Сергей Александров – Давыдов. Завещание магистра (страница 3)
— Рад вас видеть живыми и здоровыми, — сказал Зорин, пожимая руки. — Проходите, садитесь. Кофе?
— Не откажемся, — ответил Сергей.
Пока Зорин колдовал над кофемашиной, Сергей оглядел кабинет. Всё здесь говорило о том, что хозяин — человек дела, не склонный к излишествам. Минимум личных вещей, максимум рабочих материалов. На стене — карта Московской области с воткнутыми в неё разноцветными флажками. На отдельной полке — несколько папок с грифами «Секретно» и «Совершенно секретно».
— Как вам новый офис? — спросил Зорин, перехватив его взгляд. — Не Лубянка, конечно, но зато своё. И соседей нет — все корпуса вокруг пустуют.
— Скромно, но со вкусом, — оценил Сергей. — А что с «Пальмирой»? Вы говорили, что документы оформлены.
— Оформлены, — кивнул Зорин. — Я подобрал вам помещение в Москва-Сити. Башня «Федерация», пятьдесят второй этаж. Вид на город — потрясающий. Морозов постарался — аренда оплачена на год вперёд, штат минимальный, но люди проверенные. Съездите, посмотрите. А пока — к делу.
Он сел за стол и взял в руки пульт. На экране появилась старая чёрно-белая фотография двухэтажного особняка с колоннами.
— Это спецдача №14 в Красково. В феврале 1933 года там была основана секретная лаборатория под кодовым названием «Андроген». Официально — изучение древних текстов. Неофициально — две главные цели: поиск универсального катализатора для превращения любых металлов в золото и создание «эликсира молодости» для продления жизни правящей элиты СССР.
— Алхимия, — прокомментировал Сергей. — Они всерьёз этим занимались?
— Всерьёз. Руководил проектом лично Менжинский. Научную часть возглавлял академик Савельев. Но к концу тридцатых результатов не было, проект закрыли, а большинство участников расстреляли.
— При чём здесь Брюс? — спросила Соня.
— Именно из-за Брюса документы и попали в «Андроген». Когда в 1934 году перед сносом Сухаревой башни сотрудники НКВД обследовали подземелья, они нашли замурованную комнату с сундуками Брюса. Там были его личные бумаги, дневники, чертежи. Поскольку Брюса считали алхимиком, всё это передали в «Андроген» — в надежде найти рецепты. Но среди бумаг оказались документы совсем иного рода.
Зорин переключил слайд. На экране появилась копия машинописного протокола с грифом «Совершенно секретно».
— Выписка из допроса сотрудника НКВД Никифорова, 1938 год. Он участвовал в изъятии. Цитирую:
Зорин отложил пульт и посмотрел на Сергея.
— Куда именно их передали и что с ними стало — неизвестно. Но мы знаем, кто мог с ними работать. Профессор Семён Реутов, физик-акустик. В конце тридцатых он трудился в том самом секретном отделе. В сорок первом его арестовали, дали десять лет лагерей. Выжил. После освобождения жил в Звенигороде, преподавал. Умер в 1975 году.
— И вы хотите, чтобы мы нашли его потомков? — догадался Сергей.
— Уже нашли. Внук Реутова, Андрей Семёнович, живёт в Звенигороде. Ему за семьдесят, инженер на пенсии. Мы с ним связались, он согласился на встречу. По нашим данным, перед смертью профессор передал внуку папку с какими-то документами. Что в ней — неизвестно. Но если там есть хоть что-то о документах Брюса, это может стать прорывом.
Зорин сделал паузу.
— Я хочу, чтобы вы поехали к Реутову. Поговорили с ним. Вы — гражданские, у вас своё агентство, вы не вызовете у старика отторжения. А я обеспечу прикрытие.
— Когда ехать?
— Чем раньше, тем лучше. Завтра. А сегодня осмотритесь в новом офисе. И вот ещё что...
Зорин достал из папки фотографию мужчины в очках.
— Стивен Коллинз, ЦРУ под дипломатическим прикрытием. Он координировал покушение на вас в Португалии. Мы его ведём. Он тоже интересовался Реутовым — ездил в Звенигород, представлялся журналистом. К старику не попал, но сам факт говорит о том, что американцы идут по тому же следу. Будьте осторожны.
— Мы учтём.
— И последнее. Алмейда прилетел в Москву сегодня утром. Билет на его настоящее имя. Остановился в «Метрополе». Мои люди его ведут.
— Он назначил нам встречу, — сказал Сергей. — Сегодня в полдень, на Чистых прудах.
Зорин кивнул.
— Идите. Узнайте, что ему нужно. И будьте осторожны. Он — потомок тамплиеров, у него могут быть свои интересы.
* * *
Офис в Москва-Сити превзошёл все ожидания. Пятьдесят второй этаж башни «Федерация», панорамные окна от пола до потолка, за которыми расстилалась Москва — от излучины Москвы-реки до горизонта, теряющегося в майской дымке. Современная мебель, переговорная с большим экраном, кабинет директора с массивным столом и кожаным креслом, отдельная комната для хранения документов с сейфом.
— Ничего себе, — выдохнула Соня, прижимаясь лбом к стеклу. — Вот это вид.
Сергей кивнул, оглядываясь. Да, Морозов умел делать широкие жесты. Аренда такого помещения на год вперед стоила целое состояние. Впрочем, для человека, который только что подарил им целое агентство, это были мелочи.
Их встретила Нина Петровна, бухгалтер — сухая деловитая женщина лет пятидесяти, которая уже разложила на столе папки с документами.
— Сергей Сергеевич, Софья Николаевна, добро пожаловать. Вот документы на агентство, вот текущие счета, вот список сотрудников. Штат минимальный: я, секретарь Лена и два аналитика — Михаил и Григорий. Остальных будете нанимать сами. Также пришло несколько запросов от господина Морозова — оценка коллекции французской бронзы XIX века и экспертиза нескольких икон предположительно новгородской школы. Сроки — месяц.
— Вот и работа для тебя, — улыбнулся Сергей, поворачиваясь к Соне. — Займёшься?
— С удовольствием, — ответила она. — А ты?
— А я, похоже, буду мотаться по Подмосковью с Зориным и разбираться с секретными архивами. Но ты всегда можешь ко мне присоединиться, если станет скучно.
— Договорились. А пока — давай посмотрим, что тут у нас.
Они провели пару часов, разбирая бумаги и знакомясь с сотрудниками. Михаил, высокий и худощавый аналитик с вечно взлохмаченными волосами, специализировался на средневековой истории и криптографии. Григорий, коренастый и обстоятельный, был экспертом по архивному делу и умел находить информацию там, где её, казалось, быть не могло. Оба производили впечатление людей увлечённых и компетентных.
В полдень Сергей оставил Соню в офисе — она уже углубилась в изучение фотографий французской бронзы, — а сам спустился вниз и пешком дошёл до Чистых прудов. Солнце припекало по-весеннему, на скамейках сидели мамы с колясками, пенсионеры кормили голубей. Обычная московская идиллия.
На скамейке напротив, в тени старого тополя, сидел человек в светлом костюме. Жуан Алмейда. Он читал газету и, казалось, совершенно не интересовался окружающим. Но когда Сергей подошёл и сел рядом, португалец отложил газету и улыбнулся.
— Сеньор Давыдов. Рад видеть вас в добром здравии. Как долетели?
— Благодаря вам — хорошо. Спасибо за помощь на дороге.
— Пустое. Я не мог допустить, чтобы мои новые друзья пострадали от рук наёмников.
— Кто заказчик?
— ЦРУ. Конкретно — некий Стивен Коллинз. Но вы это, вероятно, уже знаете от вашего друга полковника.
Сергей не стал отрицать.
— Что вам нужно, сеньор Алмейда? Зачем вы спасли нас? Зачем прилетели в Москву?
Алмейда откинулся на спинку скамейки и посмотрел на пруд.
— Я ищу «Книгу Света». Первоисточник Oculos Dei Templaris. Мои исследования в Португалии зашли в тупик, и я понял, что следы ведут в Россию. Конкретно — к бумагам Якова Брюса. Вы идёте по тому же следу. Я предлагаю объединить усилия.
— Почему мы должны вам доверять?
— Потому что я — потомок тамплиеров, — спокойно ответил Алмейда. — Мой предок, рыцарь Ордена Храма, бежал в Португалию после разгрома 1307 года. Он вывез часть архива, который моя семья хранила веками. Я знаю то, чего не знает никто. И я могу помочь вам найти то, что вы ищете. Взамен прошу только одного: когда мы найдём «Книгу Света», вы позволите мне изучить её. Мне не нужна власть. Мне нужна истина.
Сергей долго смотрел на него. Потом кивнул.
— Хорошо. Мы едем к Реутову завтра утром. Вы можете поехать с нами. Но учтите: если вы попытаетесь нас предать, полковник Зорин об этом узнает. И тогда разговор будет совсем другим.
Алмейда улыбнулся.
— Я не сомневаюсь. Что ж, до завтра, сеньор Давыдов. Встретимся здесь же в девять утра.
Он встал и, не оглядываясь, пошёл по аллее в сторону бульварного кольца. Сергей проводил его взглядом и вернулся в офис.
Соня всё ещё сидела над фотографиями бронзы.
— Ну как? — спросила она, не поднимая головы.
— Всё нормально. Алмейда хочет сотрудничать. Говорит, он потомок тамплиеров и ищет истину. Завтра едет с нами к Реутову.
— Думаешь, ему можно верить?
— Пока не знаю. Но он спас нам жизнь. И он знает то, чего не знаем мы. Посмотрим.
Соня кивнула и снова углубилась в работу. Сергей сел за свой стол и открыл ноутбук. Впереди был трудный день. И, судя по всему, не менее трудная поездка в Звенигород.
Глава 3. Наследник «Бесогона»