Сергей Алёшин – Офис (страница 6)

На внутренней стороне запястья осталась тонкая красная полоса от ремешка часов. Она была похожа на строку, вспыхнувшую на офисном экране.

Я провела по ней пальцем, выключила свет и легла.

В ту ночь мне приснился офис.

Люди сидели за экранами, но никто не двигался. Таймеры остановились на разных секундах.

Только красная строка на центральном экране продолжала мигать. В ней не было ни имени, ни времени ожидания — одно слово:

«Назначено».

Я проснулась раньше, чем успела увидеть, кому.

Будильник показывал, что я спала восемь часов.

По ощущениям прошло несколько минут.

Глава 4

Проблемного клиента звали Виктор Сергеевич, и к четвергу его знали все.

Он не был самым грубым. Не угрожал, не ругался и не требовал немедленно соединить его с генеральным директором. Он делал другое: каждый раз начинал разговор сначала и заставлял сотрудника доказывать, что предыдущие сорок минут действительно существовали.

Его груз стоял на промежуточном терминале из-за расхождения в разрешении. В одной системе номер автомобиля начинался с буквы, в другой — с цифры. Исправление занимало минуту, согласование — до суток. Виктор Сергеевич не принимал разницу между этими сроками.

— Если вы видите ошибку, почему не исправите? — спрашивал он.

— Мы исправили запись, — объясняла Яна. — Теперь её должен подтвердить владелец документа.

— Значит, вы не исправили.

После первого разговора Яна десять минут печатала сильнее обычного. После второго Дэн забыл приложить файл к письму. После третьего в отделе одновременно открыли пять обращений, не относящихся к нашей группе.

Я наблюдала и чувствовала знакомую тяжесть в груди.

Красная строка появлялась на общем экране ещё до соединения. Сначала имя, потом время ожидания, потом назначение. Дважды система отдала разговор Яне, один раз — Дэну. Мои инициалы не появлялись, но с каждым звонком Виктора Сергеевича мне становилось труднее дышать ровно.

— Я чувствую его раньше, чем начинается звонок, — сказала я за обедом.

Яна подняла брови.

— В каком смысле?

— Напряжение в груди появляется до соединения.

— Потому что мы видим имя.

— Сегодня ты сидела спиной к экрану.

Она перестала размешивать сахар. Дэн, стоявший у кофемашины, сделал вид, что не слушает.

— Может, есть какое-то фоновое уведомление, — сказала Яна.

— Строка появляется без звука.

— Значит, система умеет предупреждать заранее. Просто нам забыли об этом сказать.

Она улыбнулась, возвращая разговор в обычное русло. Я была ей благодарна.

После обеда Виктор Сергеевич позвонил снова.

Красная строка вспыхнула, когда я помогала Дэну сверять маршрут. В ту же секунду он ошибся ячейкой и заменил номер разрешения временем прибытия.

— Стой, — сказала я.

Он уже нажал «Сохранить».

На карте пожелтел узел терминала. Очередь выросла на девять обращений. Яна приняла звонок Виктора Сергеевича, и её голос сразу стал выше.

— Да, я вижу историю. Да, полностью. Нет, начинать сначала не нужно.

Я посмотрела на неё и неожиданно почувствовала его нетерпение не как звук, а как движение. Оно входило через гарнитуру тонким потоком, упиралось в Яну и расходилось по отделу. Каждый, кого касалась волна, начинал торопиться. Ошибки создавали новые обращения, новые обращения усиливали спешку.

Это было так ясно, что я забыла спросить себя, действительно ли вижу происходящее.

— Дэн, отмени изменение, — сказала я. — Я подойду к Яне.

— Она разговаривает.

— Именно.

Я встала рядом. Яна не посмотрела на меня, но сдвинула наушник, освобождая ухо.

— Подтверждение будет до конца дня, — говорила она. — Нет, точное время назвать не могу.

Тяжесть в моей груди сжаласть сильнее. Раньше я пыталась ослабить её дыханием. Теперь представила, что она не моя. Что напряжение может пройти рядом, не проникая внутрь.

На несколько секунд стало легче.

Виктор Сергеевич продолжал говорить, но его голос будто отодвинулся. Я видела Яну, её ладонь на столе, неровный край наклейки возле клавиатуры. За спиной Дэн отменял ошибочную запись. В дальнем ряду кто-то смеялся.

Я положила пальцы на спинку её кресла.

Я не просила Яну успокоиться. Только подумала:

Останься собой.

Яна выдохнула.

— Виктор Сергеевич, — сказала она обычным голосом. — Сейчас у нас два варианта. Вы можете продолжать звонить, и тогда каждый новый сотрудник будет тратить время на проверку уже проверенного. Или я сохраню обращение за собой и свяжусь с вами после подтверждения. Выбирать вам.

На линии стало тихо.

— Сохраните за собой.

— Сделано.

Звонок закончился.

Красная строка исчезла. Жёлтый узел на карте остался.

— Что ты сделала? — спросила Яна.

— Ничего.

— Тогда почему я внезапно перестала хотеть на него накричать?

Я убрала руку со спинки кресла.

— Может, он просто перестал спорить.

Яна повернулась ко мне.

— Ты ведь не веришь в это объяснение.

Я не успела ответить. Из кабинета вышел руководитель.

— Почему встала очередь?