Сергей Морозов – Да будет тьма (страница 7)

– Что ж, что вы обо всем этом думаете?

– Что тут думать? Либо этот, мать его, Левингстон действительно сама невинность и светящийся от святости агнец Божий, а просто я в чем-то не смыслю, либо Хэтэуэй держат у мэра руку по локоть в заднице и трясут им как театральной куклой. Первый вариант сомнительный, так что выбор невелик, – ответил с иронией Картер.

– Хех… Вот про связь мэра с Хэтэуэй я, пожалуй, соглашусь. Точнее и не выразишься. Хе-хе, – сказал Стив, слегка подтолкнув Картера в плечо, как бы подбадривая. – А этот парень, может действительно не виновен. Я его знаю давно, он хоть и проходимец, но едва ли убийца. Что вы думаете дальше делать?

– Да и какая уже разница, виновен Левингстон или нет? Ты слышал, что сказал мне Лоуренс? Теперь единственные люди способные пролить свет, вне моей юрисдикции. А если постараюсь закончить начатое, то, наверное, мэр зальет меня чернилами, чтоб не отличался от нигеров, и отправит меня на плантацию. А что дальше делать – пока не знаю. Надо все хорошенько обдумать, а пока попробую навести справки на этого Ричарда Фокса: кто он и как связан с Бранчестером.

– Да уж, интересная выдалась ситуация… Вы проводили обыск дома Бранчестера? Удалось что-нибудь найти?

– Конечно искали, но ничего, что могло бы помочь, пока не нашли.

– Вас не смущает схожесть этого дела с делом об убийстве Годфри Левингстона?

– Конечно смущает. Я читал отчет моего предшественника, точнее, исполняющего обязанности маршала.

– Да уж, жаль вашего предшественника. Хороший был маршал. Погиб от рук какого-то грабителя в доме мэра.

– Его то жаль, а вот его помощник в отчете ни черта толком не написал. Там только описание того, что сделали с жертвой, совпадает: стреляное оружие, нет следов пули, да, черт возьми, вообще ничего нет кроме обезглавленного трупа, подвешенного к потолку. Ах, да, тут еще есть пустая шкатулка, – нервно констатировал Картер

– Возможно, ее содержимое интересовало убийцу? – предположил Стив.

– А то я об этом не задумывался? Стив, ну ты-то масла в огонь не лей. Я хоть и недавно в должности, но не конченый недоумок. Эх, черт, как же не вовремя вломилась эта тетка, а мэр вообще окончательно добил. Еще этот чертов болтливый старикашка. Да я вообще ни черта толком не понял в этой суматохе, – раздраженно высказался Картер.

– Понимаю… Я сам подобного ранее не видел. Попробую с мэром переговорить, когда он остынет, и, может, смогу подобраться к Хэтэуэй.

– Было бы неплохо. Буду благодарен, шериф. Уж очень не хочу видеться с Корнелиусом в ближайшую вечность. Дашь знать, как будет ясность? А я пока наведу справки об отправителе шкатулки.

– Конечно, дам знать. Я пока посещу место происшествия. Хотелось бы самому все осмотреть, быть может, я что-нибудь смогу найти.

– Хорошо. Там на охране осталось двое. Тебя то они точно должны допустить. А если что скажи, что я им лично задницы надеру.

– Спасибо, Джонатан. Если что найду, обязательно дам знать, – сказал Стив, вставая со стула и положив руку на плечо Картера в знак поддержки. – До встречи.

– Угу, – промычал Картер, погрузившись в пучину раздумий.

Стив вышел на улицу и закурил трубку. Там, в компании констеблей, его ожидал Глен, который молниеносно оставил своих собеседников и подошел к шерифу.

– Ну что? Какие наши дальнейшие действия, мистер Браун? – спросил с нетерпением Глен.

– Спокойнее, сынок. Не торопись, дай немного обдумать все, – ответил Стив, глядя в даль.

– Офицер Картер сказал вам что-нибудь важное? – вновь поинтересовался Глен.

– Нет, он в такой же растерянности, что и я, – так же глядя в даль ответил шериф.

Шериф несколько раз затянулся трубкой в компании Глена, который не стал ничего говорить и предлагать, зная Стива. Шериф никогда не делал поспешных действий, он всегда обдумывал свои планы долго и скрупулёзно. В начале их совместной работы молодому и энергичному человеку шериф казался слишком нерасторопным и медлительным. В принципе его мнение не поменялось и по сей день. Если поначалу Глен и пытался немного расшевелить опытного шерифа, то теперь уже перестал этого делать, осознавая тщетность этих попыток. Шериф в своей основательности оставался непреклонным и не реагировал на выпады непоседливого помощника и лишь призывал его к спокойствию.

– Что ж, сынок, прогуляемся к ферме Бранчестера и взглянем сами на место убийства. Может что-нибудь прояснится, – проговорил Стив, вытряхивая табак из трубки. – Веди лошадей.

Глен лишь закивал, ведь он и сам хотел это предложить. И напарники направились к злополучной ферме Флойда Бранчестера.

IV

Покинув участок, дворецкий предложил Уильяму сесть в карету, которая стояла напротив входа. Это была та самая карета, что обогнала его утром прошлого дня. Уильям хоть и нехотя, но направился к ней. Дворецкий открыл ему дверь, и Левингстон сел внутрь, а сам остался ждать Барбару, которая в это время беседовала с мэром.

– Мисс Хэтэуэй, надеюсь, что данное недоразумение никак не отразится на наших с вами взаимоотношениях? – с дрожью в голосе спрашивал Корнелиус Лоуренс.

– Что вы, мистер Лоуренс, вы проявили себя весьма подобающим образом. Вы вступились за несчастного человека, осужденного за деяния им не совершенные, а это очень благородно, – вежливо отвечала Барбара.

– Мисс Хэтэуэй, надеюсь, что вы замолвите за меня словечко перед мистером Хэтэуэй? – спросил мэр, перебирая пальцы от волнения.

– Не волнуйтесь, мистер Лоуренс, вам не о чем волноваться, пока ничего серьезного не произошло. Вам нечего опасаться, уверяю вас, – успокаивала мэра Барбара.

– Вы столь великодушны, сколь прекрасны, мисс Хэтэуэй, – подхалимничал мэр.

– Вы мне льстите, мистер Лоуренс.

– Что ж, мисс Хэтэуэй, раз уж все хорошо закончилось, с вашего позволения я займусь своими обязанностями, – услужливо произнес мэр.

– Конечно, мистер Лоуренс, не смею вас более задерживать. Успешного вам дня, – попрощалась Барбара.

– До свидания, мисс Хэтэуэй, – попрощался мэр с Барбарой и, после того как она повернулась к карете, вытер платком пот со лба.

Барбара села в карету, и дворецкий закрыл за ней дверь. В экипаже воцарилась абсолютная тьма – ни одного лучика солнечного света не пробивалось в карету, точно так же, как и в дом Хэтэуэй. Сердце Уильяма вздрогнуло, когда началось движение кареты.

– Как вы себя чувствуете, мистер Левингстон? – раздался голос Барбары.

– Трудно однозначно ответить, мисс Хэтэуэй, – ответил Уильям с некой тревогой.

– Понимаю вас, мистер Левингстон, все это столь необычно для вас.

– Действительно. Но, может, вы мне проясните, почему вы пришли

за мной? Откуда вы узнали, что меня задержали? И… и-и-и что тут делал Лоуренс, черт его дери? – спросил Уильям.

– Мистер Левингстон, многие вещи вам знать либо рано, либо не стоит вовсе. Вам представится возможность побеседовать с Томасом, – ответила Барбара.

– Что? Мы едем к вам?

– Разумеется. Томас слов на ветер не бросает. Он вчера пророчил вашу встречу, и вот она вскоре состоится.

– Черт… Но для чего?

– Мистер Левингстон, вы скоро все узнаете из первых уст. Проявите терпение.

Уильям решил, что расспрашивать ее не имеет смысла. Дальнейший путь прошел в обоюдном молчании.

Спустя некоторое время карета остановилась. Дворецкий открыл дверь и свет начал резать глаза Уильяма, привыкшие к кромешной тьме. Немного привыкнув к уличному свету, он покинул карету, а Барбара вслед за ним. Дворецкий отворил дверь дома, и дождался, когда хозяйка дома с гостем зайдут, и вошел вслед за ними.

В доме было все так же темно, и лишь одна свеча горела на подставке у входа. Барбара взяла ее, войдя в дом, и вежливо попросила Уильяма следовать за ней. Он молча шел за мисс Хэтэуэй по коридорам одновременно жуткого и роскошного жилища. Хозяйка дома привела гостя в зал, посреди которого стоял стол, с зажженной свечой. Перед столом стояли два богатых кресла; в одном из которых сидел Томас, читая книгу. Барбара жестом руки указала, чтобы гость направился к мистеру Хэтэуэй.

– Присаживайтесь, мистер Уильям Эвери Левингстон, – раздался голос Томаса.

Уильям уселся в кресло и обернулся в сторону Барбары, которая, встретившись взглядами с Уильямом, тотчас развернулась и покинула зал. В это время Томас бросил книгу на стол, которая упала с глухим хлопком.

– Мистер Левингстон, как я и говорил мы с вами, вновь встретились в стенах этого дома, – продолжил Томас.

– Да вы провидец, мистер Хэтэуэй, не иначе, – сказал Уильям с тревогой в голосе.

– Скорее планировщик, мистер Левингстон. Никому не дано знать будущее, но есть способные его просчитать. Что ж, у вас есть масса вопросов насчет всего произошедшего, и я готов на часть из них ответить, – говорил Хэтэуэй спокойно и монотонно.

– Хорошо. Что случилось там… там на ферме с Флойдом? – спросил Уильям.

– Хм. Удивительно, что вы начали именно с этого, – спокойно произнес Томас, откинувшись в кресло.

– Ну-у-у, собственно, из-за него я попал в эту передрягу, – пояснил Уильям.

– Не совсем из-за него, мистер Левингстон, ну да ладно. Флойд Бранчестер умер, как вы уже успели понять, вскоре после вашего убытия с его фермы. Дело в том, что мистер Бранчестер пытался играть не на той стороне, что и стало для него роковым решением.

– О какой игре вы говорите, сэр? – перебил Уильям.