Сергей Галактионов – Галактика на минималках (страница 3)
«Центральная-7 была построена в 2214 году как «ворота к звёздам» и «символ межрасового единства», — сообщает Галактический Путеводитель. — С тех пор она несколько сдала позиции, и теперь её чаще называют «местом, где можно купить всё, если не брезгуешь» и «символом межрасовой толкотни». Среднее время ожидания в очереди к любому окошку — 47 минут. Среднее время жизни надежды посетителя — 12 минут».
Жека шагал по коридору Г-сектора, старательно не замечая, как на него смотрят. Вернее, как на него не смотрят — посетители доков «Минус-прибыль» отводили глаза с профессиональной незаметностью. Здесь все были немножко нелегальны, и каждый боялся, что сосед — инспектор под прикрытием.
Зулп семенил рядом, вращая головой на триста градусов (физиология нюхлей допускала такое, хотя выглядело это крайне дискомфортно для человеческого наблюдателя).
— Почему все пахнут тревогой? — спросил он.
— Потому что мы в секторе «Минус-прибыль».
— Это объясняет запах. Не объясняет тревогу.
— Здесь все чего-то боятся.
— Чего?
— Каждый своего.
Зулп обдумал эту информацию и нашёл её неудовлетворительной. Его раса предпочитала конкретику. «Бояться каждый своего» звучало как плохая философия.
— Я боюсь не сдать практику, — поделился он.
— Достойный страх.
— А ты чего боишься?
Жека не ответил. Не потому что не хотел — просто они уже подошли к месту, которое значилось в его записях как «Доска объявлений, сектор Г».
Доска представляла собой гигантский экран, занимавший всю стену. По нему ползли строчки заказов — тысячи, десятки тысяч предложений от всей галактики. Доставить то, перевезти это, забрать третье. Казалось — бери любой.
На практике всё было сложнее.
— Этот требует лицензию класса А, — бормотал Жека, листая список. — Этот — залог в пятьдесят тысяч. Этот... нет, этот я не понимаю, он на языке, которого нет в переводчике. Этот — только для кораблей с экипажем от десяти разумных. Этот...
— Пахнет мошенничеством, — подсказал Зулп.
— Что?
— Вон тот человек. У экрана. Пахнет мошенничеством.
Жека проследил за направлением взгляда (примерным — у нюхлей глаза не очень понятно где). У края доски стоял мужчина. Ничем не примечательный: средний рост, среднее лицо, серый комбинезон без опознавательных знаков. Он смотрел на Жеку.
— Он смотрит на меня, — сказал Жека.
— Он пахнет мошенничеством, — повторил Зулп. — И страхом. Много страха. И ещё чем-то... не могу определить. Чем-то неправильным.
— Неправильным?
— Как будто он не хочет здесь быть. Но должен.
Мужчина двинулся к ним.
У Жеки были хорошие рефлексы — не отличные, но достаточные, чтобы выжить в грузовом бизнесе. Рефлексы говорили: беги. Интуиция говорила: беги быстрее. Здравый смысл говорил: ты должен за стоянку, у тебя нет стабилизатора, беги куда угодно, но сначала послушай, может, он предлагает работу.
Здравый смысл победил. Обычно он проигрывал, но сейчас был его звёздный час.
— Евгений Орбитов? — спросил мужчина.
Голос был тусклый, невыразительный, как станционное освещение в режиме экономии.
— Зависит от того, кто спрашивает, — ответил Жека.
— Тот, кто платит.
Три волшебных слова. Жека почувствовал, как рефлексы и интуиция синхронно заткнулись.
— Слушаю внимательно.
Мужчина огляделся — быстро, профессионально. Потом достал из кармана карточку и протянул Жеке. На карточке было: адрес, координаты, сумма.
Жека посмотрел на сумму.
Потом посмотрел ещё раз.
Потом перевернул карточку, проверяя, нет ли там дополнительных нулей или надписи «это шутка».
— Это... — начал он.
— Доставка, — перебил мужчина. — Точка А — здесь. Точка Б — на карточке. Груз — один ящик. Условие — не открывать. Вопросы?
— Много.
— Их не нужно задавать.
— Но...
— Оплата — половина сейчас, половина по доставке. — Мужчина достал второй предмет — плоский диск, универсальный кредитный носитель. — Здесь — первая часть.
Жека взял диск. Диск приятно тяжелил ладонь. Диски с такой суммой должны тяжелить — это было правильно и логично.
— Груз где? — спросил он.
— Уже на вашем корабле.
— Как?!
— Это не вопрос, который нужно задавать.
Зулп дёрнул Жеку за рукав. Запах, исходящий от стажёра, изменился — теперь в нём преобладала корица (тревога) с нотками аммиака (сильная тревога).
— Капитан, — прошептал он. — Что-то не так.
— Зулп, он платит больше, чем мы заработали за год.
— Именно.
Мужчина смотрел на них. Лицо оставалось неподвижным — ни улыбки, ни угрозы, ничего. Он ждал.
— Кто вы? — спросил Жека.
— Тот, кто платит, — повторил мужчина.
— Это не ответ.
— Это единственный ответ, который вам нужен.
Зулп снова потянул за рукав, но Жека уже принял решение. Деньги на диске были реальные. Заказ был конкретный. Риски... да, риски были туманными, но когда они были другими?
— Я согласен, — сказал он.
Мужчина кивнул — один раз, резко. Потом развернулся и пошёл прочь. Через три секунды он исчез в толпе так естественно, словно растворился.
— Мне это не нравится, — сказал Зулп.
— Мне тоже, — признал Жека. — Но знаешь, что мне нравится ещё меньше?
— Что?
— Когда корабль арестовывают за долги.