Сергей Александров – Давыдов. Завещание магистра (страница 2)
— Сеньор Алмейда, — к нему подошёл один из его людей, — эти четверо — наёмники. Говорят, заказ пришёл из Москвы. Исполнители местные, португальцы. Оружие изъяли. Что с ними делать?
Алмейда перевёл взгляд на киллеров.
— Отпустите, — сказал он спокойно. — Они всего лишь инструмент. Сломанный инструмент выбрасывают, но не наказывают. Пусть передадут заказчику, что русские находятся под нашей защитой. И если они попытаются ещё раз, ответ будет совершенно иным.
Он снова посмотрел на дорогу, где скрылся седан. Солнце уже окончательно село, и над холмами сгущалась тьма. Алмейда достал из кармана телефон, быстро набрал сообщение и нажал «отправить».
— Счастливого пути, друзья мои, — прошептал он по-русски, с лёгким, почти незаметным акцентом. — До скорой встречи. Нам многое предстоит обсудить.
Он сел обратно в минивэн, и машины его людей, освободив проезд, растворились в португальских сумерках.
* * *
В аэропорту их встретил ещё один человек Зорина — молчаливый мужчина в штатском, который провёл их через служебный вход, минуя общую очередь на досмотр. Им вручили билеты, новые паспорта — на случай, если старые «засвечены», и небольшую сумку с вещами первой необходимости.
Сергей уже собирался убрать телефон, когда тот завибрировал. Сообщение с неизвестного номера:
Сергей замер, глядя на экран. Соня, заметив его реакцию, заглянула через плечо.
— Ж.А. — это Алмейда? — спросила она.
— Похоже на то, — медленно ответил Сергей. — Значит, это были его люди. Он спас нас. И, судя по сообщению, мы скоро с ним встретимся.
— Но зачем? И откуда он узнал о покушении?
— Это нам и предстоит выяснить. В Москве.
Человек Зорина, терпеливо ждавший, пока они закончат, добавил:
— Полковник Зорин будет ждать вас в Москве. Он просил передать, что ситуация серьёзная и вам нужно быть предельно осторожными. В самолёте ни с кем не разговаривайте, по прибытии сразу идите к выходу из зоны прилёта, вас встретят.
— Полковник? — переспросил Сергей.
— Так точно. Алексею Викторовичу присвоили звание месяц назад. И расширили полномочия. Теперь у него целое управление.
Сергей и Соня переглянулись. Значит, Зорин пошёл на повышение. И, судя по тому, что он так срочно выдёргивает их из Португалии, дело, в которое он их втягивает, — не рядовое.
В самолёте они заняли места в хвосте, подальше от других пассажиров. Сергей снова и снова прокручивал в памяти короткий разговор с Зориным, пытаясь уловить интонации, недосказанности. «Ваше убежище раскрыто. На вас готовится покушение». Откуда он узнал? Перехват переговоров — чьих? Кто заказчик? И почему Алмейда, португальский историк, оказался в нужном месте в нужное время с группой подготовленных людей?
Соня, сидевшая рядом, положила голову ему на плечо и, кажется, задремала. Сергей же спать не мог. Он смотрел в иллюминатор на тёмное небо и редкие огни внизу и думал о том, что их тихая жизнь закончилась. Снова.
В Москву самолёт приземлился ранним утром. Майская столица встретила их ярким солнцем, свежей зеленью и запахом распускающихся листьев. После мягкой португальской весны московская погода показалась особенно бодрящей. Сергей, вдохнув прохладный, пахнущий тополиными почками воздух, почувствовал странное облегчение. Он был дома. Он скучал по этому воздуху, по этому небу, по этой суете. И сейчас, стоя на трапе, он вдруг понял, что говорил Соне правду: здесь был его дом. Здесь были его корни. И здесь ему предстояло снова вступить в игру, ставки в которой — не только его жизнь, но и нечто гораздо большее.
У выхода из зоны прилёта их ждали двое. Один — высокий, плечистый, с короткой стрижкой и цепким взглядом. Второй — пониже, в очках, с папкой в руках. Первый представился Виктором, второй — аналитиком отдела Зорина, Алексеем.
— Полковник ждёт вас завтра в десять утра, — сказал Алексей. — А пока отвезём вас на конспиративную квартиру. Там всё готово.
— Конспиративная квартира? — переспросила Соня. — Мы что, не можем поехать к себе домой?
— Ваша московская квартира, Софья Николаевна, находится под наблюдением, — ответил Виктор. — Мы зафиксировали активность неизвестных лиц в вашем районе. Пока не выясним, кто это и с какой целью, вам лучше пожить в безопасном месте.
Сергей и Соня переглянулись. Вот оно. Значит, охота продолжается и здесь, в Москве. Они не просто так уехали — угроза была реальной, и теперь она снова нависла над ними.
— Хорошо, — сказал Давыдов. — Поехали.
Конспиративная квартира оказалась просторной «трёшкой» в сталинском доме на Кутузовском проспекте. Обставлена скромно, но со вкусом. В холодильнике — продукты, в ванной — новые полотенца. Чувствовалась рука заботливого хозяйственника.
Когда Виктор и Алексей ушли, Сергей первым делом проверил окна, двери и балкон. Всё было надёжно закрыто. Потом он достал телефон и перечитал сообщение от Алмейды:
— Что думаешь? — спросила Соня, садясь рядом на диван. — Кто он нам — друг или враг?
— Не знаю, — честно ответил Сергей. — Но он спас нам жизнь. И он явно хочет, чтобы мы были в Москве. Зачем — узнаем завтра. А пока — давай попробуем поспать. Завтра будет трудный день.
Они легли в непривычной обстановке, но усталость взяла своё — оба уснули быстро. Сергею снова снился лабиринт, но на этот раз он не был один. Рядом шла Соня, а впереди, в конце тёмного коридора, стоял Алмейда и улыбался. И в его руке был ключ.
Глава 2. Новая «Пальмира»
Сергей проснулся первым. Несколько секунд он лежал неподвижно, глядя в незнакомый потолок и пытаясь сообразить, где находится. Бежевые обои, плотные шторы, сквозь которые пробивается яркое майское солнце, приглушённый гул Кутузовского проспекта за окном. Потом память вернулась: Португалия, звонок Зорина, погоня, Алмейда, самолёт, Москва. Конспиративная квартира.
Он осторожно повернул голову. Соня спала рядом, свернувшись калачиком и натянув одеяло до самого подбородка. Её дыхание было ровным и спокойным, и Сергей на мгновение позавидовал этой способности отключаться от тревог хотя бы во сне. Сам он спал урывками, снова и снова прокручивая в голове вчерашние события.
Он бесшумно встал, накинул халат, висевший на спинке стула, и прошёл на кухню. В холодильнике обнаружился стандартный набор для конспиративной квартиры: яйца, масло, сыр, колбаса, свежий хлеб, кофе в зёрнах. Кто-то из людей Зорина явно позаботился о том, чтобы у гостей не было необходимости выходить в магазин в первый же день.
Сергей включил кофеварку, разбил пару яиц на сковороду и застыл у окна, глядя на просыпающуюся Москву. Майское утро было на удивление ясным. Солнце заливало проспект, зелень на деревьях казалась почти неестественно яркой после полугодового отсутствия. Люди спешили по своим делам, машины гудели в пробке, где-то вдалеке слышался перезвон трамвая. Обычная московская суета. И он, Сергей Давыдов, снова был её частью.
— Доброе утро, — раздался сзади сонный голос.
Соня появилась на кухне, закутанная в одеяло. Волосы растрёпаны, глаза припухшие, но взгляд уже цепкий, анализирующий.
— Доброе. Кофе почти готов. Яичницу будешь?
— Буду. И кофе. Много кофе.
Она села за стол, поджав под себя ноги, и принялась наблюдать за его манипуляциями со сковородой. Несколько минут прошли в молчании — том уютном, комфортном молчании, которое возможно только между очень близкими людьми.
— Что думаешь о вчерашнем? — спросила она наконец.
— Думаю, что мы вляпались во что-то серьёзное. Опять. Зорин не стал бы выдёргивать нас так срочно, если бы речь шла о рядовой угрозе. И Алмейда... Его появление слишком своевременное, чтобы быть случайностью.
— Может, он с ними заодно? С теми, кто охотится за книгой?
— Не похоже. Если бы он был с ними, зачем спасать нас? Проще было дать киллерам сделать своё дело, а потом перехватить документы. Нет, ему нужно, чтобы мы были живы. И чтобы мы были в Москве.
— И что мы будем делать?
— Для начала — встретимся с Зориным. Послушаем, что он скажет. А дальше... — Сергей пожал плечами, перекладывая яичницу на тарелки. — Дальше будем действовать по обстановке. Как всегда.
Ровно в девять утра в дверь позвонили. Виктор, всё тот же плечистый охранник, приехал за ними на неприметной серой «Тойоте».
— Полковник ждёт вас, — коротко сообщил он.
Машина выехала из города и вскоре свернула на территорию старой промзоны где-то в ближнем Подмосковье. За обшарпанным забором, который выглядел заброшенным, скрывался тщательно охраняемый периметр. КПП с вооружённой охраной, шлагбаум, камеры. Виктор показал пропуск, и их пропустили внутрь.
Здание, в котором располагался отдел Зорина, представляло собой трёхэтажный корпус из красного кирпича — бывший административный корпус какого-то советского завода. Снаружи оно выглядело неказисто: облупившаяся штукатурка, старые окна, никаких вывесок. Но внутри всё было отремонтировано и оборудовано по последнему слову техники.
Зорин встретил их в своём кабинете на втором этаже. Кабинет был просторным, но аскетичным: массивный дубовый стол, несколько стульев, книжные шкафы, забитые папками, большой экран на стене. Из окна открывался вид на внутренний двор с чахлыми деревьями и старым фонтаном, который, судя по всему, не работал уже много лет.