Сергей Кэн – Хроники Архитектора Каменный код (страница 9)

Голоса доносились из-за угла, из тёмного закутка, где, видимо, находился вынос мусора или склад угля.

— ...не нравится мне это, Ваня, — доносился низкий, теперь без тени веселья, голос Алисы. В нём слышалась не просто озабоченность, а настоящая, глубокая тревога. — Слишком рискованно. Слишком много неизвестных. Он не похож на... на тех, о ком мы читали. Он обычный. Слишком обычный.

— Риск — дело благородное, сестра, — парировал Иван, и его голос, впервые услышанный чётко, без фильтра пабского шума, был глухим, твёрдым и невероятно взрослым, не по годам. — Шанс выпадает раз в жизни, а может, раз в столетие. Мы не должны его упустить. Не имеем права. Ты сама чувствуешь слабый отзвук. Он может быть сильнее.

— А если он не тот? Если мы ошиблись? Или если он сломается? Не выдержит? — в голосе Алисы послышались нотки не только сомнения, но и какого-то странного, почти материнского страха.

— Он тот. Я чувствую. Кровь не обманешь. Она поёт в нём, просто он сам ещё не слышит эту песню. Завтра... завтра мы всё узнаем. На древних камнях всякая ложь сгорает, а правда проступает, как вода сквозь камень.

Максим затаил дыхание, вжавшись в стену, его пальцы судорожно сжали холодный корпус телефона. Что за кровь? О ком они говорят? О нём? «Кровь поёт»? Это звучало как бред сумасшедшего или строчка из плохого стихотворения. Но от этого не становилось менее страшно.

— Завтра станет ясно, — сказала Алиса, и её голос вновь стал собранным и жестким, как будто она надела маску решимости. — На древних камнях всё тайное становится явным. Спорим, он даже не подозревает, кто он на самом деле и что за сила в нем дремлет? Он думает, что приехал покопаться в старых бумажках со своей учёной подружкой.

— Тем лучше, — ответил Иван. — Неподготовленный. Чистый. Меньше шансов, что он наделает глупостей раньше времени. Идём. Надо подготовиться.

Шаги затихли, отдаляясь, пара удалилась через чёрный ход в ночь. Максим ещё несколько минут стоял неподвижно в темноте, пытаясь осмыслить, переварить услышанное. Кровь... древние камни... сила... Он почувствовал, как по его спине, от копчика до затылка, пробежали ледяные, противные мурашки. Это был уже не зуд, а настоящая, холодная тревога, поселившаяся глубоко внутри, под ложечкой.

Когда Максим вернулся к Кате с телефоном в руке, она покачала головой с укором, но глаза её светились облегчением.

— Нашёл? Может, тебе привязать его к себе веревочкой, как детям варежки привязывают, чтобы не теряли? А то так и до потери паспорта недалеко, а там и до статуса лица без гражданства рукой подать. Хотя, с твоей-то забывчивостью...

— Не переживай, — он помахал телефоном, как будто показывая, что всё под контролем, но голос звучал неестественно бодро. — Теперь он никуда не денется. Кстати, пока заходил, успел найти кое-что интересное в сети про тот священный колодец, о котором они говорили. Оказывается, он и правда упоминается в паре краеведческих статей...

— Я же говорила, что в рукописях как раз есть упоминания о подобных местах, — оживилась Катя, но тут же замолчала, увидев странное, отрешенное и напряжённое выражение его лица. — Макс? Что-то случилось? Ты как будто привидение увидел. Или бармен тебе счёт предъявил втройне?

— Ничего, всё в порядке, — быстро, слишком быстро ответил Максим, пряча телефон во внутренний карман, будто это была не вещь, а улика. — Просто... задумался о работе. Об одном баге, который ни в какую не хотел исправляться. И о том, как странно иногда всё совпадает. Пошли уже, а то я действительно замерз, и ноги промочил.

Но пока они шли по тёмной, затуманенной дороге к машине, он украдкой, одним движением пальца, снова посмотрел на экран, перечитывая странный, обрывочный лог разговора, который успел записать на диктофон. «Кровь не обманешь... Он даже не подозревает, кто он...» — этот низкий, чуждый голос Ивана теперь будет преследовать его всю ночь, как навязчивый, неумолимый кошмар, вплетаясь в шум ветра и скрип ветвей.

— Знаешь, — задумчиво, глядя на поднимающийся из долины туман, который уже начинал окутывать нижние ветки деревьев, сказала Катя, когда они уже подходили к освещённому, уютному гестхаусу, — а вот в исторических хрониках, в старинных романах, часто встречаются упоминания о том, как случайные, казалось бы, встречи кардинально меняли судьбы людей, направляли их по новому пути. Сводили королей и нищих, воинов и поэтов. Может, и наша встреча с Алисой и Иваном — не просто счастливое совпадение, а нечто большее? Начало новой главы в нашей, такой заурядной жизни? Поворот сюжета?

Максим молча, сжав губы, кивнул, сжимая в кармане телефон с записью, которая начисто опровергала эту романтическую, книжную версию. Технологии, в отличие от старинных хроник и слишком обаятельных, готовых улыбок, редко лгут. И сейчас его цифровой двойник кричал ему об опасности, о ловушке, о том, что их считают пешками в чужой, непонятной игре.

Оставалось только решить — слушать ли этот холодный, электронный голос, или, как Катя, довериться зову древних камней, тёплому свету паба и странной, заманчивой надежде на то, что в их жизнь наконец-то пришло настоящее приключение.

Но где кончается приключение и начинается кошмар — этой границы Максим пока не видел. Он только чувствовал, что они уже переступили какую-то невидимую черту. И пути назад, в их старую, скучную, безопасную жизнь, может, уже не было.

Глава 3 Ночная экскурсия

Вечер в гестхаусе «Ястребиная Голова» тянулся, как медленный, сладкий сироп. Не в смысле приторности, а в смысле густого, тягучего времени, которое, казалось, замедлило свой бег вместе с наступающими сумерками. Катя, переполненная впечатлениями и предвкушением завтрашнего дня, не могла усидеть на месте. Она то и дело подходила к низкому, дубовому окну своей комнаты, вглядываясь в темноту, где теперь, по её непоколебимому убеждению, скрывались не просто холмы, а настоящие порталы в прошлое, запертые на магический ключ из крови и камня.

Дневник лежал на столе раскрытым на той самой странице со схемой «Чертогов Пробуждения». Она водила пальцем по выцветшим, бурым линиям, шепча что-то себе под нос, сверяя причудливый рисунок с картой на планшете.

— Смотри, Макс, — позвала она, не отрываясь от карты. Её голос звучал сдавленно от волнения. — Холм, который Алиса в пабе называла «местом силы» — он здесь, в трёх километрах к северо-востоку от поместья. И формация камней на этой схеме… она почти один в один совпадает с тем, что угадывается на спутниковых снимках! Видишь эти семь точек? Это не может быть случайностью!

Максим стоял у другого окна, спиной к комнате, и смотрел в чёрный квадрат ночи. В стекле слабо отражалось его собственное бледное, напряжённое лицо, освещённое лишь тусклым светом настольной лампы. В ушах всё ещё звучал, как навязчивая мелодия, записанный на телефон голос Ивана: «Кровь не обманешь. Она поёт в нём…»

Что за кровь? Чья кровь? Его собственная кровь — самая обыкновенная. Группа A (II), резус-положительный, никаких особых отметок в медкарте, кроме аллергии на пенициллин в детстве. Никаких песен, кроме звона в ушах от переутомления и кофеина. Он чувствовал себя дураком. Взрослый мужчина, айтишник, рационалист до мозга костей, и вдруг — дрожь в коленках из-за обрывка странного разговора, подслушанного в темноте чужого паба. Может, он всё неправильно расслышал? Может, они говорили не о нём, а о ком-то другом? О каком-нибудь местном чудаке? Может, это какая-то их шутка для особо впечатлительных туристов?

Но холодок в груди не проходил. Его внутренний компас, обычно указывавший на логику и здравый смысл, теперь беспорядочно вращался, показывая на «опасность». Необъяснимую, смутную, но от этого не менее реальную.

— Ты меня вообще слушаешь? — Катя подошла к нему и тронула за плечо.

Он вздрогнул, как от тихого удара током.

— Что? Да, слушаю, слушаю. Холм, камни, совпадение. Потрясающе. Прямо как в кино.

— Ты какой-то нервный, — она посмотрела на него с беспокойством, её брови сдвинулись. — Уверена, тебе не понравилась еда в пабе. Я же говорила, не надо было брать тот стейк, он выглядел подозрительно, даже Иван свой ел с меньшим энтузиазмом, а он, кажется, ел бы и подошву, если бы её подали.

— Не в еде дело, — Максим обернулся и попытался улыбнуться, но получилось криво, как у человека, который забыл, как это делается. — Просто… как-то всё слишком хорошо складывается. Приезжаем в глушь, по сути, вслепую, и сразу же находим идеальных гидов, которые знают всё, что нам нужно, и горят желанием помочь. Это… — он искал сравнение, — как если бы ты искала в архиве документ по конкретной, узкой теме, и тебе бы сразу выпала готовая диссертация, написанная специально для тебя, с твоим именем на титульном листе. Слишком идеально, чтобы быть правдой. В жизни так не бывает.

— Вот потому что это не архив, а реальная жизнь! — Катя всплеснула руками, и её движения были такими живыми, такими знакомыми, что на секунду Максим забыл о своей тревоге. — В жизни иногда бывают чудеса, знаешь ли! Счастливые стечения обстоятельств! Может, нам просто наконец-то повезло? Может, мы вырвались из этого проклятого цикла «работа-дом-стресс», и вселенная решила нам сделать подарок? Ты же сам хотел перезагрузки! Новой главы!