Серена Никки – Сквозь тернии к драконам (страница 2)

- Нет, пусть отбывает наказание, и другим будет неповадно. Сделал «доброе дело». Что же делать с должностью повара теперь?

- Будем выкручиваться, пока кого-нибудь не найдем.

Нашему разговору помешали. Громко ругаясь и возмущаясь, в мой кабинет вбежала юная драконица. Волосы в диком беспорядке, глаза горят, на щеках румянец и, конечно, я узнал ее:

- Генерал Итаниэль, это нечестно, скажите ему, чтобы он отстал от меня, - юная драконица надула губки, скрестила руки на груди и топнула ногой.

- Кармелита, я понимаю, что ты очень возмущена, но можешь выражаться точнее? Что нечестно? И кто должен отстать?

- Кто-кто, Леонас, конечно. Он считает, что я могу разбиться, и постоянно меня страхует.

- Леонас - принц. Нельзя так грубо выражаться в его адрес, - Кармелита - дочь генерала Кербиаса и Жасмин. Она их единственный ребенок, но проблем доставляет массу. Дело в том, что ее сущность не умеет нормально летать и постоянно норовит разбиться. В чем дело, я не знаю, но что-то с ее магией странное творится. Между тем, драконица всегда желает много тренироваться, доводя себя до изнеможения. Ей идет шестнадцатый год, как и Леонасу. Трудный возраст. Родители же девочки решили, что мне на острове проблем мало и решили ее оставить здесь на это лето. Сказали, что я отвечаю за девчонку головой, впрочем, как и за принца. Этот эльф любит поддевать драконицу, и мне частенько приходится их мирить.

- Леонас, в чем дело?

- Ни в чем, но эта крылатая особа меня доконает. Ее любимое чувство это страх, и она ищет способы его получить. Она себе шею свернет когда-нибудь, - он с упреком посмотрел на Кармелиту.

- Кармелита тренируется. Она не выносит опеку. Постарайся ей не мешать, - встал я на сторону девочки. А как? Она же девушка, хоть и очень юная. Обижаться будет неделями, если и я стану ее упрекать.

- То есть, пусть убьется? Я должен оставаться равнодушным? Так, генерал? - решил теперь принц меня устыдить.

- Я не думаю, что это случится. Кармелита знает, что делает. Верно, юная красавица?

- Верно! Я делаю и знаю, и никто мне не указ, - пригвоздив взглядом принца к месту, заявила Кармелита. Родители называют ее Карамелька. Иногда и я ее так называю, но не сейчас, ведь драконица не в духе.

- Хорошо, если голова не отвалится, притащу тебя к отцу. Он способен восстанавливать даже самых безнадежных, - съязвил Леонас, а сам все равно не собирался молча на это все смотреть.

Принц Леонас имеет такие руны, что всем ясно - именно он примет трон Тэрриона. Когда связь укажет, Тэррион передаст бразды правления Леонасу. У Ветистана и Зариана такие руны не проявились, и только Леонас родился с магией четырех стихий, а еще обладает необычной способностью выходить на связь через сон. Так могут не многие. Единицы нашего мира на такое способны, как и наш будущий эльфийский император. Его чувство справедливости зашкаливает. Он идеально контролирует свою магию. Таким принцем можно гордиться, и Тэррион сам его обучает. Леонас подает большие надежды, так как по силе магии превосходит нынешнего владыку.

Мне рассказывал генерал Кербиас, что его жена любила отца Леонаса, Ветистана. Отношения же детей Ветистана и Жасмин, напротив, складываются не очень хорошо. Карамелька вообще плохо идет на контакт… Уже просится на тренировки, хочет участвовать в поединках, и, конечно, парни-драконы забавляются, давая ей фору. С девушками вообще не ладит. Встретить Карамельку в платье это очень большая редкость, и то, если мама заставила. А так коленки в ссадинах и царапинах, волосы кое-как собраны в хвост, и основную часть времени она проводит на тренировочном полигоне. Дается его прохождение ей весьма тяжело, и когда родители появляются на острове, занимаются лечением своей крошки. Ненавидит учиться. Для нее тоска - читать какой-нибудь учебник. Просит ей почитать, если видит, что у меня появилось свободное время. Знает, что я ей не откажу.

- Леонас, прошу, не пытайся опекать Кармелиту, если не хочешь нажить врага в ее лице, - при этом подмигнул Карамельке. Она сразу же воспряла духом, глубоко вздохнула и добавила:

- Разрешите продолжить тренировку?

- Разрешаю, - шестнадцатый год красавице нашей. Возраст хоть и юный, но уже такой, что нужно с девочкой считаться.

Леонас обреченно вздохнул и подошел к моему столу.

- Генерал Итаниэль, Ваше попустительство может стоить ей жизни. Если что, я Вас предупредил, - его взгляд это взгляд императора. Маленький, но уже задатки правителя. И когда-нибудь так и будет, но не сейчас, и на острове все должны слушаться меня, а не Леонаса.

- Я тебя услышал, юный принц.

Парень не считал необходимым передо мной отчитываться и просто вышел. Я же выбрал самого надежного дракона дипломата для того, чтобы он нашел для нашей огромной столовой отличную повариху...

Глава 1. Будни Тернера.

Яная

Доброе ужасное утро очередного дня. Я нахожусь на попечении семьи Живодеровых. Фамилия говорит сама за себя. Родителям по фамилии Собакины я стала так ненавистна, что они продали меня этой семье. Как такое возможно? Очень просто, они взяли меня из приюта, а туда я попала с улицы. С какой улицы попала, не знаю, но я так понимаю, что были у меня и настоящие родители. Продажа людей законами острова запрещена, но чтобы призвать к закону, мне нужно пожаловаться на Живодеровых, только как это сделать, если они убьют меня за такое? К эльфам вообще подходить запрещено. Влиятельные люди из наших забьют камнями, как одну с нашего острова Тернер…

Здесь такая природа, что очень хорошо родится терновник, а овощи прорастают с трудом. Много влаги, много солнца, но всего чересчур. Моя работа - уничтожать терновник. Колючие кустарники, которые больно ранят, - и к вечеру, а точнее к ночи, у меня руки стерты в кровь; только вот что странно: они у меня заживают к утру. Регенерация на зависть целителей.

Родители, те, что издевались надо мной до попадания к Живодеровым, носили гордую фамилию Собакины. Не знаю, что хуже: те, что голодом морили, или эти, которые считают, что я должна найти свою смерть среди терновых кустов.

Здесь, на острове Тернер, отбывают наказание заключенные эльфы, приближаться к которым смерти подобно, но наблюдать никто не запрещал. Они живут в настоящих деревянных домиках, и, если честно, хочется стать той же заключенной и присоединиться к парням, у которых волосы, подобно моим, сверкают на солнце. Я понятия не имею, почему так похожа на этих ребят. Я не могу уменьшить свои глаза, огромные по меркам людей, а их цвет чистейшей бирюзы. Людей раздражает такая внешность. Среди людей меня считаю страшненькой.

Живодерова Далма, хозяйка семейства, говорит, что женщина хорошо, если грудь колесом и бедра широкие. А вот этого во мне нет от слова совсем. В основном девушки у нас на острове высокие, и, скажем так, большие. Мужчины чаще приземистые и широки в плечах. Девушки на эльфов засматриваются, а замуж в итоге выходят за своих. Нельзя им за эльфов. У этих метки, связи там какие-то. Магией обладают. Самое смешное, что и я тоже обладаю магией. Создать огонек на руке для меня труда не составит. Только Живодеровым я об этом не расскажу. Уши у меня самые обычные, поэтому я человек, но почему-то с магией. А странный светлый рисунок на руке вообще вижу только я.

Кто мои родители? Кто я такая, сложно сказать. Имя мне Живодеровы дали - Яная. До этого меня звали Тэра. Янаю сократили до Яя. Вот так, проще не бывает. Заходить в дом мне нельзя. Есть со всеми тоже запрещено. Мое место на сеновале. Сенник над коровником, а к нему лестница приставлена. Мыться строго в море и только после полуночи. Кусок мыла давали в месяц один раз. Экономлю. Одежда моя - серое платье из грубой ткани в пол. Мне бы больше подошла униформа заключенных эльфов, она удобная, ведь в платье сложно работать. Мои волосы раздражают местных девушек, ведь они очень сияют на солнце и отливают золотом, поэтому мне запрещают показывать их. Тугая коса под серым платком, и его я никогда не снимаю.

Наш остров самый дальний от Нефрита, и поэтому нас проверяют редко. Я понимаю, что должна что-то со всем этим делать, но многочисленные побои и голод сделали меня слабой и весьма послушной.

В борьбе с терновником я провожу дни напролет, а ночью мечтаю, чтобы утро не наступило. Из еды мне давали кашу, ту, которой кормят скотину, а пить дают только воду. Сегодня утром я подумала, что, наверное, бывает другая жизнь, другое отношение, и захотелось сбежать далеко-далеко, чтобы узнать, а что там за лазурной гладью моря. Неужели так и умру здесь, на острове, в поле, погибающем под терновым сорняком.

Новый день и снова работа. Эльфам-узникам дали какую-то команду от смотрителей, и они стали работать более усердно.

Под серым платком я почти не заметна, но узники-эльфы заприметили меня и стали потихоньку приближаться. Обернувшись, я почувствовала, что мужчины окружают меня, делая вид, что работают. Интуиция у меня отличная, и ощущение надвигающихся неприятностей не отпускало.

Мне хватило только взглянуть на них, чтобы понять, что они затевают недоброе. Мы посреди поля, и я стала с усилием воли пробираться сквозь терновые кусты в сторону перелеска. Парни точно заинтересовались мной. Страх заставлял меня двигаться быстрее, но они не уступали и нагоняли меня. Расстояние между нами неумолимо сокращалось.