Сергей Анисимов – Триединство Бога: аргументы, история, проблемы, реальность (страница 45)

Почему же Петр делает именно такой акцент? Он хочет подчеркнуть историчность принятия чести и славы, говоря, что апостолы следуют не басням, а тому, чему были очевидцами. Следовательно, очевидцами событий при крещении Иисуса они не были (хотя двое из апостолов, один из которых Андрей, ранее были учениками Крестителя и наверняка были очевидцами крещения Иисуса – Ин.1:35-40).

Если бы очевидцами явления Голоса при крещении были все присутствовавшие при этом иудеи (люди непредвзятые, в отличие от апостолов), да еще и схождение Духа видели (которого не было на горе), то этим фактом Петру было бы гораздо проще подтвердить историчность принятия Христом чести и славы от Отца, он мог бы сказать: «это видели десятки непредвзятых людей!» Но нет, он не стал ссылаться на это событие. Почему же? Потому что очевидцев Голоса с неба и схождения Духа при крещении Иисуса на самом деле не было, это видел только Креститель.

4. Иудеи того времени в принципе не видели и не слышали Бога.

Иисус сказал иудеям:

«И пославший Меня Отец Сам засвидетельствовал о Мне. А вы ни гласа Его никогда не слышали, ни лица Его не видели» (Ин. 5:37)

Если бы иудеи слышали голос Отца с неба и видели Его схождение как голубя (напомню, что Дух сходил не в виде голубя, а как голубь, то есть физически это был не голубь), то приведенные выше слова Иисуса были бы неправдой, что само по себе невозможно. Если же иудеи никогда не слышали голоса Отца, то они не слышали его и при крещении Иисуса; если они не видели Его лица, то они не видели и сходящего Духа.

5. Если бы иудеи увидели это явление, то не поняли бы его как явление Бога.

Альфред Эдершейм, известный австрийский библеист и еврей по происхождению, пишет154:

«Если рассказ не истинен, то откуда появилась легенда? Она, несомненно, не имела основания в современном Христу иудейском учении, точно также несомненно, что она не могла и самостоятельно появиться в уме иудеев. Нигде в раввинских писаниях мы не находим никакого намека ни на крещение Мессии, ни на сошествие на Него Духа Святого в виде голубя. Такие взгляды были скорее так сказать a priori неудобоприемлемы для иудейской мысли. Впрочем, была сделана попытка отождествить две черты в евангельском рассказе с раввинскими представлениями. «Глас с небес» был представлен как бат-коль, или «дочерний голос», о котором мы читаем в раввинских писаниях; он был обыкновенно небесным свидетельством или решением для затрудняющихся или встречающих дурное обращение с собой раввинов. Далее, утверждали, что у иудеев «голубь» считался эмблемой Святого Духа. При опровержении подобных взглядов некоторая несдержанность в речи может быть извинительна.

Мы осмеливаемся утверждать, что никто, по беспристрастном исследовании дела, не мог найти какой-либо действительной аналогии между так называемым бат-коль и «гласом с небес», о котором упоминается в Новом Завете. Как бы ни были различны мнения, в одном все согласны: бат-коль появлялся после того, как прекратились в Израиле голоса пророчества и Святого Духа, и, так сказать, занял их место. Но при крещении Иисуса голосом с неба сопровождалось схождение Святого Духа. Даже только на этом основании в рассматриваемом случае не могло быть раввинского бат-коль. Но далее, этот «дочерний звук» считался более эхом голоса Божия, чем голосом Самого Бога. Случаи, в которых этот «дочерний звук», по предположению, был слышен, столь различны и иногда столь возмутительны и для обыкновенного, и для нравственного чувства, что о сравнении с бат-коль с евангельским голосом не может быть и речи.

Мы оставили до конца обсуждение мнения, что у иудеев Дух Святой представлялся под символом голубя. Признано, что для такого мнения нет оснований ни в Ветхом Завете, ни в сочинениях Филона, что именно такой животный символизм в представлениях божественного был чужд Ветхому Завету».

Тринитарный теолог Герхардус Вос подтверждает это мнение155:

«Нельзя четко ответить на вопрос, почему для явления Духа был избран образ голубя, а не какого-то излияния света. Ветхий Завет нигде не сравнивает Духа с голубем».

Если же современным Христу иудеям не были известны такие образы по отношению к Богу, то и понять их явление как относящееся к Богу они никак не могли, а потому показывать им это явление как схождение Духа и голос Бога (и тем более – как явление Троицы) не было никакого смысла.

Но даже если допустить, что это явление могло быть потенциально понято как-то иначе, ключевым остается вопрос о цели явления. Поскольку знамение было дано персонально Иоанну (как это следует из его собственного свидетельства), Бог имел в виду конкретную, локальную цель – опознание Мессии, а не всеобщее откровение о Своей внутренней природе.

Прежде, чем я перейду к выводу – может быть, я что-то не заметил в Писании, что-то упустил? Чтобы исключить такую вероятность, я задал ИИ DeepSeek вопрос: «Есть ли в Библии тексты, из которых следует, что схождение Духа как голубя с Голос с неба видел и слышал не только Иоанн, но и все люди, которые там были?»

Вот что мне ответил ИИ:

«Прямого указания в Библии на то, что все люди видели и слышали это событие, нет. Напротив, в самых детальных описаниях (Матфей, Марк, Иоанн) подчеркивается, что свидетелем был именно Иоанн Креститель. Это было его личным пророческим знамением для опознания Мессии.

Почему это важно с богословской точки зрения?

Это событие было не просто публичным чудом для всех, а торжественным помазанием Иисуса на служение и знамением для Иоанна, подтверждающим, что именно Он – ожидаемый Христос. Иоанн затем сам указывает на Иисуса как на Агнца Божьего (Ин. 1:29), основываясь на этом откровении.

В некоторых раннехристианских апокрифах (например, «Евангелие от евреев») и в трудах отдельных Отцов Церкви (например, Иустин Мученик) есть упоминания о том, что голос был слышен всем народу. Однако эти источники не входят в канонический текст Библии и считаются менее достоверными. Они отражают более позднее предание, которое стремилось подчеркнуть публичный характер Божественного свидетельства».

Вывод: свидетелем Голоса с неба и схождения Духа как голубя (помимо Иисуса) был только Иоанн, а мнение о том, что это явление видели все – это более позднее предание.

Но как же объясняют тринитарии свое мнение о том, что свидетелем явления Голоса и Духа был весь народ?

Священник Александр Сатомский, настоятель храма Богоявления в Ярославле и преподаватель кафедры философии ЯГПУ, приходит к выводу об общенародном свидетельстве следующим образом156:

«По тексту сложновато понять, кто является свидетелями произошедшего, То есть у разных евангелистов по-разному сформулирован вот этот сюжет, и в некоторых текстах мы видим, что весь народ становится свидетелем того, как Иисус, входя в воды, получает вот этот Дух в виде голубя, сходящий на него, и слышится глаз Отца: «вот Сын Мой возлюбленный». По текстам другим кажется, что свидетелем этого является преимущественно Иоанн. Сказать здесь сложно, но, конечно, по всей бы логике, так как здесь перед нами момент начала общественного служения Христа, именно такого рода, скажем так, божественная санкция на это служение была бы важна и нужна максимально общенародно. Для этого, собственно, Иоанн ведь и собирает толпу людей, для этого он и получает этот огромный кредит доверия, что вот все почитали его как пророка».

Отец Александр не приводит здесь те тексты, из которых «мы видим, что весь народ становится свидетелем». Вместо этого он за Бога решает («по всей логике») о необходимости общенародного свидетельства божественной санкции на служение Христа. Более того, роль Иоанна он видит не в уникальном свидетельстве об Иисусе как Мессии (на что прямо указывают тексты Ин.1:7-8, 32-34, 5:31-33, Лк.20:5), а всего лишь в том, чтобы собрать толпу, которая и станет свидетелем происходящего.

Вот так, опираясь на умозаключения, а не на прямой текст Писания, формируется мнение о публичности этого явления. Это наглядно показывает, как предание или богословская парадигма могут влиять на чтение текста.

Что именно Бог хотел показать Иоанну через это явление?

Поскольку видел схождение Духа и слышал Голос с неба только Иоанн, то становится совершенно очевидным, что данное явление было неким знаком или знамением персонально для Иоанна.

Это явление не было какой-то информацией общего характера для всего мира и в том числе для нас (через окружающих людей), Бог явно хотел этим донести до Иоанна что-то очень важное.

Зачем же Богу было нужно, чтобы Иоанн увидел это явление, что Он хотел до Иоанна этим донести? Неужели для того, чтобы Иоанн понял, что Бог – это Троица, и затем донес это до нас? Нет, совсем для другой цели.

Если бы Бог хотел, чтобы именно Иоанн первым познал Его как Троицу, то впоследствии Иоанн свидетельствовал бы о Боге как Троице, ведь видел это явление только он. Вместо этого Иоанн говорит:

«Я не знал Его; но Пославший меня крестить в воде сказал мне: на Кого увидишь Духа сходящего и пребывающего на Нем, Тот есть крестящий Духом Святым. И я видел и засвидетельствовал, что Сей есть Сын Божий» (Ин.1:33-34)

Итак, цель схождения Духа на Иисуса – не демонстрация внутренней троичности Бога, а знак, обещанный Иоанну, по которому Иоанн должен был опознать Мессию, опознать Его как крестящего Духом Святым, как Сына Божьего, и указать на Него пальцем перед всеми окружающими людьми.