Сергей Алексеенко – Моральный урод (страница 15)

Всё это накопившееся раздражение Борец, надо думать, охотно выплеснет на любого, кто серьёзно его заденет. Наезд на наркосеть – повод подходящий. Если, разумеется, он поверит…

Звякнул внутренний телефон.

– Вячеслав Михайлович, – в голосе секретарши начальника отдела слышалась преувеличенная озабоченность. «Втык», – перевёл Неклюдов. – Вас просит зайти Игорь Станиславович. Срочнооо! – последнее слово она мстительно пропела. «Вот сучка злопамятная!» – привычно огорчился Неклюдов и, закрыв все бумаги в сейф, пошёл получать втык.

За длинным столом для заседаний кроме начальника отдела полковника Тихомирова, занявшего, как и положено, торец, сидели: следователь прокуратуры Мыльников, совершенно потерянный майор Свиридов и кадровик подполковник Десятько.

– Садись, – Тихомиров махнул рукой, указывая на противоположный конец стола, чтобы Неклюдов сразу оценил ситуацию и не вздумал усесться как всегда, в головах, на второй стул с краю, по правую руку от самого.

– А ты чего это без бумаг?

– Без каких бумаг? – хмуро спросил Неклюдов, усаживаясь. – Мне никто ничего не говорил.

– Что тебе надо говорить?! Сам не понимаешь, да?! – взорвался полковник. – Смотрите – целку он из себя строит! А ну – марш за бумагами!

– Товарищ полковник! – Неклюдов резко встал. – Попрошу вас не разговаривать со мной таким тоном в присутствии посторонних! Все пояснения я могу дать и без бумаг. Они у меня в порядке, вы это знаете.

– В порядке у него бумаги, видите ли! – продолжал кричать Тихомиров, но уже потише, просто по инерции. Он действительно знал, что обычно документацию Неклюдов ведёт безупречно, такое случалось и прежде: Неклюдова отсылали за документами и он приносил требуемое, оформленное в лучшем виде. Но в данном случае он опасался настаивать – последние события явились слишком большой неожиданностью, бумаг могло пока просто и не быть. – У него человека в камере убивают, а у него бумаги в порядке!

– Во-первых, не у меня убивают, а в дежурной части (Свиридов вздрогнул и болезненно поморщился), а во-вторых…

– Не перебивать! – Тихомиров грохнул по столу кулаком. «Видать, крепко Игорьку вдули», – мысленно посочувствовал Неклюдов. – Товарищ подполковник, Вячеслав Михайлович! Не разыгрывайте, ради бога, спектакль с переодеваниями! Ставлю вас в известность: по данному факту кроме обычного назначено ещё и служебное расследование, которое поручено подполковнику Десятько.

Кадровик степенно кивнул.

– Что у вас уже есть, Михаил Денисович? – передал ему слово начальник. И показал рукой: докладывай сидя.

– Пока немного, товарищ полковник, – солидно пробасил Десятько. – Установлено, что гражданин Гужов Олег Петрович был задержан 26 ноября сего года по факту драки в ресторане «Кабак»…

– «Трактиръ», – поправил Неклюдов.

– Виноват. В ресторане «Трактиръ». В результате которой погиб гражданин Воскобойников Виктор Семёнович. Второй пострадавший – гражданин Шмисько Владимир Анатольевич, известный в криминальной среде под кличкой Слон. Однако он от дачи показаний отказался, заявив, что претензий ни к кому не имеет.

Однако, – продолжал Десятько, – следователь прокуратуры товарищ Мыльников Георгий Георгиевич выносит постановление о содержании гражданина Гужова под стражей. Утром Гужова должны были по правилам увезти в ИВС, но, – Десятько развел руками, – не увезли. Говорят, сломалась машина. В обед товарищ следователь Мыльников изменяет гражданину Гужову меру пресечения на подписку о невыезде, но Гужова почему-то не отпускают, и он остается в камере в дежурной части ещё на одну ночь. Тут по распоряжению помощника дежурного…

– Это пока не надо, – нетерпеливым жестом остановил его Тихомиров. Он уже успел полностью взять себя в руки. – Мы к этому вернёмся. Кто мне объяснит, как могло получиться, что в камеру посадили невиновного человека?! И он там – погиб!

– Я его не держал, – буркнул Мыльников. – Это ваш Неклюдов его держал. Я как с утра допросил свидетелей, понял, что у Гужова состава нет, и – гуляй, Вася!..

– Олег, – поправил Неклюдов.

– Что? – сбился следователь.

– Гужова звали не Вася, а Олег Петрович.

– Слушай, Неклюдов! – полковник снова досадливо ударил ладонью по столу. – Что у тебя за манера идиотская – перебивать!

– Разрешите пояснить, товарищ полковник, – не реагируя на упрек, спросил Неклюдов и уловив утвердительный кивок, быстро заговорил:

– Мы полагаем, что речь здесь идет не о пьяной драке мирных граждан с бандитами, а о микро, так сказать, разборке представителей криминально-коммерческой группы из Свердловска, виноват – Екатеринбурга, с людьми Шмисько, то есть, Слона. Лидер свердловской группы – некто Попугин Леонид Фёдорович, известный как Попугай. Вор в законе, правда, из новых. Звание, вероятнее всего, купил, поскольку не сидел ни разу. В прошлом председатель областного спортобщества «Буревестник», мастер спорта международного класса по самбо.

Нами установлено, – Неклюдов нарочно налегал на «мы», «нами», чтобы отчёт звучал как результат коллективного поиска всего отдела, – что с участием Попугина организован ряд крупных хищений с наших оборонных предприятий. Из последних – хищение со склада готовой продукции завода имени Дзержинского четырёх вагонов с подготовленными к отправке потребителю заслонок из нержавеющей стали для нефте– и водопроводов большого диаметра. По имеющимся оперативным данным Слон как-то участвовал в реализации украденного через фирму «Трикат». ТОО. Зарегистрировал его гражданин Усольцев Т.Г., уставной капитал 35 тысяч рублей. Юридический адрес фиктивный. Усольцева в настоящее время устанавливаем.

Неклюдов перевёл дух. Слушали его внимательно, но было видно, что никто пока ничего не понимает.

– И тут я должен отметить профессиональное чутье следователя прокуратуры. Потому что оставь он гражданина Гужова на свободе – мы бы потеряли важного свидетеля («Так ведь и потеряли», – запоздало мелькнуло). Он мог скрыться, как скрылся проходящий по делу пока что свидетелем гражданин Михеев. Мы его интенсивно разыскиваем, но… В общем, благодаря бдительности товарища Мыльникова Гужов успел дать важные показания.

– Какие показания? – Мыльников аж подпрыгнул на стуле. – Я ничего такого не читал! Наоборот, судя по его показаниям – это обыкновенные лохи…

– Ну, естественно, – насмешливо перебил Неклюдов, – они ведь все первым делом говорят: мы – бандиты, входим в такую-то группировку… У вас ведь большой опыт работы с такими людьми!

– Я так отказываюсь разговаривать! – Мыльников обиженно отвернулся. – И вообще! Какое вы имели право допрашивать подозреваемого без ведома следователя прокуратуры?

– И я так отказываюсь разговаривать! – взорвался Неклюдов, изо всех сил стараясь не переиграть. – Разумеется, вам он плёл всякую ахинею: только идиоты или уж полные отморозки не имеют сносной легенды. Но мне, в конфиденциальной беседе, он кое-что рассказал.

– У вас есть запись беседы? – встрял вдруг Десятько.

Неклюдов с сожалением посмотрел на него и не стал отвечать.

– Нет, ну почему это он допрашивал моего свидетеля?! – продолжал настаивать Мыльников.

– Я его не допрашивал, – отбивался Неклюдов. – Вести параллельно оперативную разработку мне закон не запрещает!..

– Так! – Тихомиров в очередной раз ударил ладонью по столу. – Ну-ка, товарищи офицеры, прекратите базар! А то я тут с вами сегодня окончательно стол поломаю. Ты, Неклюдов, прекрати всё валить на специфику оперативной работы! Тоже мне Джеймс Бонд! Письменный отчёт о проведенной беседе должен быть составлен по всей форме…

– Товарищ полковник! – возмутился Неклюдов. – Когда бы я успел? Мы вечером поговорили…

– Не перебивать! – Тихомиров снова слегка повысил голос. – То, что гражданин является членом преступного сообщества, не означает, что мы можем в отношении него не соблюдать закон! Скорее наоборот. Поэтому я поддерживаю требование прокуратуры ставить её в известность обо всех проводимых нами мероприятиях.

– И по розыску Михеева, – вставил Мыльников.

– Да, и по Михееву, – подтвердил полковник. – Что ещё у тебя?

– По всей вероятности, Слон, наглость и непомерные амбиции которого широко известны, решил на своей территории потеснить Попугая. То ли деньги не отдал вовремя, то ли потребовал увеличения своей доли… Это пока неясно. Возможен вообще эксцесс исполнителя. Короче говоря, Гужов вполне мог оказаться следующим после Воскобойникова. И оставляя его под замком, я в первую очередь заботился о его безопасности. И если бы не преступное – я подчеркиваю, товарищ полковник – преступное ротозейство дежурной части (Толик Сивиридов мгновенно побледнел), мы сегодня имели бы серьёзный материал и на Слона, и, может быть, на Попугая. Теперь задача, как правильно подчеркнул представитель прокуратуры, срочно задержать третьего члена этой сторонней шайки, Михеева. Хотя, боюсь, как бы он не слинял в Свердловск от греха. Но мы принимаем все меры.

«Уехал бы он вправду куда-нибудь, что ли», – подумал Неклюдов.

– Так, – подытожил Тихомиров. – Такая, значит, версия. У вас есть документально оформленные доказательства того, что стычка в «Трактире» была именно разборкой?

– Нет, – быстро ответил Неклюдов. – Телефонный звонок.

– Чей звонок?

– Товарищ полковник, разрешите сначала оформить письменно, а завтра утром доложить? – предложил Неклюдов, показывая глазами на остальных присутствующих. «Гуля, – подумал он. – Выдавлю, бля, подпись! Надо сейчас сразу позвонить Бориске…»