Яценко, значит, — задумчиво сказал Стас. — Стажер, а наш убийца случайно не по алфавиту идет, а?

— Нет, — сказал Леха, и для этого ему даже со списком сверяться не пришлось. — Между Я и Т там еще целая куча фамилий. Да и первой жертвой в таком случае должен быть не Сидоров, а Бекетов. Руслан.

— Может, он и стал, — предположил Николай. — И лежит себе где-нибудь тихонечко наш Руслан, разлагается, а мы ни ухом, ни рылом.

— Все равно не бьется, — сказал Леха. — Началось-то с Сидорова, а он в середине списка.

— Да что там за список такой у вас? — спросил Колпаков. — Стесняюсь спросить, где вы вообще его взяли?

— Составили в ходе оперативных мероприятий, — сказал Стас. — А Бекетов — это, случайно, не еще один дед мороз?

— Нет, он скороход.

— Пятой категории?

— Четвертой.

— Такого еще попробуй зарежь, — сказал Стас. — В стрессовой ситуации они запросто и в третью перепрыгнуть могут.

— Не быстрее пули, — заметил Николай.

— Даже если у нашего убийцы есть пистолет, в дело он его пока не пускал, — сказал Стас. — Если это действительно список потенциальных мишеней, то Бекетов, пожалуй, самая трудная цель.

— Надо бы с ним побеседовать, — сказал Николай. — Может быть, он и не мишень, а сам, так сказать, стрелок. Хотя и без пистолета.

— Обсудим, — сказал Стас.

— А можно весь список посмотреть? — спросил Колпаков.

— Нет, — сказал Стас. Он зевнул и посмотрел на часы. — Почему нас так поздно известили? Не в десять же утра у дворника рабочий день начинается.

— Опера, которые первыми на вызов приехали, не сразу сообразили, что это ваш, — сказал Колпаков. — Предыдущих-то дома убивали, а этого только на подходе.

— Где он жил, кстати?

— В третьем подъезде.

— Один?

— Да.

— Тоже детдомовский?

— Судя по документам.

— Столько лет прошло, а никто так и не рвется «бывших» усыновлять, — вздохнул Николай.

— Большая ответственность, — сказал Стас.

— Советский человек не должен бояться ответственности.

— Большой риск? — предположил Колпаков.

— На самом деле, случаи, когда бытовые ссоры с приемными родителями доходили до чего-то вот такого, — Николай указал на лежащий на ступеньках труп. — Можно пересчитать по пальцам одной руки, и никто их, ясное дело, особо не афиширует. Я думаю, дело все-таки в классовой ненависти.

— Столько лет прошло, — напомнил Стас.

— А сколько лет они тут всем заправляли? — поинтересовался Николай. — Всяко больше, правда? Нет, я не говорю, что их вообще не усыновляют, случаи были, и, по большей части, все они закончились, как минимум, не катастрофой, но в целом некая тенденция налицо. Среди обычных людей процент усыновленных куда выше, чем у «бывших». В разы.

— Дети-то ни в чем не виноваты, — сказал Колпаков.

— Дети ни в чем не виноваты, но это тот случай, когда ложечки нашлись, а осадочек-то все равно остался, — сказал Николай. — Нет, я все понимаю и далек от осуждения. Тут и чтоб своего ребенка нормальным человеком вырастить нужно кучу сил и времени приложить, а чужого-то… а если он еще из «бывших»… Это ж в теории только все дети одинаковые, а на практике есть нюансы.

— Так выходит, что эти ребята воспитываются в детских домах, а потом режут друг другу глотки? — уточнил Колпаков. — Ты это хочешь сказать?

— Второе не факт, — сказал Стас. — Возможно, им режет глотки кто-то другой.

— Я вообще начинаю подозревать, что это ты, капитан, — сказал Николай Колпакову. — Мы как ни приедем на труп, каждый раз тебя встречаем, даже если район не твой. Где ты, там смерть, получается.

— Ага, — мрачно сказал Колпаков. — Мне просто из соседнего отделения позвонили, уточняли, было ли у нас что-то похожее, вот я и вызвался вас тут встретить для передачи, так сказать, полномочий.