Сергей Лукьяненко – Настоящая фантастика 2018 [антология] (страница 10)
Лиза играла с другими детьми у кромки фонтана, в тени Атланта, которому доверили нести пустой каркас глобуса. Бурцев был так счастлив, что даже не стал ругать девочку за самоволку. Он оттащил ее от воды и повел к Жене.
Они встретились у ограды катка. Сверкая разноцветными ногтями, Женя прощебетала:
— Ну что, может, по мороженому?
Первый совместный поход в кафе! О таком студент даже не мог мечтать. И, однако, он засомневался. Мысли были заняты Олимпом.
— Слушай, я сейчас такое видел… — Он закусил губу. Как рассказать о собрании роботов и не упомянуть, что он потерял Лизу? Бурцев решил оставить это на потом. — Короче, я вспомнил, что у меня курсовая горит. Ты не обидишься, если я пойду посижу с ней, а тебе потом позвоню?
Женя наградила одногруппника загадочной улыбкой и продиктовала телефон.
По пути к выходу Бурцев разглядывал бумажку с заветными цифрами и пытался понять, что произошло. Он нашел множество несостыковок в собственной истории. Зачем, например, чемодан и пылесос обменивались репликами вслух, если могли просто послать сигналы? И как столько событий уместилось в пятнадцать минут?
Одного нельзя было отрицать: он не только избежал позора, но и получил номер Жени. Это было настоящее чудо. Студент принял за рабочую версию, что счастливая идея поискать Лизу у фонтана была продиктована ему свыше, а уж насколько «свыше», это оставалось под вопросом.
Поэтому, проходя мимо витрины с шеренгой умных чемоданов, Бурцев усмехнулся и произнес одними губами: «Спасибо». Он прибавил шагу и уже не заметил, что рекламный робот, стоявший возле рамки металлоискателя, отвесил ему вежливый поклон.
Леся Яровова
Истребитель номер ноль
Грег пытался угадать, кто из них жена, а кто — телохранитель.
Женщины стояли рядом с командором, почти касаясь его плечами: справа — тонкая Сели, слева — массивная Эллина, обе в темных мантиях, скрывающих движения, обе сосредоточенные и молчаливые. Мантия Эллины слегка оттопыривалась чуть ниже талии. Что там? Топор? Лазер? А может, просто сумочка из модной в этом сезоне шкуры кноксила?
Командор шагнул к Грегу, женщины двинулись следом, но он досадливо махнул рукой, стойте, мол, где стоите. Две фигуры послушно замерли. На фоне открытого люка катера они казались зубами на краю чудовищной пасти.
— Сколько времени понадобится? — спросил командор словно через силу.
Грег вспомнил слухи о голосовом аппарате, вживленном в горло командора Итона после газовой атаки на Орене. Говорили, что с тех пор каждое слово причиняет ему боль.
— Месяц, — ответил Грег и добавил быстро, не дожидаясь следующего вопроса: — Или немного больше… Надо посчитать.
Он сунул руку за пазуху, намереваясь вытащить калькулятор, и не успел: коршуном с небес свалилась на него Сели, перехватила руку, приставила к голове Грега пистоль.
— Оставь, — бросил командор, страдальчески сморщившись. — Он свой.
Сели нехотя отпустила руку, помедлив, убрала пистоль под мантию. Эллина наблюдала, не шелохнувшись.
«Значит, Сели — телохранитель. Надо же», — подумал Грег.
— Оренская резня испортила нервы моей супруги, — пояснил командор и закашлялся, безуспешно пытаясь скрыть боль. — Месяц, — выдавил он сквозь хрип. — Не подведи, лейтенант!
— Служу Отчизне! — рявкнул Грег и почувствовал себя петухом на псарне, так неуместно это прозвучало здесь.
Командор похлопал его по плечу и пошел в катер, словно забыв о женщинах. Сели и Эллина молча двинулись за ним.
На хирургическом столе девочка казалась еще меньше. В свете бестеневых ламп тело ее отсвечивало синевой, казалось, что вены просвечивают сквозь кожу. Выпуклый от недоедания живот выпирал тугим барабаном под цыплячьими ребрами. В тонкую руку впивалась игла капельницы.
— Экий задохлик, — пробормотал хирург. — И откуда они их тащат…
— У нее отличные показатели, — возразил анестезиолог, щупая пульс. — Выносливости этого организма можно позавидовать.
— Посмотрим-посмотрим…
Хирург немного волновался перед операцией и был не слишком настроен вести беседу.
Медсестры перевернули девочку на живот, накрыли простыней и принялись протирать спину остро пахнущим дезинфицирующим раствором. Ассистент держал наготове хирургическую пилу с хищным жалом. На столиках, помимо инструментов, были разложены маленькие, с ноготь, коробочки, соединительные провода, гладкие цилиндрики и штифты темного металла. У стены стояли отливающие серебром циркониевые крылья, огромные, словно состоящие из неправильных треугольников. Каждым можно было накрыть девочку, спрятать с головой. Только ее некому было прятать.
Грег очнулся от криосна. Крышка капсулы поднималась слишком медленно, поэтому он не стал дожидаться щелчка, а, упершись руками, выбросил ноги в приоткрывшуюся щель, развернулся поперек и вылез, перегнувшись, как танцор лимбо. Мокрые от раствора стопы заскользили по пластику пола, пришлось ухватиться за поручень. Негодующе заверещал датчик. Грег прихлопнул его и прошлепал в душевую, предвкушая удовольствие от хлещущих тело контрастных струй.
Посвежевший и окончательно проснувшийся, Грег выбрался из душевой кабины и как был, голый и мокрый, побрел на кухню, игнорируя вопросительное попискивание анализатора. Он и так знал, что здоров, силен, опасен и готов к работе.
Завтракать не хотелось, и, напившись синтетического кофе, Грег натянул приятно шершавый комбинезон, ловко упаковался в скафандр и полез в катер. Засекреченная планета с непроизносимым названием КСТШТ-8 жаждала его шагов, таинственно отсвечивая в иллюминаторе округлым боком.
Грег всегда делал все «на отлично», и посадка не стала исключением. Мягко, словно мышь под одеяло, катер скользнул в атмосферу и плавно опустился на поверхность. Подождав, пока уляжется грунт, Грег вышел наружу. Согласно данным георазведки, атмосфера КСТШТ-8 пригодна для дыхания, но не стоило спешить снимать скафандр. Лучше, как говорят на Альетте, перебдеть, чем выдавливать из-под кожи яйца ядовитой насекомой дряни.
Первым делом следовало осмотреться и обустроить лагерь. Грег выбрал северо-западное направление, настроил компас и двинул в сторону чахлого леса, маячившего неподалеку от места приземления. Или приКСТШТения?
Лингвистический казус занимал его мозг, пока ноги привычно шагали, а руки в толстых перчатках брали пробы. Грег обошел по дуге сомнительного вида лужу: с водоемом возни много, лучше оставить на потом. Сначала деревья.
Лес ожидания оправдал: был он сухой и чистый, состоял сплошь из хвойных, гнилыми сучьями и подозрительно крупными звериными тропами не изобиловал. Облюбовав покрытую упругой синеватой травой поляну, Грег принялся за ее тщательное исследование. Он соскабливал красноватый лишайник с поваленного ствола, когда услышал за спиной звук, похожий на шорох осторожных шагов. Некто шел по лесу, стараясь не шуметь. В затылке засвербело от чужого взгляда. Грег, не думая, перемахнул ствол, на ходу вынимая пистоль, и залег, смяв травяные стебли.
На поляне стояла невысокая девушка, босая, в легком сарафане. Глаза ее скрывали плотно прилегающие к лицу темные очки, казавшиеся абсолютно непрозрачными, зато из светлых кудрявых волос поднимались три гибких то ли стебля, то ли щупальца с поблескивающими глазными имплантами на концах.
Грег переместился влево. Девушка не шевельнулась, но стебли повернулись за ним. Она не сводила с Грега глаз, и привычной идиоме на сей раз соответствовала столь выразительная, сколь и жуткая картина.
— Добрый день, — насмешливо сказала девушка на всеобщем. — Я вас напутала? Простите, не хотела.
Она улыбалась так, что Грег почувствовал себя круглым идиотом, или даже идиотом в квадрате, но вылезать из-за дерева не торопился. Вместо этого он подбородком нащупал кнопку усиления сигнала и вдавил ее в пластиковую плоть скафандра. Мир тут же взорвался звуками. Многократно усиленный, донесся шорох мелкого зверька в кустах, копошение насекомых в траве, птичий гомон, шипение крупной змеи. Грохотом многотонного водопада ворвался в уши шум протекающего неподалеку ручья, засвистел ветер в кронах, и через все это кипящее, сводящее с ума сумбурное многоголосие явственно пробился ритмичный стук ее сердца. Она была здесь одна.
Грег послушал еще немного, рискуя сойти с ума, и отпустил кнопку. Звуки резко смолкли. Девушка стояла неподвижно, все так же насмешливо улыбаясь ярким ртом. Два стебелька на ее кудрявой голове по-прежнему следили за ним, третий поник, словно потерял интерес. «Любопытно, это части ее тела или автономные симбиоты?» — подумал Грег и вылез из укрытия.
— Меня зовут… — начал он, но его бесцеремонно перебили:
— Вам не жарко в скафандре?
— Нет, что вы! У него встроенная система терморегуляции, рассчитанная на постоянное поддержание комфортной температуры.
— Да-а-а-а что вы говорите? — протянула незнакомка, и Грег понял, что словил лопуха: вопрос был не из тех, на которые стоило отвечать прямо.
Кровь бросилась ему в голову, но девушка почувствовала его гнев и подняла руки, словно защищаясь. Она засмеялась так обезоруживающе искренне, что сердиться стало совершенно невозможно.
Грег, скосив глаза, посмотрел на отображающиеся на боковом мониторе результаты анализа образцов. Атмосфера была полностью пригодна для дыхания, примеси в пределах нормы, опасных веществ в составе почвы, травы, лишайника и бог весть чего еще не обнаружено. Облегченно выдохнув, он поднял забрало шлема и глубоко вздохнул.