Сергей Фокин – Золотой ключик, или Приключения продолжаются (страница 2)

– Молчи, несчастный! Ты и не должен ничего знать!

ГЛАВА 2

которая могла бы послужить ВСТУПЛЕНИЕМ

Театр «Молния» давал свое двадцатое представление. И всякий раз зрителей в зал набивалось столько, что яблоку негде было упасть. Пьесу о приключениях деревянного человечка придумал сам Буратино, и, конечно, ему помогали все его друзья.

Перед спектаклем Мальвина сидела в красиво разрисованной будочке и продавала билеты, очаровательно хлопая большими ресницами. Пудель Артемон вместе со столяром Джузеппе стояли у входных дверей и иногда пропускали тех, у кого не было денег, чтобы купить билет, но кому оч-чень хотелось попасть на представление.

Папа Карло играл на новой шарманке веселые мелодии, и несколько кукол подпевали ему тоненькими голосами.

Потом, когда все зрители занимали свои места, актеры собирались за кулисами, и действие начиналось.

Вначале Золотым ключиком открывали дверцу с нарисованной на ней рожицей деревянного человечка. Этим приводился в действие механизм, который управлял сценой. Та поднимала из ямы игрушечный кукольный театр с молнией на занавесе. Затем другим ключом заводили пружину, встроенную в правую башню сцены – и игрушка оживала. Начинали бить часы, появлялась птичка, зовущая: « К нам! К нам! К нам!»

После того, как маленький занавес закрывался, и механизм снова опускался вниз, приходило время играть настоящую пьесу.

Зрителям одинаково нравились обе части представления. Во время первой они сидели, открыв рты от удивления, а во время второй – потому, что смеялись, не умолкая.

Большинство кукол сбежали от Карабаса Барабаса в день открытия нового театра. Доктор кукольных наук подал жалобу губернатору города, но папа Карло принес следом кошелек с золотыми монетами – все, что удалось выручить за первые представления.

Конечно, Карабас был ужасно недоволен, но губернатор разрешил театру размещаться в каморке Карло и использовать под театральный зал подвальное помещение дома до тех пор, пока у них имеется ключ от театра.

Пришлось бывшему директору сделать вид, что он смирился.

Слава о театре «Молния» разлетелась по городу, а потом и за его пределами. Посмотреть на игру кукол приезжали даже богатенькие жители Страны Дураков.

Теперь у актеров всегда были на обед баранья похлебка с чесноком и сладкий лимонный чай.

Столяр Джузеппе по прозвищу Сизый Нос, заведующий ремонтом инвентаря, уже стал намекать своему приятелю Карло, что еще месяц-другой работы – и можно начинать изготовление передвижного театра – с настоящим шатром и сборными скамьями для зрителей.

– Рано или поздно нам все равно придется ездить по другим городам. Здешним жителям станет скучно смотреть одну пьесу.

– А мы придумаем новую! – ответил папа Карло. – Правда, Буратино?

– Конечно!

– Я сочиню к ней стихи, и она выйдет еще смешнее прежней! – пообещал и Пьеро.

Сизый Нос покачал головой, и вопрос о передвижном театре отложился. А потом и вовсе забылся, потому что однажды утром обнаружилось, что из коробки на комоде исчез Золотой ключик…

ГЛАВА 3

где театр «Молния» прекращает свое существование

Это было так неожиданно, что куклы долго не могли прийти в себя. Они все собрались в каморке. Теперь здесь в три этажа стояли неширокие кровати, специально для актеров изготовленные Джузеппе, а возле окна располагалась настоящая железная печь для приготовления обедов.

– Я думаю, что его похитили! – сделав таинственное лицо, произнес Арлекин.

– Ах, нам никогда не видать счастья! – вздохнул Пьеро.

– Вот бы узнать, кто это сделал! – Мальвина, держа в руках небольшое зеркальце, пудрила носик.

– Что тут думать? – махнул рукой Буратино. – И так все ясно. Правда, папа Карло?

Старик Карло сидел за столом и тоже переживал потерю. Театр только-только стал подниматься на ноги, появились деньги на новые костюмы для кукол. А еще было нужно много парчи на кулисы и свечи для освещения сцены. И вот такая беда!

– Ты думаешь, сынок, что это Карабас Барабас?

– Конеч-чно!

– В таком случае, мы уже не сможем вернуть ключик. – Пьеро даже опустил голову.

– Что же, ваше приключение закончится так плохо? – Джузеппе, сидевший напротив Карло, был расстроен меньше всех: с самого утра ему удалось выпить пару стаканчиков молодого вина, и теперь жизнь казалась старику интересной и веселой штукой.

– Знаете, что я придумал? – вдруг воскликнул Буратино.

– Что? – в один голос спросили у него остальные.

– Мы продолжим играть и без Золотого ключика. У нас есть замечательная пьеса. Кар-рабас Барабас лопнет от зависти, если узнает, что мы не очень-то его испугались!

– А как же ключик? – спросил Пьеро. – Мы потеряли его навсегда?

– Вот еще! Ключик вернем позже, когда пр-ридумаем, как это сделать.

Всем предложение понравилось. Подготавливались к вечернему представлению особо старательно: ведь теперь в спектакле оставался всего один акт. Требовалось развеселить публику так, чтобы она не заметила перемен.

Однако все не заладилось с самого начала. Первым делом выяснилось, что ночью кто-то заколотил большими гвоздями будочку, используемую для билетной кассы, и Джузеппе целый час отдирал доски, чтобы Мальвина могла начать работу. Почтенная публика к этому времени уже недовольно покрикивала на артистов. А когда выяснилось, что половина свечей в зале поломана, и зрителям придется сидеть в темноте, ворчание усилилось.

Последней каплей оказалось то, что спектакль начался сразу со второй части. Куклы, как могли, скакали по сцене, пели веселые песенки, изображая неуклюжего Карабаса Барабаса и безобразного Дуремара, но все было напрасно.

Через полчаса несколько зрителей вышли на улицу, а вскоре вернулись, и карманы их странно оттопыривались.

Все прояснилось в конце представления, когда один из гостей – толстощекий мальчишка – крикнул во весь голос:

– Покажите нам игрушечный театр!

– Игрушечный!.. Подавайте игрушечный театр! – подхватили и другие. Пришлось выходить на сцену папе Карло и объяснять, что сегодня почтенная публика не сможет увидеть первую часть представления. Но в ответ на сцену полетели гнилые помидоры и тухлые яйца.

Зрители топали ногами, требовали вернуть деньги и считали себя бессовестно обманутыми. Провал получился оглушительный…

Почти все куклы и папа Карло были страшно расстроены. Только Буратино сохранял присутствие духа. Он еще не научился унывать – ведь его жизнь началась совсем недавно, несколько месяцев назад.

– Нич-чего! – сказал он друзьям на ночь. – Просто нам придется быстрее придумывать, как вернуть назад Золотой ключик, только и всего.

Но на этом беды не закончились. Рано утром в дверь требовательно постучали, и громкий голос крикнул:

– Именем тарабарского короля – откройте дверь!

– Это Карабас Барабас! – закрыв от страха глаза, произнес Пьеро.

– Ой, боюсь, боюсь! – испугалась и Мальвина.

– Шевелитесь, негодяи! – потребовали снаружи, и, едва папа Карло откинул щеколду на двери, как в каморку ворвались бывший директор кукольного театра, продавец лечебных пиявок и целая толпа полицейских.

– Именем тарабарского короля – освободите каморку! – потребовал Карабас, и полицейские подхватили папу Карло под руки. Они вытащили его наружу и бросили на землю прямо с верхней ступеньки порога. Вслед за ним хотели вышвырнуть и Буратино, но тот ловко увернулся и выскочил на улицу сам.

– Куклы снова мои, Карло, тебе не пришлось долго пользоваться ими! – захохотал доктор кукольных наук, появившись на пороге. Он довольно потирал руки.

– Карло не использовал кукол, это были наши друзья! – ответил за шарманщика Джузеппе, появившийся в переулке как раз к началу выселения.

– Можете рассказывать это головастикам в пруду тетки Тортилы! – небрежно махнул рукой Карабас. – Кто вам поверит?

– Почему вы отнимаете у нас театр? – спросил Карло, тяжело поднимаясь на ноги и отряхивая колени.

– Золотой ключик теперь мой! – Утреннее солнце вспыхнуло, отражаясь в ключике, как в зеркале. – Поэтому синьор градоначальник посчитал, что и театр с куклами тоже мой.

– И каморка ваша, синьор! – показываясь в двери, радостно напомнил Дуремар.

– И каморка! – подтвердил Карабас Барабас.

– Верните хотя бы шарманку, – попросил Карло, опустив голову.

– Шарманку можешь забирать с собой. Она не даст тебе умереть с голоду.

Шарманка полетела с порога, и папа Карло едва сумел поймать ее, не дав разбиться о мостовую. При этом сам он стукнулся локтем и поморщился от боли.

Директор кукольного театра отвернулся, давая понять, что разговор окончен. Джузеппе помог подняться своему приятелю, и тот, тяжело вздохнув, произнес:

– Видно, Буратино, нам все-таки суждено бродить с тобой по дворам и зарабатывать на жизнь этой вот шарманкой и твоими фокусами.

Буратино в ответ только шмыгнул носом. Но, похоже, что он думал иначе.