Сергей Кулагин – Новогодний Абсурд. Сборник рассказов (страница 6)

Игорёк молчал. Он не знал, что сказать. Он даже и не мечтал о том, чтобы гитара выглядела именно так. Он только и проронил одно лишь «вау».

А вечером он достал инструмент из чехла и поставил так, чтобы гитара просохла ещё лучше. Перед сном долго ещё Игорёк смотрел на гитару и при свете ночника любовался игрой её красок.

* * *

На следующий день Игорёк совсем не собирался идти играть. Хотел перед Новым годом побыть дома, может, сбегать в магазин, приготовить что-нибудь к празднику, чтобы в очередной раз в одиночестве встретить его. Но вспомнил, что отдал Митяю всё, кроме сотни, и решил всё-таки идти.

Предновогодняя суета заметна была как нельзя ярче. Люди, которые до последнего откладывали приготовления и покупки, бегали по магазинам, собирали, паковали, покупали. Шутка ли, в последний день перед праздником успеть сделать как можно больше, чтобы старые дела не оставлять на следующий год. Но как бы то ни было, даже если и останутся, всё же хотелось бы встретить Новый год достойно.

Что же касалось Игорька, то ему было как-то всё равно. День следующий похож на день предыдущий, и только погода диктовала, какие детали должны меняться в однообразном графике календаря.

Сегодня погода была прекрасна. Светило солнце, на улице было совсем не холодно. Игорёк прошёл мимо Митяя. Тот стоял на своём привычном месте и возле мольберта с картинами переминался с ноги на ногу.

– Привет, Митяй!

– Привет, Игорёк!

– Только пришёл?

– Да, около часа назад.

– Как дочь?

– Спасибо тебе, Игорёк. Лекарства купил, и дочке стало гораздо лучше. Передавала тебе большой привет.

– Спасибо! Слава Богу, Митяй! Слава Богу!

И Игорёк пошёл дальше, туда, где обычно стоял он сам. Поставил дорожную сумку, раскрыл пошире, достал из чехла гитару. На солнце она заиграла красками так, что перед Игорьком на асфальте запрыгали разноцветные зайчики. Гитарист ещё не начал играть, а любопытствующий народ начал останавливаться ненадолго и интересоваться картиной, изображённой на самой гитаре.

И вот, Игорёк привычно тронул струны и почувствовал, что звук гитары несколько преобразился. В нём появилось нечто, что трудно было объяснить. И это не было плохо. Напротив, Игорьку такой звук понравился. Он подумал, что забыл настроить гитару, но понял, что музыкальный строй на месте и совсем не режет слух. А это значило, что нужно начинать играть. И он заиграл, начав перебирать пальцами струны. И гитара запела.

Запела о любви и верности, о добре и заботе, о вечном и быстротечном, о доме и уюте, о семье, о детях с родителями. Гитара пела о предстоящем празднике, о Новом годе, о мандаринах, о салатах, что должны быть уже в холодильниках.

Несколько человек застыли, вслушиваясь в музыку. Они смотрели на гитару и, погружаясь взглядом в картину на ней, забывали, что куда-то спешили. Каждый вспоминал что-то своё, родное, давно забытое. У каждого возникали свои мысли, которые навевали ностальгию. Один человек тряхнул головой, вспомнил, что куда-то спешил, но мечтательная улыбка, не сошедшая ещё с лица, показывала, что он вспоминал в этот момент о чём-то очень и очень приятном. Он подошёл к раскрытой сумке и бросил сразу пятисотенную купюру.

Затем к сумке подходили люди, кидали, кто во что горазд. А Игорёк играл. Играл от всей души. Играл с закрытыми глазами. Наконец он сделал последние аккорды и опустил руку. Никогда гитарист ещё не видел, чтобы вокруг него столько собралось людей. Они слушали и смотрели на гитару.

И Игорёк понял, что дело не в его игре, и не в гитаре, а дело в картине, что была вчера написана художником Митяем. Это она что-то преображала. Может быть, она изменила его самого, может быть, она изменяла людей, которые проходили мимо, изменяла сам воздух вокруг. Хотелось петь, хотелось любить, хотелось просто жить.

Игорёк решил поделиться своими мыслями с Митяем. Он закрыл дорожную сумку, с удивлением отметив, что она изрядно наполнена крупными купюрами. Народ, как игра закончилась, как-то растворился, будто бы его и не было. А Игорёк с радостным сердцем пошёл к художнику.

– Привет, Митяй! Ну, что, всё стоишь? Как день?

– Да как сказать, – ответил Митяй. – Не очень.

Игорёк смутился. Он хотел спросить: «А чё так?» – да понял, что вчера этот разговор начинался так же. И Игорёк спросил другое:

– А хочешь, я тебе его поправлю? Можно с тобой рядышком встану, а ты свою сумку раскрой. Раскрой, раскрой. Да, вот так. Да пошире.

Митяй пожал плечами.

– Да, пожалуйста, Игорёк. Хоть послушаю.

И Игорёк заиграл так, что художник даже сам проникся волшебными звуками. Тут же стал собираться народ, и кто-то заметил, что и картины художника, и картина на гитаре суть одной руки мастера, что нужно обязательно купить что-то, а то и заказать. Тут же у художника разобрали все работы, кто-то запросил что-то на заказ. А один человек даже спросил, может ли художник расписать его дипломат с двух сторон, на что услышал положительный ответ.

И художник ваял. Пока Игорёк перебирал струны и извлекал из гитары музыку, художник ваял от души, ваял от чистого сердца. Картины выхватывали чуть ли не из-под газовой горелки. Кто-то спрашивал про космос, кто-то запрашивал про природу, кто-то про море. И всё, что выходило из-под колпачка баллончика с краской, всё уходило счастливым покупателям. А кто-то бросал в сумку купюры только за то, что послушал инструментальную игру и провалился в сады своей памяти.

К обеду уже рисовать было не на чем.

– Слушай, Игорёк, – сказал Митяй. – Это чудо какое-то. Никогда такого аншлага не было. Я думаю, это ты как-то повлиял.

– Не знаю, – ответил Игорёк. – Думаю повлияла твоя картина на моей гитаре.

– Да нет, не может быть.

– Да нет, а да. И очень даже может. Когда я там играл, было то же самое.

Художник озабоченно почесал в бороде.

– Чудеса да и только.

А потом спросил:

– Игорёк, а ты где сегодня встречаешь Новый год?

– Да, как всегда, – ответил Игорёк. – Один дома.

– Слушай, а приходи-ка к нам? Мои будут ужасно рады. Посидим, поговорим, встретим Новый год все вместе.

– Ладно, приду. Одному и впрямь встречать новый год грустно.

– Вот и договорились. Ты домой уже? И я домой. Ещё раз спасибо тебе, Игорёк. Прям, второй раз выручил.

– Оставь, Митяй. По-моему, так мы друг другу помогли.

И они пошли домой.

Игорёк встретил Новый год с семьёй Митяя. Они ещё долго сидели и рассуждали о чуде, которое произошло с ними накануне праздника. И совершенно неважно, что оно произошло не в самую ночь, когда один год приходит, а другой уступает ему место. Неважно, что чудо падает, как снег на голову именно после боя курантов. Важно, что люди помогают друг другу в трудные минуты, и всё у них идёт как нельзя лучше. Это ли не есть настоящее чудо?

Говорят, что художник и гитарист до сих пор стоят рядом и радуют своим искусством людей, а люди, в свою очередь, радуют художника и гитариста.

Виктор Малютин

НЕЗЕМНОЕ СЧАСТЬЕ

Маринка работала в лаборатории, должность невысокая, рядовой сотрудник, ну хоть не младший. Этих за глаза называли рабами, дежурили круглосуточно и радовались прибавке к зарплате. Должен же кто-то следить за реакциями и записывать результаты по ходу экспериментов. Звёзд с неба не хватала, но трудилась не хуже других. Отношений с коллегами не строила, да у тех и либидо не на первом месте, сначала наука, а ухаживать где-то в конце первой десятки.

Новый год на носу, и в лаборатории устроили корпоратив, нарезали колбаски, сыру, огурчиков, достали спирт и колу, вот и весь стол. Пропустили по три тоста и разошлись, оставив лабораторию на «рабов». Эти обрадовались возможности получить дополнительный доход, а может, но это неточно, избавиться от буквы «м» в должности.

Маринка вышла с работы и так ей остро захотелось праздника, что она плюнула на всё и направилась в ночной клуб. Имеет право женщина на праздник? В клубе шампусик, танцы, кавалеры, хотя молодёжь ею не заинтересовалась. В итоге она поднабралась, и тут рядом нарисовался потрясающий красавец, мускулистый блондин, мечта любой одинокой женщины. Танцевали они долго, а потом Маринка буквально вырубилась от счастья и выпитого шампанского…

Марина очнулась дома, в своей кровати и без одежды. Ну и пусть, если даже у неё что-то было с тем красавцем, детей всё равно не будет, а счастье – вот оно. Праздник удался на славу, к тому же подруги позвонили, сказали скоро подойдут. Быстро накинув халатик, она соорудила пару салатиков, достала заветный тортик, купленный для встречи Нового года в гордом одиночестве. Шампанское принесут подруги, в общем, всё готово.

Девочки не заставили себя ждать и завалились дружно в квартиру с бутылками в руках и подарками подмышкой.

– Привет, Мариночка, как встретила Новый год?

– Потрясающе, мне попался такой красавец, что я позабыла про всё на свете.

– Везучая, где урвала кавалера?

– В ночном клубе.

– Ты стала шляться по клубам? – удивились подруги. – Надо проверить деньги и ценности, всё ли на месте. В таких местах кого только не водится.

– Всё на месте, девочки, я проверяла, испарился только кавалер.

– Все мужики, сволочи, – со знанием дела заметила Наталья.

– Да ладно, я замуж уже и не хочу, – махнула рукой Маринка. – Будут тут валяться его носки, а он сам валяться на диване, ушёл и ладно.