Сергей Кулагин – Вот это я попал… Сборник рассказов (страница 5)
– Ты его знаешь?
– Конечно! Это мой земляк! Сегодня же выкуплю его у Лентула!
– Ты избил его людей. Лентул очень злопамятный. Сын могущественного сенатора. И ты сказал, что обманул Габиния. Этот не лучше. Тебе надо бежать, Виктор Севрюг.
– Само собой. До захода солнца ещё далеко. Но такое событие нужно отметить! Айда в хороший кабак! Выпьем, поедим жаркого!
– Накормить могут и здесь. Ты так щедро отсыпал денариев, что распорядитель выполнит любое твоё желание.
– Не хочу! Видел я местную кухню, одни овощи и фрукты. А я хочу жареного мяса! Чтобы на углях да с маринадом! Пошли отсюда!
* * *
Столы ломились от яств, подавальщики торопились выставить перед богатыми клиентами новую партию деликатесов.
– А это чего? – удивлялся Виктор. – Соловьиные языки в грибной заливке? Ничего себе! Вот вы, ребята, жируете. Ставь сюда рядом с хоботом слона! А устриц унеси – переперчённые!
К большому разочарованию Севрюгина, крепких алкогольных напитков в заведении не было. Зато имелся обширный выбор вина и медовух.
Виктор попробовал с десяток видов, но оказалось, что не продегустировал и трети.
– Сафлоровое не хочу! Давай из изюма и вон то, синего цвета!
Вино было слабенькое, но количество приумножило градус. Севрюгин изрядно захмелел, то громко смеялся, то угрюмо бурчал что-то про человеческую неблагодарность и женскую меркантильность.
Уперев тяжёлый взгляд в приятеля, проникновенно посвящал его в историю своей жизни:
– Начинал я в спецвзводе ВВ МВД. Служба непыльная, по плацу не маршировали, как другие. Целыми днями рукопашкой занимались да кошмарили солдатиков, попавших на губу. Дома меня никто не ждал, родители погибли в авиакатастрофе. Вот я и остался на сверхсрочную. А там и в спецназ позвали. А спецназ – это знаешь, что такое?
Осоловевший Луций смотрел на Виктора влюблёнными глазами и глупо улыбался.
– То-то, не знаешь. Спецназ – это такая штука, что если кто-то где у нас порой… мы сразу туда. Вот меня судьба в Таджикистан и закинула. Там этих полевых командиров расплодилось, что мышей без кота.
– Таджикистан – это в Африке?
– Ещё дальше. У дьявола на рогах. Я там два года провоевал. А потом словил пулю под левый сосок.
– Стрелу?
– Ага, её, только свинцовую. И трындец. Списали из элиты. У вас, говорят, ЭКГ плохое. Ну, я обиделся и уволился. А жить надо. Вспомнил про свой педагогический диплом. Пошёл в учителя, детишек учить.
– Из преторианской гвардии в тривиальную школу? – поразился Луций.
– Именно.
Неожиданно шум вокруг них стих. Все посетители разом замолчали, когда в помещение вошли десяток крепких мужчин. Среди них была троица, что уже испытала на себе севрюгинское мастерство рукопашного боя.
Один из громил, чей подбородок украшал багровый синяк, ткнул пальцем в Виктора и громко сказал:
– Ты! Сейчас встанешь и пойдёшь с нами!
– Ага, – недобро прищурился Севрюгин. – Только разбег возьму. Как ты, малыш? Мордочка не болит?
– Взять его! – скомандовал детина.
И началось…
Убивать было нельзя. Но внутренний контроль под влиянием винных паров дал слабину. Треснула чья-то челюсть, у кого-то обнаружилась патологическая подвижность в локтевом суставе, а кто-то охромел сразу на обе ноги.
Когда Петрович достал очередного противника ударом пятки в лоб, раздался чей-то зычный голос:
– Прекратить!
Нападавшие сразу угомонились.
– Вон! – приказал тот же голос.
Уйти сумели не все. Трое лежали на полу без сознания. Двое копошились в фонтане, пугая разноцветных рыбок. Один послушно полз к двери, волоча за собой ноги. Перешагнув через него, в триклиний вошёл Лентул:
– Браво, варвар! Я думал, мой ликтор ошибся, превознося твои боевые качества. Хотел лично убедиться.
– Убедился? – исподлобья глянул на него Севрюгин, потирая сбитые костяшки пальцев.
– Да. Ты мне подходишь. Но ты совершил ошибку. Мы могли договориться.
– А сейчас что?
– Сейчас поздно. – Он сделал жест рукой, и в помещение вошли шестеро стражников.
– Действуй, декурион! – распорядился Лентул.
Солдат, чей шлем украшал гребень из чёрных страусовых перьев, повернулся к нему:
– А второй?
– Второй просто дурак. Он мне не нужен.
Декурион кивнул и обратился к Виктору Петровичу:
– Варвар из Галлии, именующий себя Виктор Петра Севрюг, ты арестован за оскорбление Императора и Сената, за произведённые беспорядки в городе и за нанесение побоев свободным гражданам Рима.
– И мечеть тоже я?! – не удержался Севрюгин. – Сержант! Это грубая клевета! Этот молокосос просто враль!
– Вот видишь? – усмехнулся Лентул. – Какие ещё нужны доказательства?
* * *
Что такое хвалёная римская демократия, Виктор Петрович убедился на собственной шкуре. Как выяснилось, никаких прав он не имеет, потому что не является гражданином Рима. А с чужаками, совершившими преступления, особо не церемонились. Пятеро сонных мужиков, завёрнутых в белые простыни, зевая, заслушали перечень злостных преступлений наглого варвара и быстренько записали его в рабы Флавия Гая Лентула Тарквиния.
Дом его хозяина был помпезный, с высоченными колоннами из голубого мрамора. У входа на железной цепи стоял голый негр. Увидев Севрюгина, раб грозно зарычал.
– Фу! Абдул! – прикрикнул на него Лентул. – Глупый пёс! Это наш добрый друг из Галлии. Понюхай его и больше не рычи.
– Меня ты тоже так закуёшь? – спросил Виктор.
– Ну что ты? Ты на привилегированном положении. Даже запирать не будут. Можешь свободно ходить в город, посещать термы, кушать, любить женщин. Ты же не настолько глуп, чтобы пытаться сбежать? Поймают и заклеймят.
– Но ведь я могу выкупить себя. Я богат!
– Не смеши. Ты нищий бесправный раб.
– У меня была сумка с деньгами!
– Сумка? Не видел никакой сумки. Или ты обвиняешь меня в воровстве? Смотри, даже твои кольца не взяли. Одно дрянное, где-то уже подобное видел… А вот перстень – чистое золото, увесистый. Откуда?
– Подарок папы.
– Скажу больше. Ты мне должен, Виктор Севрюг. Ты ведь слышал обвинения почётного гражданина Рима, эквита Габиния? Ты причинил ему ущерб в размере трёхсот сестерциев.
– Ложь!
– Ложь – не ложь, а мне пришлось погасить твой долг. Будешь учить моих сателлитов, пока не расплатишься. Человек ты умелый, думаю, лет за пять управишься. Обещаю, сразу дам вольную. Видишь, я честен и откровенен с тобой. Я сразу понял, что из-под палки работать не будешь. А за свободу постараешься на совесть.
Они обходили владения Лентулла и беседовали как приятели.
– У меня даже имеется маленькая гладиаторская школа. – хвастался рабовладелец. – Пойдём, покажу. Есть отличный учитель по подготовке велитов. Ты, кстати, владеешь коротким копьём?
– Нет. Ножом могу.