Сергей Лукиянов – Тёмные века – эпоха пророков. Книга вторая. Воин с равнины (страница 6)

Они с Кукой продолжали каждую ночь дежурить посменно, на случай возвращения зубастых тварей. После первой стычки, они больше не появлялись, но друзья решили не рисковать. Стоит беспечно отнестись к какой-нибудь мелочи, и неприятный сюрприз был уже не за горами.

Долгими ночами, когда енот мирно дремал прижавшись спиной к Милрою, молодой маг много думал. В течении дня, когда приходилось решать ежедневные вопросы выживания, было не до размышлений, в ночной же тишине, когда мир замирал, можно было подумать о будущем и о прошлом. В основном Милрой вспоминал уроки Лунной долины, недовольно морщась, стоило ему заново пережить неприятный момент. С каждым воспоминанием у него укреплялось чувство, что из приятного в его прошлом были только те моменты, когда они с Кукой оставались вдвоём. Даже в деревне, когда он ещё жил в семье дяди и тёти. Так получилось, что самое лучшее из Долины он взял с собой.

Милрой положил руку на тёплый бок друга. Еноту снились сны. Неясные, одному Куке ведомые, сны. Молодой маг улыбнулся. Приятно было осознавать, что у него хватило ума спрятать друга от хищных лап дракона. Окажись он на равнине один, всё могло повернуться куда как хуже.

Первый небольшой островок деревьев, растущих возле водоёма, они нашли спустя полтора месяца, после того как впервые ступили на бесплодную землю равнины. К тому времени друзья больше походили на тени. Оба серовато-бурого оттенка от солнечного загара и впитавшегося в кожу песка. Пустыня оставила от них одни кожу да кости. Пойманные жуки и ящерицы поддерживали в них жизнь, но это всё, на что они годились.

Пошатываясь, Милрой опустился на колени перед водоёмом и медленно погрузил в воду ладони. Приятный холод растёкся по всему телу, давая отдых и прохладу под палящим солнцем равнины. Выпив немного из источника, молодой маг всполоснул мехи с водой и наполнил их до отказа. Он огляделся, надеясь найти хоть что-то, в чём можно было нести воду. Последнюю неделю они с Кукой обходились без воды, высасывая её из полузасохших растений и мелких животных, и он не хотел повторения этого опыта. Но вокруг были только камни и трава, покрытая толстым слоем песка, так что казалась чуть зеленее обычного.

Когда друзья утолили жажду, они решили остановиться в оазисе на пару дней, чтобы отдохнуть и набраться сил. Кроме того, Милрою предстояло решить, как действовать дальше. В Долине он бы просто коснулся земли и уже через минуту мог до метра определить местоположения деревни или города. Здесь же он опасался пользоваться магией.

Глядя на горизонт, он нервно теребил через одежду, висящий на шее кристалл с Нэруном. Сначала он думал, что с демоном будут сложности, но кристалл ничем не отличался от обычного камня, разве что сиял своим светом и шнурок натирал потную шею.

Переведя взгляд на Куку, молодой маг искренне позавидовал другу. Напившись воды, енот расположился в тени деревьев и задремал. Он шёл туда, куда шёл Милрой и этого ему было достаточно. Во всё остальное время енот спал, либо искал еду, не загадывая далеко вперёд. Это бремя он оставил Милрою.

Поразмыслив, Милрой присел рядом с Кукой и облокотился спиной о прохладный ствол дерева. Надо было отвлечься. День или два погоды не сделают, а ему необходимо было отдохнуть. Последние две недели он только и знал, что идти вперёд. Всякие мысли оставили его из-за жары и постоянного голода. Сейчас же, когда желудок был полон прохладной воды, и тень от дерева скрывала его от лучей палящего солнца, он впервые за долгое время забылся долгим и спокойным сном.

Очнулся Милрой под вечер, когда на небе начали появляться первые звёзды. Ополоснув лицо в озере, он огляделся по сторонам. Серая равнина тянулась до самого горизонта.

«И что я забыл в этой проклятой земле?» – в сотый раз спрашивал себя Милрой, чувствуя, как болезненно отозвался желудок на глоток холодной воды.

Вопрос остался без ответа. Милрой решил пройтись вокруг водоёма, чтобы найти место, откуда удобней будет вести охоту. С наступлением ночи сюда могли пожаловать животные покрупнее ящериц, а молодой маг уже больше месяца не ел свежего мяса. Кука куда-то запропастился, но это и не удивительно. Енот всегда предпочитал охотиться в одиночестве. Милрой был для него слишком заметным спутником.

Время шло, но возле водоёма никто не появлялся. Звёзды на небе стали ярче, на равнину опустилась непроглядная темнота и резко похолодало. Поёжившись, молодой маг решил развести огонь. Времени прошло достаточно, а возле озера так никто не появился, значит, не было причин больше откладывать разведение костра. По крайней мере сегодня он согреется.

За сухими листьями и ветками пришлось лезть на дерево. Чтобы развести костёр, опавших веток, было недостаточно. Забравшись на самую верхушку дерева, Милрой огляделся. Пустынная равнина и… слабое, едва различимое зарево. Свет был ровный и не угасал те несколько минут, что молодой маг следил за ним.

Деревня! А может даже город.

Забыв про сухие ветки, он во все глаза вглядывался в сторону призрачного света, тщетно стараясь что-то в нём разглядеть. Через какое-то время он почувствовал, как у него начинают неметь от холода пальцы, поэтому ему всё же спустился вниз, чтобы развести костёр. От возбуждения он не мог усидеть на месте. Хотелось ещё раз посмотреть в сторону света, лишний раз убедиться, что ему это не показалось.

На всякий случай Милрой нарисовал на земле стрелку, указывающую в сторону поселения. Так он завтра утром сможет сориентироваться в какую сторону им с Кукой надо будет идти. Вырыв небольшую ямку, молодой маг насыпал в неё ещё горящие угли, после чего присыпал их песком. Так он мог сохранить тепло костра до утра. Опустившись на импровизированную постель, он почувствовал, как благодатное тепло согревает его измученное тело, а приятное ощущение появившейся цели, наполнило молодого мага надеждой. Через какое-то время, шурша листьями кустарника, к нему подошёл уставший енот. Ничего не сказав, он со вздохом плюхнулся рядом с молодым магом и тут же засопел.

Засыпая, Милрой понял, чего ему так долго не хватало. В пещере у него был ежедневный ритуал: еда, тренировки, изнуряющие тренировки, тренировки в магии и короткий сон. Он просыпался и у него была цель – стать сильнее, быстрее и умнее. Тогда он не понимал, что за всем этим стоял дракон, умело направляя энергию молодого мага в нужное ему русло. Говоря молодому магу, что делать, вайнер освобождал его от необходимости выбора. Впервые Милрой почувствовал свою ответственность за свои действия, когда очутился в Рартовиц. В Бреке его опыт в принятии самостоятельных решений только усилился. Но всё это было в Долине, под невидимым контролем вайнера.

А на равнине он был один.

В тот день, когда они с Кукой оказались предоставлены сами себе, Милрой ощутил изоляцию от внешнего мира. В Долине вокруг него звучала тысяча голосов жителей деревень, леса и земли, к которым он привык на протяжении жизни, и вдруг, как только он ступил на равнину, они внезапно замолчали.

Поэтому принятое им решение идти в сторону предполагаемого города, помогло ему обрести надежду и уверенность в своих действиях. Блуждать по пустыне не различая впереди себя ничего, кроме бесконечной равнины, сбивало с толку и каждый день изматывало молодого мага неустанными вопросами: «Что если?». «Что если они идут не в ту сторону?», «Что если они бродят кругами?», «Что если они умрут посреди равнины от жажды и голода?» Миллионы вопросов, ответы на которые он не в силах был найти. И вот, наконец, сегодня, зарево города стало для него путеводной звездой, за которую он ухватился как за последнее спасение своей жизни и жизни его друга енота.

Кука заворочался у него под боком. Обняв енота, Милрой задумчиво посмотрел на звёздное небо. Из глубины сознания к нему попытался пробиться вопрос: «Зачем он всё это делает?», но молодой маг легко от него отмахнулся. Он не хотел портить хорошее настроение бессмысленным вопросом, на который он ещё не знал ответ.

Исследовав оазис вдоль и поперёк, молодой маг окончательно убедился, что кроме воды, здесь нет ничего съедобного. Впереди была не одна неделя пути, а он выдвигался в путь с двумя полными мехами воды и пустым желудком. С таким положением вещей обретённая им ночью надежда, быстро рассеялась как дым. На одной воде он долго в пустыне не протянет. Назвать бескрайние просторы твёрдой как камень почвы равниной, у него язык не поворачивался.

Существовали, конечно, ящерицы и насекомые, да и на худой конец Кука тоже сгодился бы для еды. Почувствовав невесёлые мысли мага, зверёк возмущённо заворчал.

– Да я пошутил, – стараясь выдавить из себя улыбку, попытался извиниться Милрой. – Кука, я ещё не выжил из ума, чтобы есть единственного друга.

Но енот ещё долгое время продолжал ворчать и искоса поглядывать на идущего рядом мага.

Большую часть дня они шли без остановки, в надежде, что где-нибудь им попадётся небольшое деревце, чтобы передохнуть в тени. Не дождавшись, они остановились и присели на землю. Палящее солнце уже давно высушило путников, превратив их в обтянутые кожей и поредевшей шкурой скелеты. Милрой рассчитывал добраться до поселения через две недели, плюс минус три дня, поэтому жёстко экономил воду.