Сергей Лукиянов – Рассказы о японских призраках (страница 3)

Многие жители Акита-кен, разбуженные посреди ночи дикими воплями, раздражённо бормотали, что: «Опять Кодзо с Обакэ развлекаются…»

Их первый фокус продержался больше месяца, пока каждый житель города не узнал о нём.

Случайный прохожий, находил на дороге красивый зонтик и ни души вокруг. Обрадованный своей удачей, он хватался за него, и ускорял шаг. В этот момент из темноты появлялся Кодзо, и грозно спрашивал, куда это вор собрался с его зонтиком.

Многие давали дёру. Тогда зонтик вырывался из их рук и начинал летать вокруг человека. Но некоторые останавливались и, рассыпаясь в извинениях, пытались вернуть зонтик Кодзо. Когда они подходили достаточно близко, чтобы разглядеть лицо монаха, зонтик делал изящный пируэт, и планировал в руки Кодзо.

Результат был всегда впечатляющий.

Но постепенно, наученные горьким опытом люди, перестали подбирать лежащие на дороге зонтики, и Обакэ с Кодзо приходилось выдумывать новые способы заманивания людей в ловушку…

Они и по сей день встречаются запоздалым путникам на улицах города. Одинокий монах, идущий под раскрытым зонтиком в ясную ночь.

Хранители

Ворота храма Томонодзи заперли с заходом солнца. Проверив лишний раз, крепко ли сидят в своих пазах запоры, монах удалился внутрь храма, откуда доносился тихий шёпот, читающих сутры, людей.

Небольшой двор между стенами храма и самим зданием, был вымощен камнем, от которого звонко отлетали шлёпающие звуки сандалий монаха. Он медленно прошёл мимо статуй священных животных, и остановился возле изваяния Мё-о (Мё-о – воины, защищающие людей от демонов. Выглядят как огромные могучие воители с двуручными мечами из чистого света. Происходят из числа просветленных военачальников, не достигших статуса будд и бодхисаттв). Поклонившись ему, мужчина вошёл внутрь.

Когда свет в здании погас, и все служители храма разошлись по своим комнатам, подступающий к стенам храма лес, проснулся. Множество, неслышных человеческим ухом, звуков, обрушилось на стены священного здания.

Деревянные ворота задрожали от натиска неведомых сил, и лишь присутствие защитника людей Мё-о заставило их отступить. Даже сквозь деревянные панели дверей, они чувствовали ослепляющий свет его меча.

– Опять испугались, – довольно поигрывая бутылочкой сакэ, хихикнула статуя тануки.

– Я всё молюсь, когда наступит день, и посетители уронят тебя с постамента, – немедленно отозвалась статуя кошки, с поднятой к небу лапой. – И зачем я только позвала людей в храм (В древние времена в одном старом храме, в который никто не заходил, поселилась кошка. Она стала выходить на дорогу и садиться на задние лапы, поднимая переднюю лапу, как бы приглашая людей в храм. Узнав о таком диве, толпы повалили в этот храм. С тех пор статуи кошек с поднятой передней лапой считаются приносящими удачу и часто ставятся перед храмами и в домах)?

– Ты только этим и гордишься, – парировал пьяный зверёк, спрыгивая с постамента. – Завидуешь, что меня создатели одарили куда больше, чем тебя (Гениталии тануки – традиционный символ удачи, они считаются площадью 8 татами – 12 кв. метров. Скульптуры тануки с огромными гениталиями и бутылкой саке в лапе, можно часто встретить в Японии)?

– Да замолчите вы оба! – набросилась на них статуя старой обезьяны. – Каждую ночь одно и то же. Хоть бы раз провели её мирно.

– Попробуй тут удержись, когда от него несёт, как от… – кошка многозначительно махнула хвостом, и ловко спрыгнула со своего места.

Перекатившись на спину, её тело стало быстро увеличиваться, и вскоре во дворе стояла обнажённая девушка небесной красоты. Её ярко-зелёные глаза презрительно сверкнули в сторону полуметрового тануки, с трудом передвигающего ноги. Толчком изящной ножки, она опрокинула его на спину.

– Так то лучше, – прошептала девушка, и подошла к статуе хранителя монастыря.

Дотронувшись до лезвия меча, девушка прижала руку к груди, и растворилась в воздухе.

– Вот всегда она так! – бурно возмущался тануки, стараясь перевернуться на живот, но ему мешали его достоинства. – Мудрый Ци, почему она так поступает со мной? – вновь очутившись на задних лапах, спросил зверёк.

– Потому что твой пьяный язык не имеет костей, – опираясь на посох, статуя обезьяны осторожно спустилась на землю. – Не можешь молча встать и отправиться по своим делам, обязательно надо поиздеваться над «они».

– Да что с того?! – тануки размахивал своей бутылкой. – Всё равно они побоятся проникнуть сюда!

Старая обезьяна лишь махнула рукой, и повторила действия кошки. На этот раз во дворе стоял благородный старец, в белых одеяниях. Он почтительно приблизился к статуе Мё-о, и поклонился хранителю. Коснувшись посохом его меча, старик исчез в клубах дыма.

– Остались мы с тобой? – завилял хвостом тануки, обращаясь к статуе собаки.

Статуи сятихоко (Сятихоко – морское чудище с головой тигра и телом рыбы, покрытым ядовитыми иглами. Для хождения по земле оно может превращаться в тигра. Обычно они плавают вокруг головы кита, следя за тем, чтобы кит не нарушал Закон Моря – «кит не может есть большую рыбу». Если кит нарушает этот закон, сятихоко забираются к нему в рот и зажаливают до смерти. В средневековье статуи сятихоко часто ставили в японских замках, как в Европе – статуи горгулий) он игнорировал намеренно, потому как жутко боялся их ядовитых игл. Иногда он сомневался, что «они» не проникают в храм из-за хранителя. Многие духи говорили, что от яда сятихоко жертву парализует, и она умирает много дней в ужасных муках.

Отпив для храбрости сакэ, тануки подобрался к статуе собаки как можно ближе.

– Старый друг, – заглядывая неподвижной статуе в глаза, проворковал зверёк. – Что же ты весь вечер молчишь?

Но собака продолжала молчать. Тануки занервничал, и ухватился за собственный хвост. Перебирая на нём волоски, зверёк покосился на статую хранителя. Ему тоже пора было исполнять свои обязанности, но так не хотелось возвращаться в мир людей. В прошлый раз ему сильно намяли бока.

Отпив ещё сакэ, он бочком приблизился к статуе Мё-о и пальчиком коснулся его меча. Свой природный облик он предпочитал человеческому, потому тануки превращался в людей только в крайних случаях. Громко чихнув, он исчез со двора.

Какое-то время храм вновь наполнили звуки, бродящих за пределами стен, злых духов. Они стенали, и угрожали, но так и не рискнули атаковать храм.

Повиляв хвостом, статуя собаки потянула носом воздух, и спрыгнула со своего постамента. Она быстро затрусила к статуе, встала на задние лапы, чтобы дотянуться носом до меча хранителя и, прыгнув через спину, исчезла в ночном воздухе.

Теперь храм оставался на попечении статуй сятихоко и Мё-о. Они были самыми старыми, а потому мудрыми, и не тратили время на разговоры. С возрастом их подопечные обретут мудрость и спокойствие, начнут больше размышлять, и не так часто отлучаться из храма.

Пока же они вели себя как дети, но это-то и нравилось Мё-о. Когда-то он был таким же, а потому с нетерпением ждал возвращения всех четверых, когда они соберутся в кружок, и будут рассказывать о своих приключениях…

Как ни странно, первым вернулась собака. Её шерсть потеряла серый оттенок камня, и теперь её можно было принять за обычно животное, если бы не грустные глаза, в которых отражались прожитые ею столетия.

Второй вернулась кошка. Несмотря на природную неприязнь двух созданий, духи оказались лучшими друзьями. Обнажённая девушка склонилась над собакой и почесала её за ухом.

– Как прошли роды (Считается, что собаки рожают без боли, поэтому беременные женщины в определенные дни приносят статуям собак жертвы и молят об удачных родах)?

– Девочка, – отозвалась собака гортанным голосом, её челюсть мешала правильно произносить слова. – Мать почти не мучалась, вкусные ягоды.

Собака имела ввиду сегодняшнее подношение женщины. Она проделала немалый путь до храма, чтобы попросить собаку об удачных родах, и добрый дух исполнил её просьбу.

Вопросительно завиляв хвостом, собака интересовалась, как прошли дела у кошки. Девушка оглядела своё гладкое тело, и грустно улыбнулась.

– Я не разобралась в просьбе мужчины, и чуть горько не поплатилась за это, – девушка улыбнулась, и украдкой посмотрела в сторону стража. – Он просил меня о богатстве, но я не поняла о каком.

– Похотливый старичок? – собака хрипло рассмеялась.

– Молодой, – съязвила девушка. – Как дура металась по лесу, искала закопанные сокровища, а когда нашла, проникла к нему в дом…

– Голая?! – всё тем же насмешливым тоном, поинтересовалась собака.

– Да! Я уже поняла, в чём была моя ошибка, – потрепав животное за ухо, улыбнулась девушка. – Кое-как вырвалась из его объятий. Никогда бы не подумала, что он окажется настолько сильным. А как он за мной бежал!

Собака уже перевернулась на спину и, задрав ноги к небу, хрипло хихикала. Девушка, едва сдерживаясь, чтобы не присоединиться к ней, продолжала рассказывать, как её проситель, выскочил на улицу в одном исподнем и промчался за ней через весь лес, пока не споткнулся о выкопанные кошкой сокровища.

– Он даже не взглянул на них! – с ноткой самодовольства, посетовала девушка. – Так и бежал за мной, пока я не испарилась в воздухе… Мне даже стало его жаль, когда он, печально повесив нос, побрёл обратно…

Собака резко прекратила смеяться, и серьёзно посмотрела в лицо кошке.