Сергей Кэн – Хроники Архитектора Человеческий фактор (страница 4)

Кухня в новом доме получилась просторной, с большим окном, выходящим во двор-колодец. По утрам здесь было особенно хорошо: солнечные лучи пробивались сквозь заиндевевшие стёкла, рисовали на стенах золотистые полосы, и даже старые шкафы, доставшиеся в наследство от прежних хозяев, казались не такими уж уродливыми. Пахло здесь теперь не только пылью и старым деревом, но и свежесваренным кофе, выпечкой из соседней булочной и почему-то всегда немножко ветивером — Софи когда-то обронила, что этот запах напоминает ей о доме, и Катя теперь старалась держать на полке ароматические палочки.

Катя, как единственная живая хозяйка в этом доме, не считать же за хозяйку Софи, которая хоть и с каждым днём становилась плотнее, но «до горячего супа» всё ещё не доросла, разливала напиток по кружкам. Артёмова — с единорогом, бережно восстановленная Максимом на прошлой неделе и теперь сиявшая розовой гривой ярче прежнего. Максима — простая керамическая, обожжённая до тёмно-коричневого цвета, тяжёлая, приятно греющая ладони. Катина — с видами Москвы, подаренная когда-то подругой и чудом пережившая все переезды. А для Софи — одна из заначек Артема, старая с патиной, но она старалась делать вид, что пьёт, поднося фарфор к губам и вдыхая пар, просто чтобы быть со всеми, чтобы чувствовать себя частью этого странного, шумного, живого мирка.

—М… Слушайте, — начал Артём, отхлебнув кофе и довольно жмурясь. — Меня посетила гениальная идея.

— О нет! Опять! — простонал Максим, хотя в его голосе не было настоящего раздражения. Скорее привычная уже усталость от неуёмной энергии друга.

— Да ты только послушай, что мне пришло в голову, — тут же отреагировал Артём, пододвигаясь ближе к столу и понижая голос до заговорщического шёпота. — Это не просто идея. Это, я вам скажу, бизнес-план!

— Я уже по интонации понял, — Максим отставил кружку. — Когда ты так говоришь, это всегда что-то грандиозное и обязательно авантюрное. Помнишь, как ты предлагал открыть сеть эзотерических магазинов по франшизе? И чем кончилось?

— Ну, во-первых, это была не франшиза, а стратегическое партнёрство, — надулся Артём. — А, во-вторых, тот случай не в счёт. Там поставщик подвёл.

Катя фыркнула в кружку, но промолчала.

Артём картинно надулся, но ненадолго. Обиды у него вообще редко задерживались дольше, чем на минуту.

— А вот и нет! Это гениальное и абсолютно безопасное! — Он вскочил, чуть не опрокинув кружку, и принялся расхаживать по кухне, размахивая руками. — Вы только вдумайтесь! Помимо того, что мы теперь являемся хозяевами полноценного антикварного магазина, у нас ещё есть и Архитектор, тот, кто может придавать необычные способности вещам…

— Допустим, — осторожно ответила Катя, поглядывая на Максима. Тот сидел с непроницаемым лицом, но в уголках губ уже пряталась усмешка.

— У нас куча старых фигурок, статуэток, безделушек, ведь так?

— Ну...

— И Макс, если согласится, может сделать из неживого почти живое? Чуть-чуть, самую малость?

Рыжик, услышав знакомые интонации, навострил уши и с подозрением уставился на Артёма. Кот явно чувствовал, что разговор идёт о чём-то, касающемся его лично.

— Тёма, — Максим поставил кружку на стол с лёгким стуком. — Ты предлагаешь оживлять всё подряд? Чтобы по магазину бегали армии керамических кошек и мышек?

— Не бегали! — Артём аж подпрыгнул от возбуждения, едва не задев плечом висящий на стене старый барометр. — Чуть-чуть! Самую малость! Чтобы они приносили удачу! Понимаешь? Клиент покупает фигурку, а она не просто стоит, пылится на полке. Она работает! Ну, там, удачу притягивает, деньги, любовь — по запросу! Представляешь масштабы? Это же революция в антикварном деле!

Рыжик, услышав слово «кошки», дёрнул ухом и с явным подозрением перевёл взгляд с Артёма на Максима. Мол, что тут происходит? Какие ещё кошки?

— Ты только посмотри на него, — хихикнула Катя, кивая на кота. — Ревнует. Прямо слышит, что речь о конкурентах.

— А чего ревновать? — Артём подошёл к коту и почесал его за ухом. Рыжик сначала дёрнулся, будто раздумывая, не укусить ли наглеца, но потом всё же поддался ласке и даже зажмурился. — Ты у нас эксклюзивный экземпляр. Штучный. Таких больше не будет. Ты — прототип, можно сказать. Первый и единственный.

— Кстати, о штучных экземплярах, — Катя хитро прищурилась, отставляя кружку. — Макс, а ты так и не рассказал толком, как у тебя получилось его оживить. Мы всё на бегу, на бегу, в суете переезда, ремонта... А ты и словом не обмолвился? Я, между прочим, до сих пор в шоке от того, что наша керамическая фигурка вдруг начала мурлыкать и просить есть.

Максим усмехнулся, откинулся на спинку стула и посмотрел на Рыжика. Тот, почувствовав внимание, соизволил открыть один глаз, но тут же закрыл обратно — мол, не до вас, люди, я тут дремлю.

— Да нет тут никакой особой истории, — сказал Максим, пожимая плечами. — Всё вышло случайно. Тём, помнишь, когда мы только въехали и разбирали те коробки с хламом из подсобки?

— Ага, — кивнул Артём, садясь обратно за стол и подпирая щёку рукой. — Я тогда эту фигурку нашёл в ящике, заваленном старыми журналами и какими-то тряпками. Думал, на витрину поставить — она милая, рыженькая, глазки такие хитрые. Прямо как настоящий кот, только маленький.

— И что? — Катя подалась вперёд, облокотившись на стол.

— А то, — Максим покосился на кота, который при упоминании своего происхождения чуть приоткрыл один глаз, но вида не подал. — Что Тёма её уронил. Она с полки — бац! — и на пол. Вдребезги.

— Я не специально! — тут же вскинулся Артём, вскидывая руки, будто защищаясь. — Я её протирал от пыли, а она выскользнула! Такая скользкая оказалась, зараза! Глазурь, наверное, старая, скользкая...

Рыжик на подоконнике фыркнул — то ли осуждающе, то ли согласно. Сложно было понять, что он думает о своём создателе.

— И что дальше? — не унималась Катя. Глаза у неё горели любопытством, как у ребёнка, слушающего сказку.

— А дальше Макс сказал: «Дай попробую починить», — продолжил Артём, входя в роль рассказчика. — Ну, я и дал. Думал, склеит как-нибудь по-своему, магически. Всё ж теперь у нас в доме архитектор живёт, не зря же мы его кормим. А он сел, осколки эти перед собой разложил на том самом месте, где Рыжик сейчас спит, глаза закрыл...

— И ничего не получилось, — перебил Максим, видя, что Артём готов рассказывать до вечера. — Первые два раза осколки даже не шевелились. Я их звал, памятью кормил, воспоминаниями о том, какими они были, а они — ноль. Софи тогда сказала, что я слишком слабо давлю, что надо не звать, а вкладывать. Что-то своё, понимаешь?

— И? — Катя замерла.

— Ну, я и вложил. Побольше, чем надо, видимо, — Максим развёл руками. — Не рассчитал.

— И?

— А что "и"? — Максим пожал плечами. — Она собралась. Только не в кружку, не в статуэтку, а в кота. Я, видимо, перестарался с силой. Или не ту структуру выбрал. Софи потом объясняла, что я случайно перестроил неживое в живое. По всем законам магии так не бывает. Там, говорит, нужны ритуалы, подготовка, недели, а то и месяцы. А я просто... взял и сделал.

— Но ведь бывает, — тихо сказала Софи, появляясь в проёме кухни. Она двигалась бесшумно, как и положено призраку, и Катя каждый раз вздрагивала, когда Софи возникала внезапно. — Ты просто не знал, что делаешь. А Сущее... оно, видимо, было не против.

— Сущее? — переспросила Катя, поворачиваясь к ней.

— Та сила, что стоит за всей магией, — пояснила Софи, садясь на свободный стул и беря в руки свою пустую чашку. — Древняя, безликая. Её нельзя вызвать или приказать. С ней можно только договариваться. Обычно, чтобы сотворить живое из неживого, нужны недели подготовки, ритуалы, круги, приношения. Нужно просить, уговаривать, договариваться. А Макс просто... взял и сделал. Без спросу, без подготовки, без всего. И у него получилось. Значит, Сущее само захотело, чтобы этот кот появился. Может, для равновесия. Может, для чего-то ещё.

Рыжик на подоконнике зевнул, демонстрируя острые клыки, и снова уставился на воробьёв за окном. Ему не было дела до философских рассуждений о древних силах. Воробьи были гораздо важнее.

— То есть он не просто кот, — медленно проговорила Катя, глядя на рыжий комок шерсти. — Он — часть чего-то большего? Какая-то... миссия у него?

— Может быть, — Софи пожала плечами. — А может, просто кот, который любит спать на подоконнике и ловить воробьёв. Иногда вселенная допускает чудеса просто так. Без глобального смысла. Просто потому, что может.

— Запутала ты меня, — вздохнула Катя.

— Это нормально, — улыбнулась Софи. — Я сама до сих пор путаюсь. Четыреста лет живу, а до сих пор не всё понимаю.

Артём, воспользовавшись паузой, вернулся к своей идее. Он вообще обладал удивительной способностью возвращаться к своим планам, даже если его десять раз перебивали.

— Так что, народ? — он обвёл всех взглядом победителя. — Берёмся за бизнес?

Катя прыснула, представив себе эту картину.

— Артём, ты хочешь открыть магический сервис? Прямо при магазине? Чтобы мы продавали заговорённые фигурки?

— Да! — Артём гордо выпрямился, отчего его клетчатая рубашка натянулась на животе. — Можно назвать «Магия по заказу» или «Чудо на выбор». Или вот ещё: «Волшебная лавка Артёма»! Звучит?

— Звучит как слоган для рекламы стирального порошка, — заметил Максим. — Или для доставки суши.