Сергей Федоранич – Я сделаю это для нас (страница 38)

Мне не разрешали приезжать в Москву, пока присутствовала угроза моего ареста. Каждый день мне на почту приходили отчеты юридической фирмы, в которых содержались описания действий по моей реабилитации.

У следствия не было оснований для моего ареста ни по одному из обвинений. Все, что касалось выдвинутых «Бурлеском» обвинений, было надуманным и не имело под собой ни единой действительной улики. Оснований сомневаться в действительности постановлений суда об аресте было множество, и мои новые адвокаты добились скорейшего пересмотра всех постановлений. В сухом остатке «Бурлеск» обвинял меня в сговоре с агентом с целью причинить ущерб изданию, вроде как ни я, ни мой агент не собирались исполнять договор на тех условиях, которые Алекс подписал от моего имени.

Пока ведется предварительное расследование, я гарантировал следствию, что не покину территории Российской Федерации, иными словами, дал «подписку о невыезде», которую нарушил, что влечет серьезную ответственность. Но мои новые адвокаты сказали, что первое обвинение не имеет под собой оснований, а второе они решат очень быстро. Где-то в середине мая ко мне приехал адвокат, который расставил по полочкам все и рассказал, как мы будем действовать.

Это был серьезный дядька средних лет по фамилии Чармильтон, он говорил на прекрасном русском языке, но был британец, очевидно. Благородный, вежливый до невозможности, он приехал не с пустыми руками, а с корзиночкой цветов для Лили и бутылкой шотландского виски для меня. Его фирме я плачу по четыреста долларов в сутки абонентского обслуживания, и около трех тысяч в сутки набегает за фактические действия и представительские расходы (все до цента расписано в ежедневном отчете с приложением подтверждающих документов). Но тем не менее он посчитал необходимым произвести хорошее впечатление на своего клиента.

— Стоит начать с того, что ваш прежний адвокат отстранена от вашего дела и, судя по всему, вскоре закончит адвокатскую практику вовсе.

— Вы лишили Светлану адвокатской практики? — удивился я.

— Ну что вы! Нам это не под силу, такое решение принимает коллегия адвокатов, которая выдала ей удостоверение. Но, видите ли, Светлана вздумала мешать нам делать свою работу. Мои коллеги первым делом встретились с ней и попросили передать все документы. Новая доверенность ее не устроила, она пригрозила уничтожить документы и сообщила следствию, что вы скрываетесь. До этого момента вы считались без вести пропавшим. Мы посчитали, что ее поведение не отвечает принципам этики, и на всякий случай проверили девушку. Обнаружилась связь Светланы и Королевства. Более того, со своего личного телефона Светлана общалась с Анной-Марией и Вальдемаром и, вполне возможно, докладывала им о том, как ваши дела, а может быть, и получала какие-то распоряжения. Мы предложили Светлане самоустраниться, однако она повела себя строптиво, и мы были вынуждены передать свои подозрения в адвокатскую коллегию. Мы будем следить за развитием событий, но уже знаем, что Светлана отказалась предоставить распечатку своих личных звонков по запросу коллегии.

Для меня эта новость стала шоком. Столько времени я доверял Светлане, рассчитывал, что там, в России, она держит оборону, не дает полоскать в помоях мое имя, а на самом деле она играла сразу на всех фронтах. Не удивлюсь, что она докладывала следователю обо всем, о чем докладывать было не нужно.

— То, как сильно она защищается, делает ей честь. Ей просто стыдно, и она старается хотя бы в глазах других сохранить лицо, но, увы, вряд ли у нее это получится.

Адвокат достал какие-то бумаги, но я сразу дал понять, что не хочу ничего читать. Однако документы взяла Лиля и углубилась в чтение. Мистер Чармильтон продолжил:

— В России у вас четыре ключевые проблемы, Иван. По значимости все одинаковы, поэтому начну с тех, в которых мы уже на верном пути по решению. Ваш предполагаемый арест в связи с нарушением подписки о невыезде. Наша клиентка, Натали Камердинофф, явилась в полицию и призналась, что своими небрежными действиями поставила вашу свободу под угрозу. Она передала послу России в Лондоне ваши страхи и желание найти политическое убежище в Великобритании, она также выразила очень большие сожаления, что не сделала этого раньше. Заявление было подано, однако требуется ваша подпись для документов в суд. Сразу скажу, что нам удалось урегулировать вопрос с обвинениями в адрес Натали Камердинофф, и мы получили предварительное согласие властей на предоставление вам политического убежища. Таким образом, в Лондоне вы находитесь легально, и Российской Федерации известно, где вы. Только поставьте подпись.

Я расписался в документах, предварительно их прочитав. Там было сказано, что в связи с обвинениями от имени главного редактора журнала «Бурлеск» я вынужден скрываться. Поскольку у «Бурлеска» больше ресурсов и возможностей, они давят меня и в суде общей юрисдикции, пытаясь наказать материально, и посылают в полицию различного рода обвинения, которые не имеют под собой реальных оснований, кроме того, я получал угрозы жизни и здоровью, которые остались правоохранительными органами и мои адвокатом не услышаны. На документе уже стояла резолюция «согласовано».

— В соответствии с российским уголовно-процессуальным законодательством замена подписки о невыезде на заключение под стражу должно быть рассмотрено в судебном порядке. Поскольку вы находитесь не в России, так как опасаетесь за свою жизнь и укрылись в политическом убежище, заседание прошло заочно, без вашего присутствия, но в присутствии наших адвокатов. После заявления Светланы, что вы скрываетесь за границей, следствие объявило вас в международный розыск, что позволило провести судебное заседание в ваше отсутствие. Суд отказал следствию в заключении вас под стражу, поскольку не усмотрел в ваших действиях воспрепятствования правосудию. В деле есть ваши показания, новых вопросов у следствия не появилось. Нам удалось доказать, что страну вы покинули легально, опасаясь за свою жизнь. Поскольку время предварительного расследования по заявлению «Бурлеска» прошло, ваши показания в деле присутствуют, однако ничего нового следствию установить не удалось, обвинение не предъявлено и отсутствуют доказательства, что следствие пыталось связаться с вами, и, что важно, срок предварительного расследования не продлялся, производство не приостанавливалось, уголовное дело подлежит закрытию. Сейчас материал об отказе в возбуждении уголовного дела находится в прокуратуре на утверждении, и там дежурят наши юристы, которые сообщат нам, когда прокуратура вынесет решение. По моим данным, это произойдет с минуты на минуту.

— И я могу вернуться в Россию?

— Можете.

— А если меня арестуют?

— На каком основании? Никаких новых обстоятельств обнаружено не было, поскольку дело в суде уже рассматривается. Таким образом, обвинения «Бурлеска» и нарушение подписки о невыезде урегулированы. Теперь переходим к третьей проблеме — иск «Бурлеска» о возмещении убытков в связи с отказом от исполнения обязательств.

— Светлана вам передала суть обвинений?

— Нет, но мы ознакомились с делом в суде.

— Насколько понял я, суть состоит в следующем: я вправе отказаться от исполнения договора услуг, но при этом обязан возместить все убытки заказчику. Верно? То есть все то, что они заявили в иске, они должны доказать. Я правильно понял?

Адвокат Чармильтон посмотрел на меня с сожалением.

— Когда все закончится, мистер Данилофф, я предлагаю вам подать в суд на вашего бывшего представителя. Поскольку позиция, которую сейчас вы мне озвучили, настолько безграмотна, что предложить ее мог только дилетант или человек, который совершенно не разбирается в гражданском праве Российской Федерации.

— Я сейчас не понял.

— Я вам объясню. Тот способ, которым Светлана пыталась избавить вас от притязаний «Бурлеска», мог бы сработать, если бы вы действительно заключили эту сделку и отказались от ее исполнения. Но вы ее не заключали, это сделал ваш агент, превысив при этом полномочия. И у вас есть доказательства.

— О чем вы? Вы хотите сказать, что доверенность Алекса недействительна?

— Она действительна, однако при подписании того контракта он превысил свои полномочия. И позиция в суде должна быть именно такой. «Бурлеску» было известно о вашем нежелании заключать сделки на долгосрочный период, об этом есть не только их письменное подтверждение об информированности, но и ваши интервью в журналах. То есть об этом могли знать все, если бы хотели. Поскольку имеются основания полагать, что «Бурлеск» поступил недобросовестно, а вы — добросовестно, на вашей стороне присутствует неосновательное обогащение, которое вы возвратили истцу. Все права восстановлены, а убытков к вам предъявить они не могут. Чего не скажешь о вашем агенте, именно ему отвечать за последствия. Мы докажем это в суде.

— Мои счета арестованы.

— И это четвертая ваша проблема, с которой наши адвокаты разбираются в Центральном банке. Насколько я могу подозревать, здесь как раз очень серьезно замешана королевская семья, у которой очень хорошие связи в международной финансовой среде. Однако мы полагаем, что у Центрального банка не было оснований подозревать вас в мошеннических действиях, и банк не является организацией, которая вправе возбуждать уголовные дела. Таким образом, мы подадим иск об устранении препятствий во владении, пользовании и распоряжении имуществом и признании акта Центрального банка незаконным.