Сергей Джевага – Охота на хранителей (страница 13)
Подбежала молоденькая светловолосая официантка, улыбнулась и подмигнула. Лет восемнадцать на вид. Крепенькая, фигуристая и стройная. Личико по-детски пухлое, но тело уже налито горячей женственной силой, пышное и мягкое как подушка. Красивая девочка. С такой хорошо в суровые зимние холода. Залезть под одеяло, обнять как плюшевого мишку и просто дремать, слушать вой вьюги за окном.
Девушка поправила прическу, спросила с легким кокетством:
— Что будем пить, мальчики?
– Пиво, – отрезал я. Невольно скользнул взглядом по сочной фигурке, длинным стройным ногам. Нахмурился и отвернулся.
- А какое? – поинтересовалась девушка ничуть не смущенная грубоватым ответом.
– Жигулевское, – ответил за меня Вадим и протянул деньги. – Будьте добры!
Официантка кивнула, убежала. Но тут же вернулась с двумя высокими бокалами. Подарила Вадику очередную благосклонную улыбку и скрылась за стойкой.
Я провел пальцем по холодному запотевшему стеклу, полюбовался игрой пузырьков. Сдул пену на другой край бокала и глотнул. Пиво хорошее. Густое и свежее, чуть горьковатое, с явным хмельным привкусом. Я отпил еще немного, но налегать не стал. На жаре сразу развезет. Да и после года аскетизма организм позабыл о такой приятной отраве, как алкоголь и никотин. Приучать заново незачем.
Вадим лишь смочил губы. Отставил бокал и смущенно покашлял в кулак. Тускло улыбнулся, осторожно спросил:
– Чего ты взъярился? Жить скучно?
– Пожалуй, – ответил я, посмотрел на улицу. Там солнце, люди, автомобили. Вечное неугасающее движение, жизнь. Хотя год назад помню, была другая картина – черные небеса, трупы, демоны-навии, рушащиеся дома. Теперь кажется дурным сном, кошмаром… Я поежился, взглянул на обеспокоенного друга и буркнул: – Вот ты говоришь американцы, русские, земляне. Какая в сущности разница?
– Не понял, – протянул друг и округлил глаза. – Но мы боремся…
– Ага, – перебил я. Подумал секунду и добавил: – Боремся. Но откуда ты знаешь, что правы именно мы? Возможно, Старейшины ведут цивилизацию к чему-то великому. А мы просто упираемся как бараны. Не знаю, Вадь. По мне, так быть землянином ничуть не хуже, чем русским. И если представить такое будущее… Ни войн, ни голода или межрасовой неприязни. Единое правительство, банковская система, правосудие. Утопия, блин! Но ведь достижимо! Уже идем туда.
– Постой! – воскликнул Вадим. Поскреб затылок, нахмурил косматые брови. – Хочешь сказать, что надо становиться тупым американцем? А как же Россия? Дух и сила славян?
– Они не тупые, Вадь, – ответил я глухо, покачал головой. – Грубые, циничные, неотесанные – да. Порой жестокие и жадные. Но далеко не тупые! Американцы – не нация, хоть и желают выглядеть ею. Просто люди. Англичане, русские, украинцы, китайцы… Те, кто сбежал за море, чтобы работать. И действительно трудятся! Даже детей с малолетства приучают зарабатывать деньги на конфеты и игрушки. Лишь за это стоит уважать. Американцы пашут даже не от зари до зари, а гораздо больше. Они ра-бо-та-ют! А наши как? Восемь часов отсидели и по домам, водку жрать и с тещей воевать. Разница в менталитете. Мы привыкли, что нас заставляют, пинают, гонят куда-то. И без надсмотрщика никак. Да, славянский дух! В нас полно энергии, величия и мощи! Но есть еще и пресловутая славянская лень. Русский человек не хочет работать, жаждет халявы. Даже в сказках у нас золотые рыбки и щуки-мутанты, которые надурняк делают, что ни пожелаешь. Хотя мораль тех же сказок другая, аллегорически призваны научить именно трудиться. То, что лежа на печи можно добиться высот – миф! Побеждает труд! Всегда! Во все времена!.. Именно поэтому мне кажется, что американцы… какими бы жирными и тупыми ни были, но выше нас. И рано или поздно победят! Потому что они – нация трудоголиков, а мы – лентяев и воров. Нам стоило бы бороться не с внешними врагами, а с внутренними. С самими собой!..
Под конец речи голос сорвался на низкое гортанное рычание. Из глубин души рвалось раздражение, темная ярость. Я схватил бокал и сделал большой глоток. Холодное пиво приятно пощекотало язык, омыло иссушенную гортань. И вместе с тем притушило злобу. Я обессилено откинулся на спинку стула. Глянул на Вадима и прикусил язык от удивления.
Друг улыбался. Радостно и чисто, будто ребенок. В глазах понимание и печаль, безграничная доброта, яркий солнечный свет. Именно сейчас Вадим больше чем когда-либо походил на Велимира.
– Ты во многом прав, Саня, – спокойно сказал ученик волхва. Запнулся, подбирая слова. Кивнул своим мыслям и продолжил: – Но ошибаешься в главном. Мы, то бишь русские, не бестолочи! Да, ленивые. Да, не умеем работать. Но у нас есть душа! Мы – вдохновение и сердце Земли, дети Солнца. Потому и делаем так небрежно. Но если возьмемся, воспрянем, то способны сотворить невероятное! Один сатирик говорил, что американцы – желудок. Но нет, они мускулы. То, что делают упорным и методичным трудом, мы свершаем в единой вспышке озарения. Русских можно сравнить с талантливым художником. Американцев – с грубоватым, но трудолюбивым работягой-землекопом. Однако в организме нужны и мышцы, и сердце, и мозг. В цивилизации, как и в человеке, нет лишних органов. Гармония, Сань! Гармония. А объединение рас в будущем… Не знаю, не знаю. Произойдет рано или поздно. Но ни один народ не должен утратить свой дух. Иначе человечество погибнет.
Вадим широко ухмыльнулся и выгнул бровь дугой. От раздражения друга не осталось и следа. Передо мной сидел совершенно иной человек, мудрый и спокойный. Стало ясно: злость – напоказ. Дабы достучаться, заставить услышать.
Я опустил взгляд, поцарапал ногтем пластиковую столешницу. Ученик волхва верил в слова. И я чувствовал, что Вадим прав. Но упрямство заставило вести спор до конца.
– Красиво говоришь, – проворчал я. – Но Россия в заднице, Америка наступает на восток, окружает. Где истина?
– Американцы еще удивятся нам. Сухой реализм и логика отступают под напором чувств, – уверенно сказал друг. Но сразу посерьезнел, добавил: – Повторюсь -в чем-то ты однозначно прав. Работать надо! Ждать манны небесной более чем глупо. Если возьмем у америкосов лучшие качества, покорим мир одним плевком.
– Вот-вот! – торжествующе подхватил я и указал пальцем. – Видишь? Вот куда уходит сила русского человека сегодня!
Ученик волхва повернул голову, прищурился и кивнул.
На противоположной стороне улицы обыкновенная серая пятиэтажка. Унылая, старая и обшарпанная. Но первый этаж – обитель всяческих магазинов и салонов. Среди многообразия цветастых вывесок выделялась одна: «Интернет кафе – Вектор». Заведеньице новое, раньше не видал. И как положено – в футуристическом стиле. Блистающее хромом крыльцо, всяческие украшения. И огромные пластиковые окна, на удивление прозрачные. Владелец пожалел денег на тонировку, или просто забыл. За стеклами видны ряды столов, множество мониторов, системных блоков. Компьютерный клуб наполнен до отказа. Те, кто не успели занять места, теперь ютились у крыльца. В основном подростки, молодежь. Но есть и вполне взрослые на вид ребята. О чем-то вяло переговаривались, с тоской смотрели на небо. Курили и ждали благословенного часа. Лица скучные, в глазах затаенная надежда – ну когда же освободится хоть одна машина? Ведь тогда… да-да, тогда жизнь ударит ключом! Бои, кровь, путешествия в иные миры, полеты в космос. Скучная реальность хоть ненадолго отступит, поблекнет перед яркими и такими живыми мирами. И хотя эпоха гейм-клубов благополучно подошла к концу, теперь у каждого дома свой игровой центр… но общество, общество. Ведь так приятно поболтать с себе подобными, порезаться командой в «стрелялку» или сходить накостылять дракону.
– Серьезно, – хмуро пробормотал Вадим, глянул из-под бровей. – Потому ты никогда и не играл?
– Напротив, – ответил я спокойнее. – Первые полгода просиживал сутками. Шинковал эльфов и орков, строил империи. А потом как-то сразу протрезвел и понял: чуть не стал рабом. И чьим? Компьютера, что по определению – обычный инструмент. А они не осознают… В человеке – море энергии. Но наши люди просто не используют, тратят на глупости, прячутся в виртуале. А что если в один прекрасный момент выйдут в реальный мир, начнут работать? Или Третья Мировая, или наконец освоим космос.
Умолкнув, я устало качнул головой. Взял бокал и отпил еще немного. Пиво успело нагреться, теперь показалось горьким и противным. Я вытер губы, улыбнулся и подумал, что Велимир прав. Я действительно изменился. И в мыслях, и в чувствах.
Вадим задумался на несколько минут. Глаза потускнели, а на лбу собрались морщинки.
– Ты ведь не веришь в нашу борьбу, Саня? – спросил друг.
– Не верю, – спокойно ответил я.
– Тогда почему так легко согласился участвовать в Охоте? – хмыкнул внук Велимира.
– Понимаешь… – медленно сказал я. – Все слишком далекое, малозначимое. Старейшин я никогда не видел. А просто так ненавидеть не могу. И судьба России, угроза рабства… не ощущаю. Но осознаю, что скрыться и спрятаться не смогу. Найдут и убьют. А народная мудрость говорит – в драке выигрывает тот, кто бьет первым.
– Ясно, – кивнул Вадим. Вздохнул и пожал плечами. – Что ж, хотя бы так. Тогда почему злишься и упрямишься? Ах да, женщины…
– Угу, – промычал я тоскливо. – Но о них нечего говорить.