Сергей Кулагин – Вот это я попал… Сборник рассказов (страница 6)

– Ножом? Это отлично. Подумаем над этим. А вот гордость дома Тарквиниев – сад. Уверен, таких экзотических цветов и плодов ты ещё не видел. Айва, гранат, инжир, дамасская слива… Здесь очень хитрая система полива. Вода поступает по трубам, это изобретение мудрецов Рима. Ты, конечно, о таком не слышал.

– Что же, мы в Галлии водопровода не знаем? – усмехнулся Виктор.

Лентул крякнул и выпучил глаза.

В этот момент из приземистой каменной пристройки вышел мальчик лет десяти, худой и бледный, волосы слиплись от грязи. Сзади на серой тунике бурели засохшие пятна крови. Он, сгибаясь от тяжести, нёс большое медное блюдо, наполненное водой. Подойдя к какому-то пышному кусту с жёлтыми цветами, принялся медленно поливать.

Лентул тут же забыл о Севрюгине и гневно заорал:

– Ты что творишь, дурак?! Тебе сказано – лить под корень! Куда на листья?!

От крика хозяина маленький раб вздрогнул и выронил блюдо.

– Ах ты, гадёныш! – побагровел Тарквиний. – Сейчас убью!

Он двинулся на ребёнка, сжав кулаки, но Виктор Петрович ухватил его за рукав туники:

– Не стоит.

– Чего не стоит?! Он помял стебли. А ты знаешь, сколько стоит этот цветок?!

Не обращая на него внимания, Севрюгин подошёл к мальчику, опустился на корточки:

– Здравствуй, Миша. Не бойся меня.

Ребёнок смотрел на него широко открытыми испуганными глазами, губы дрожали.

– Не бойся, – повторил Севрюгин. – Я дяди Витя из Москвы.

Мальчик всхлипнул и стремительно прижался к нему. А он осторожно гладил его по спине и приговаривал:

– Всё хорошо. Теперь всё будет хорошо.

– Из какой Москвы? Где это? – спросил подошедший Лентул.

– В Галлии, – усмехнулся Виктор. – Маленький такой городок с золотыми куполами.

– Ты знаешь моего раба? Вы земляки?

– Именно так. – Виктор Петрович выпрямился и твёрдо посмотрел в глаза рабовладельцу: – У меня есть одно условие, Флавий Гай Лентул Тарквиний. Этот мальчик теперь будет при мне. Даже спать в моей комнате. Никто отныне его пальцем не тронет.

Лентул надул щёки, собираясь возразить, но Севрюгин возвысил голос:

– Это будет твой лучший боец! Я обучу его воинскому искусству, и, клянусь Юпитером, равного в Риме ему не будет!

Лентул выдохнул, покачал головой и рассмеялся:

– Звучит убедительно. Этот сопляк твой!

Так для Севрюгина началась новая жизнь в Вечном городе. Домочадцы сенаторского дома уважали его, рабы любили, торговцы на рынке благодушно подмигивали, продажные дамы кокетливо махали ручками. И лишь почётный гражданин Рима, эквит Габиний, не скрывал злобы. Когда мимо Виктора проносили паланкин с этим жирным ушастым патрицием, Виктор кожей ощущал флюиды ненависти.

Он прилежно тренировал сателлитов хозяина и даже стал получать удовольствие от работы, когда парни добивались ощутимых успехов. Его наполняла гордость и чувство выполненного долга. Зачем Лентулу нужны два десятка профессиональных рукопашников, его мало волновало. Может, школу открыть с подготовленными инструкторами, а может, государственный переворот совершить? В политику Виктор не лез. Не его дело. Раз в неделю он брал с собой Мишку, и они встречались с Луцием. Шли в термы и триклинии. На это Лентул щедро выделял пяток сестерциев.

Единственно, что расстраивало новоявленного попаданца, так это Мишкина грусть по маме, сестрёнке и дедушке. Он часто плакал, а во сне просил у них прощения. «Ничего, – говорил про себя Виктор. – Это болит русская душа. Не можем мы забыть белые берёзки, отчий дом и перезвон православных колоколов. Пройдёт, Миша. Ты маленький. Маленьким легче забыть».

Прошёл месяц. Был выходной, и Севрюгин уже цеплял к поясу кошель, когда появился хозяин и объявил, что выход в город отменяется. Приезжает важный покупатель из Македонии за гладиаторами.

– Он будет брать два десятка моих велитов. Но я хочу продолжить сотрудничество. Пусть посмотрит на твоё умение. Сделай так, чтобы он возжелал покупать у меня бойцов!

Македонянину было за шестьдесят. Худой, поджарый, с пронзительными серыми глазами. Показательное выступление Севрюгина ему понравилось, он даже аплодировал, а в конце представления попросил Лентула дать ему возможность поговорить с таким одарённым бойцом с глазу на глаз. Тарквиний только пожал плечами: как пожелаешь.

Старикашка подхватил Виктора под руку и повёл по гранитной дорожке. По пути он что-то щебетал, восхищался воинским искусством, предлагал потренировать его бойцов за хорошую плату.

Севрюгин слушал вполуха, кивал, ссылался на хозяина и вдруг замер, когда грек сказал ему на чистом русском языке:

– Не стосковался по Москве, Витя?

Он ошарашенно выпучил глаза, а македонянин тихо проговорил:

– Не надо так реагировать. Улыбайся, парень, улыбайся.

Севрюгин растянул губы в улыбке, а дед, как бы невзначай, погладил себя правой рукой по ухоженной бородке. На безымянном пальце тускло блеснуло серое кольцо.

Виктор Петрович проглотил застрявший в горле ком и спросил:

– Когда?

– Сегодня ночью буду ждать вас с Мишей на улице Сапожников на Эсквилине. Это возле храма Матери-Земли.

– Я знаю, где это.

– Отлично! – громко воскликнул лже-македонянин. – Уверен, твой хозяин пойдёт мне на уступки!

Потом он вернулся к Лентулу и что-то долго внушал ему.

Когда гость уехал, Тарквиний, смеясь, подошёл к Виктору:

– Хитрый грек, хотел купить тебя. Предлагал огромные деньги. Даже не буду пугать тебя суммой, а то возгордишься.

– Да я не гордый, – вздохнул Севрюгин. – Устал. Хотел помыться – не вышло.

– Завтра помоешься.

«Завтра я буду мыться в своей ванне, – подумал Петрович. – Если Меркурий, хитрюга, поможет. Или же буду кормить червей, если не поможет».

* * *

Они быстро шли по тёмным извилистым улочкам. Чем дальше углублялись, тем становилось темнее. Факелов встречалось всё меньше.

– Это бандитский район, – сказал Виктор. – Сюда по ночам никто не суётся. Только стража. Если нас засекут стражники – что будет?

– Ничего, – ответил дед. – У меня есть пропуск.

– Как-то всё сложно с вашим порталом. Попасть легко, а выйти – целая проблема.

– Я не мог установить портал в людном месте. Потому он на берегу реки, замаскирован. А вляпаться в дерьмо всегда проще простого. Кто в здравом уме сунется в такое опасное место, как имперский Рим, без тщательной подготовки? Я два года потратил на изучение этого периода. Но до сих пор не знаю и десятой части. Тот же Лентул мог легко разгадать во мне шпиона. Я был не готов к переходу. Бегство Миши заставило меня действовать в спешке.

Мишка, услышав, что говорят о нём, всхлипнул и заканючил:

– Дедушка, прости меня, пожалуйста. Я не хотел. Думал, надену колечко, посмотрю и обратно.

– Не думал он, – буркнул дед. – Ладно, проехали. Нам ещё километр топать, и дойдём.

– Уже дошли, – сплюнул Севрюгин и остановился. – Похоже, Лентул разгадал вас, уважаемый. Нас встречают.

Путь им перегородила толпа мужчин самого разбойничьего вида. И самое неприятное, в руках они сжимали мечи и ножи.

– Быстрее назад! – вскричал профессор.

Однако пути назад не было. Ещё с десяток бандитов отрезали им путь к отступлению.

– Обложили, – вздохнул Виктор. – С двумя десятками мне точно не справиться.

– Обидно, – вздохнул лже-македонянин. – Первый мой переход, и такой неудачный…

Тем временем из толпы головорезов вышел бородатый одноглазый тип и заорал:

– Варвар из Галлии, именуемый Виктор Петра Севрюг! Аттиус Вир Габиний передаёт тебе привет и объявляет «царём Сатурналий»!