Сергей Миронов – Избранное (страница 14)
Перилами придавило живот, из штанов что-то выпало и брякнулось о палубу.
Но он был так захвачен увиденным, что не заметил этого.
А увидел он то, что ни за что они не зацепилась.
Просто в воде извивались вылезшие из-под днища корни не только строевой сосны, из которых были сделаны мачты, но и строевого дуба, который пошел на обшивку бригантины.
Между корнями всплыл знакомый до боли силуэт его крайней плоти.
Плоть приподняла голову, как настоящая змея, и снова исчезла среди корней.
Пират судорожно ощупал штаны и понял, что кандалов нет.
«Что если он найдет партнера для своих утех в подводном мире? Все же надо было приколоть его заколкой из бивня слоновой кости», — еще успел подумать он перед тем, как волосы его рыжих косичек сами по себе расплелись и встали дыбом под его треуголкой!
Но не успел он рухнуть без чувств на капитанском мостике, как что-то дернуло его и потащило вниз, по ступеням и палубе к открытому пушечноиу люку…
Средство от кашля
Дорогие читатели, друзья мои!
Лет десять назад, когда я еще рисовал мультики, был задуман анимационный сериал о злоключениях городского недотепы Некто М.
Некоторые сюжеты я записал в виде рассказов.
А этот — в виде сценария, идея которого родилась из обыденной жизни типичного питерского двора.
Случилось как-то так, что Некто М. замучил кашель.
После кашля при каждом вздохе в груди начинал самопроизвольно играть небольшой органчик.
Причем его репертуар никак не совпадал с музыкальными вкусами самого Некто М.
Раньше он был злостным курильщиком.
Но уже лет 15, как он бросил эту дурацкую привычку.
Однако кашель остался.
И доставлял ему столько неудобств, что с этим надо было что-то делать.
Он пробовал лечиться народными средствами.
Пил горячее молоко с маслом и содой, настой черной редьки на меде и дышал паром вареной картошки.
Но это не помогало.
Пришлось идти к врачу.
Доктор выслушал его, заставил дунуть в трубочку, соединенную с компьютером, долго качал головой над кривыми параболами, нарисованными специальной программой, и выписал рецепт.
Одним лекарством надо было полоскать горло.
А три других предназначались, чтобы заряжать их в специальное устройство с компрессором.
Примерно таким, что облегчает жизнь аквариумным рыбкам.
Стоит нажать кнопку, как устройство начинает ворчать и мелко дрожать, а из специальной трубки валит лечебный дым.
Его надо было вдыхать точно так же, как он это делал, когда курил мелконарезанные листья сушеного табака.
Камера добросовестно показывает крупным планом, как Некто М. по каплям заряжает свой аппарат всякими микстурами, дым от которых был на вкус еще большей гадостью, чем от табака.
Кроме вдыхания лекарственного дыма, доктор прописал еще одну процедуру.
Надо было что-то сильно надуть.
Неважно что: шарик, мячик, надувную игрушку.
Главное — с усилием выдыхать.
Следуют кадры надувания шарика.
Затем надутый шарик или лопается, или его отпускают полетать по комнате.
Эти кадры с надуванием станут связующей нитью, на которую нанизывается основной видеоряд дальнейшего повествования.
Буду расставлять их как гипотетический режиссер, а любой читатель волен распоряжаться ими по своему усмотрению.
По моей раскадровке жизнь последнего шарика заканчивается сильным хлопком.
Пока больной ищет по дому ему замену, на экране идет длинная панорама его холостяцкого жилья.
Никаких салфеток, занавесок, подушечек, вазочек и других верных признаков присутствия женщины.
Единственный, кто делит с ним кров и скудный корм, это худой облезлый кот.
Чисто, но подчеркнуто аскетично, под девизом «Ничего лишнего».
Цветы на подоконнике — единственное яркое пятно на этом сером фоне.
Некто М. поливает их и выглядывает через окно во двор.
Там проржавевшая, заваленная опавшими листьями и мусором, доживает свой век его машина.
Пока хозяин транспортного средства в очередной раз прикидывает, стоит ли приложить усилия для его реанимации, вода из лейки переполняет цветочный горшок, проливается на блюдце под ним, а из него — на подоконник.
Некто М. обращает внимание на этот каскад, только когда вода начинает капать ему на домашние тапочки.
Образовавшуюся лужицу тут же слизал кот, видимо, неизбалованный в этом доме ни едой, ни питьем.
Некто М. возвращается взглядом к своей развалюхе во дворе и тяжко вздыхает.
Однако бронхи в его легких играют на своем органчике бодрую мелодию «Марша авиаторов», вовсе не соответствующую трагизму, который хозяин организма хотел вложить в это действие.
Тем временем он замечает вокруг своего автомобиля какую-то суету и нездоровый ажиотаж.
Шины передних колес его тачанки давно спустили, как, впрочем, и тормозные барабаны и цилиндры амортизаторов, так что капот опустился до высоты дивана и на нем с комфортом развалился здоровенный детина.
Приглядевшись, Некто М. узнает завсегдатая своего двора по кличке Толстый.
— Бла-Бла-Бла! Бу-Бу-Бу! — по-мультяшному выговаривает он Толстому, уже спустившись во двор.
Но и без всякого перевода по его суровому, хмурому виду совершенно ясно, что он крайне недоволен активностью этого нехорошего парня вокруг своего транспортного средства.
Тут же, словно из-под земли, вырастает напарник Толстого по кличке Длинный.
Оба зарабатывают себе на кусок хлеба с маслом очень плохим делом.
В просторечии их специальность называется «Минеры».
А заключается она в том, чтобы спрятать дозу наркотика в каком-нибудь неприметном месте.
Под камнем, в трещине асфальта, в водосточной трубе, между кирпичами обвалившейся кладки или за поребриком газона.
Затем сфоткать это место и послать покупателю вместе с подробным адресом.