Сергей Арно – Дом Гаргалезиса (страница 1)

Дом Гаргалезиса

Часть 1. Цена смеха

Глава 1. Всё началось с пустоты

В этот вечер, не предвещавший никаких жизненных изменений и тем более потрясений, сидевшие за столиком в кафе Дома книги двое молодых людей и представить себе не могли, что их скучная и однообразная жизнь совсем скоро резко переменится. Они узнают, что такое лютый ужас и что такое безумное, безудержное веселье, что дикое непреодолимое счастье будет разрывать изнутри одного из них, а другой будет стараться спасти его от этого счастья.

Не знали они всего этого, а пили пиво и закусывали сухариками.

Молодых людей звали Егор и Мавродий. Они любили по пятницам после работы посидеть за кружечкой пива в кафе Дома книги. Пиво здесь было дороговато, зато вид в огромные арочные окна на Невский проспект и Казанский собор потрясающий! Хотя, конечно, не виды привлекали их сюда, а книги. Даже после работы их обоих тянуло к книгам, поэтому и выбирали этот Дом для пятничного отдыха.

Мавродий — белокожий, с рыжими коротко стриженными волосами, коричневыми веснушками на лице, среднего роста, худой и сутулый. Его друг Егор был роста невысокого, брюнет со смуглой кожей, длинным носом и маленькими быстрыми глазками. Он любил пиво и книги в мягких обложках.

Они сидели молча, окидывая посетителей усталыми после работы взглядами.

— Руки ломит. — Сделав несколько громких глотков, Егор поставил бокал с пивом на стол. У него как-то так было устроено горло, что глотал он очень громко. — В конце дня книги из библиотеки доставили… — Он тяжело вздохнул. — Я их рвал-рвал, целый вечер рвал…

Жестом он проиллюстрировал, как рвал книги, и снова тяжко вздохнул. Мавродий ничего не ответил: он тоже сегодня таскал пачки книг без пустоты внутри, как будто булыжники ворочал — ненавидел такие дни.

В кафе вошёл мужчина лет шестидесяти. Мавродий, сидевший лицом к входу, отчего-то обратил на него внимание. Щуплый, роста невысокого, с аккуратной седой бородкой и с какой-то коричневой шишкой или бородавкой под носом, которую, должно быть, старался скрыть усами, но она всё равно выпячивалась сквозь жидкие волосы. И тут же вслед за ним вошёл коренастый мужчина неопределённого возраста в кожаной куртке, с лысым черепом и мрачным лицом. Мавродию поначалу показалось, что они вместе, но «бандюган» сел за свободный столик, а человек с бородкой, внимательно оглядев посетителей кафе, направился к столику, где пили пиво Мавродий с Егором, и без приглашения опустился на свободный стул.

— Скучаете, молодые люди? Хочу вас угостить. Позвольте, куплю вам пива.

— Я не против, — оживился Егор. — У меня, типа, пиво кончается. — Он посмотрел на свой почти пустой бокал.

— Вот и замечательно! Давайте познакомимся. Меня зовут Генрих Карлович.

Друзья тоже представились.

Ничего, казалось, не было особенного в этом человеке, но Мавродию он сразу не понравился.

Генрих Карлович указательным пальцем потрогал бородавку под носом, как бы проверяя, на месте ли, и махнул официанту.

— Ну, тогда я сейчас приду. — Мавродий поднялся из-за стола и направился в туалет.

До туалета нужно было пройти через зал, уставленный стеллажами с книгами, мимо мраморной лестницы и свернуть за угол. Мавродий неторопливо шёл между стеллажами. Ему была приятна духовная атмосфера Дома книги. Вот полки зарубежной фантастики, современной литературы, детективов… Любителей книг было немного, иногда только между стеллажами замечался какой-нибудь одинокий человек, рассматривавший названия.

Когда Мавродий проходил мимо стеллажей, ему показалось, что из-за одного из них вдруг высунулась лысая голова с бандитской рожей, подмигнула ему и тут же исчезла.

Сзади послышались торопливые шаги, Мавродий оглянулся — за ним никого не было. Он прошёл ещё немного, как перед ним внезапно вырос официант, обслуживавший их столик, — он неожиданно выскочил из-за стеллажа с книгами, чем напугал Мавродия. Он остановился, отступил и хотел обойти официанта, но парень вдруг приблизился к нему почти вплотную, прижав к стеллажу.

Он был лет двадцати пяти, с круглым монгольским лицом и чуть раскосыми глазами.

— Я должен вас предупредить, — заговорил он тревожным шёпотом. — Это очень страшный человек… Будьте с ним осторожны… Очень осторожны…

— Какой человек? — не сразу понял Мавродий, отстраняя от него лицо.

— Тот, что к вам за столик подсел, — как-то раздражённо, оттого, что его не понимают, проговорил официант, сузив и без того щёлочки глаз. — Он часто в Доме книги ошивается. Но ему не книги нужны, — как-то злорадно прошипел официант. — Совсем не книги! Если будет вам предлагать поехать к нему, не соглашайтесь. Кто с ним поговорит — исчезают и больше здесь не появляются. Я-то знаю: ему не книги нужны...

Неприятный холодок пробежал по спине Мавродия, хотя он и не был трусом, но почему-то слова официанта на мгновенье взволновали его.

— Да мне тоже не книги нужны, — пробормотал Мавродий и, кивнув, направился в туалет, по пути мысленно продолжая начатую фразу: — Я пиво здесь пью, а книг у меня и на работе хватает.

Странно, что и на обратном пути из-за одного из стеллажей вновь высунулась бандитская рожа и, снова подмигнув, мгновенно исчезла, как будто и не высовывалась.

Когда он вернулся, стол был уже накрыт: на нём стояли бокалы с пивом, тарелка с бутербродами, блюдо с сухариками, запотевший графинчик водочки, рюмки… Егор, закинув голову, хохотал — новому знакомому чем-то удалось его рассмешить.

За огромным арочным окном Дома книги, выходившим на Казанский собор и Невский проспект, рядом с которым стоял их столик, зажгли фонари. Белые ночи ещё не наступили, и этот последний месяц до белых ночей — когда в Петербурге ещё включают фонари — время самое загадочное, самое таинственное… город предстаёт в призрачном, иллюзорном свете.

Но Мавродий не обратил внимания на то, что творилось за окном.

— Вот и Мавродий подошёл! Мы тут с вашим другом анекдоты рассказываем, у него потрясающее чувство юмора, — сказал Генрих Карлович с улыбкой, потрогав бородавку под носом.

— Не замечал, — сказал Мавродий. Усаживаясь, он не ожидал такого изобильного стола — ну да, завтра не на работу. Интересно, во сколько ему всё это обошлось?

— Ну, давайте за знакомство, — разливая водку по рюмкам, предложил Генрих Карлович.

Выпили, и почти без промежутка он налил по новой.

— Я учёный-теоретик, — между тем говорил Генрих Карлович, — занимаюсь физиологией. А вы где работаете?

— Мы в книжном бизнесе, — сказал Мавродий, закусывая бутербродом.

Это почему-то очень понравилось Генриху Карловичу.

— Замечательно! — потрогав шишку под носом, воскликнул он с удовольствием. — Значит, гуманитарии! Вот почему мы в Доме книги встретились!

— Выходит так. — Егор взял новый бутерброд. — Гуманитарии.

— Очень люблю гуманитариев. У меня в друзьях один читатель, он книг много читает, а ещё — один писатель, и вот вы теперь… Я вам анекдотец расскажу…

Генрих Карлович рассказал анекдот, потом другой, третий… Анекдоты были отстойные, из прошлого времени: про то, как русский, американец и француз чем-то там мерились друг с другом, и русский всегда выходил победителем, а те — дураками. Мавродий забывал их тут же и смеялся для приличия. Такие тупые анекдоты теперь даже в интернете не встретишь. Зато Егор хохотал вовсю и после долго не мог остановиться. Его задорный смех вызывал ответную реакцию у Мавродия, и он, заразившись, против своего желания тоже смеялся. На них обращали внимание посетители, сидевшие за соседними столиками, грозно поглядывал официант монгольской внешности, а Генрих Карлович всё рассказывал и рассказывал. Он прямо набит был анекдотами и сам смеялся, но как-то неискренне, как будто делал вид. Рассказывая, он, словно забывшись, неустанно теребил указательным пальцем свою бородавку под носом, а когда смеялся, внимательно смотрел на друзей, словно изучая.

Генрих Карлович заказал ещё графинчик водки, так что к концу вечера все были в приподнятом настроении.

Когда выходили из кафе, Мавродий обратил внимание на сидевшего неподалёку за столиком человека с бандитской физиономией, ведь именно он выглядывал тогда из-за стеллажей с книгами.

Не допив пиво, бандюган поднялся и вышел вслед за ними.

Они ещё минут пять стояли на Невском проспекте у дверей Дома книги, прощаясь. Мимо проходили люди — на Невском в любое время суток полно народа, — у метро пели уличные музыканты. Генрих Карлович рассказывал анекдоты, Егор ржал, Мавродий подсмеивался.

— Друзья мои, приходите ко мне в гости! — сказал Генрих Карлович. Он казался пьянее всех, и иногда его как бы тянуло в сторону. — У вас потрясающее чувство юмора, а это самое главное чувство человека. Такие люди нам нужны! Вот здесь написан мой номер телефона. — Он раздал друзьям визитные карточки.

Мавродий и Егор продиктовали ему номера своих телефонов. Сейчас казалось, что они знакомы много лет, — настолько весело и душевно было им друг с другом. Но пришло время расставаться, друзья направились к метро, а Генрих Карлович — в другую сторону.

Тут произошло странное происшествие, которому Мавродий не придал поначалу никакого значения, а вспомнил много позже. Мавродий остановился, почему-то обернулся и посмотрел в сторону удаляющегося по Невскому проспекту Генриха Карловича. Он был уже не один — рядом с ним шёл тот самый тип в кожаной куртке с бандитской рожей, которого Мавродий заприметил в кафе Дома книги, подумав тогда, что они пришли вместе. Возле них остановилась машина, тип в кожаной куртке услужливо открыл перед Генрихом Карловичем дверцу…