Серена Никки – Сквозь тернии к драконам (страница 1)
Серена Никки
Сквозь тернии к драконам
Пролог
- Ит, учения должны пройти, как всегда, совместно с Высшими эльфами. Между тем, надеюсь, ты помнишь, что чрезмерная жестокость в гарнизонах должна пресекаться. Уверен, ты понимаешь, о чем я? - генерал Кербиас самый главный в армии нашей империи давал мне указания, которые и так понятно, что надо исполнить в лучшем виде.
- Есть, генерал! Я это сделаю, - отрапортовал по кристаллу связи, который тут же погас.
Уже привык к тому, что вместо одного подопечного у меня целый остров необученных парней. Тех, кто достиг уровня достойного воина драконов Серебра, мы переводили на флот, в конницу и в пехоту нашей доблестной армии.
Пока войны и внутренних восстаний нет, можно заняться подготовкой юных драконов. Попасть на остров хотят только те, кто в будущем видит себя воинами императора Катриэля. Если нет, пребывание здесь становится настоящей пыткой. Есть случаи, когда дракона насильно отправляют учиться на факультет боевой магии огня, и он автоматически попадает к нам. Практика продолжается около года. Для артефактов три месяца. Срок сейчас немного увеличили, но изнеженных артефакторов на острове не очень любят. Это будущие преподаватели и те, кто будет заниматься торговлей. Артефакторика мало развита в нашей империи, да и в мире в целом она только набирает обороты.
Изначально я считал, что для меня быть наместником это слишком сложно. Да, я, как Адель и Кербиас, имею родственные связи с императорской семьей. Мой предок когда-то был бастардом, и только рисунок рун указывает на то, что такая связь существует.
Кракас пытался присвоить эту связь. На мне испытывались разные ритуалы и пытки, но переместить связь не удалось. Отпускать на свободу Кракас не стал и срывал на мне весь свой гнев. Находясь в пыточной, я слышал много разного. Мне так сильно хотелось спасти тех, кто был заточен в пещерах на острове Мертвых душ, просто не передать словами.
Адель и Кербиас никогда не отказывались от меня, ведь кровно мы родственники. Оба знают мою историю, но вырос я в детском приюте. Там меня спрятала мать, ведь бастардов и детей бастардов нередко убивали. Да, в идеале у дракона должна быть одна жена, но в нашей империи измены были не редкостью, лишь с недавних пор Высшие Серебристые драконы присмирели. Незаконно стало изменять супруге и иметь детей на стороне, а когда-то законами такое не запрещалось. Император Катриэль не против бы и дом утех разогнать, но пока не делает этого. Природа драконов такова, что им необходимо время от времени тепло женского тела, так устроена сущность Высшего Серебристого дракона.
С этим император ничего поделать не может, но принято по рунам проверять, кто эти дома посещает. Для женатого дракона уж точно посещение запрещено, и штраф такой, что лучше хранить верность.
Знаю точно, что моя пара, увы, погибла. Правда, почему меня смерть не забирает, не ясно. Они в лицо мне это сказали. Маги нашли маленькую девочку и должны были с помощью шантажа заставить меня отдать свою принадлежность к императорской семье с помощью магии. Понятия не имею, как они в принципе собирались это сделать, но предать империю я не мог.
Когда всех узников освободил нынешний император Катриэль, я узнал, что ребенка, ту самую девочку, убили. Так сказал шпион Кракаса, который лишь поэтому не стал убивать меня сразу, объяснив это тем, что я и так сдохну…
Потом, когда ненависть совсем уж стала застилать Кракасу глаза, решил, что, пожалуй, сжечь меня это самое оно. Перед этим в его голову пришла гениальная мысль, опробовать на мне и другие пытки. То время вспоминаю как самое страшное и ужасное. Потом моя жизнь навсегда изменилась. Я запутался. Да, я не предал свою империю, но предал себя и свою связь, а еще погубил пару, маленькую девочку, которую не видел ни разу в жизни…
Я через себя пропускал то, что она могла чувствовать. Сны пугали меня. Со стороны видел, как в кустах лежит младенец, но не мог его поднять. Он плакал так громко, что мне становилось невыносимо. Позже я и вовсе потерял сон. Когда боль, терзающая меня, достигла максимума, я осознал, что хоть и жив, но умер в душе. Потом представился именем погибшего друга, сгоревшего заживо на моих глазах. Его имя Иррейн, и я стал Иррейном в память о друге, с которым мы были вместе с самого раннего детства. Это избавит меня в будущем от родственных связей с императорской семьей, и я перестану хоть для кого-то что-то значить.
Когда Кракаса уничтожили, Катриэль сделал меня наставником своего сына, принца Минеля, и это помогло притупить боль. После, когда настал мир, я нашел время и встретился с великой прорицательницей, чтобы она дала мне совет. Прорицательница Александра в то время как раз гостила в нашей империи. Она мать императрицы Ляйсан и частый гость при дворе.
«Почему же я до сих пор жив?» - спрашивал я. На этот вопрос ответом мне стала неопределенная фраза:
«Кто знает, какие ритуалы совершали на младенческой крови. Возможно, кто-то не желал твоей гибели».
Неопределенный ответ стал для меня загадкой. Кто не желал моей смерти, и почему я все еще хожу по этой земле, не ясно. Прислушивался к ощущениям. Нет, ухудшения состояния здоровья не наступало, лишь гнетущее чувство вины не отпускало. Поступил правильно, а истинную пару погубил своими действиями. Из-за меня все случилось. Не увидел бы Кракас мою метку, не наступила бы та череда событий, которая и настигла злым роком и меня, и девочку.
Я не раз бывал в храме, чтобы найти утешение, но оракулы лишь разводили руками. Неизвестный в мире случай. Метка поначалу почернела, а потом сделалась размытой, словно кто-то стер ее. После восстания я полностью исцелился физически. Травмой осталось лишь тяжелое воспоминание о пытках, гибели друга и гибели пары. За последнее особенно горько. Я нередко размышлял о том, а какой бы она была, если бы ее не убили? А как бы мы встретились? Я был бы согласен на любую. Внешность, характер все это детали, главное это чувство, которое пробуждает в тебе твоя истинная связь. Я смотрю на генерала Кербиаса и завидую ему, ведь он успел спасти свою любовь, и теперь несказанно счастлив.
Позже я узнал, что после гибели одного из пары, второй имеет шанс прожить свою жизнь до конца, и все благодаря императору Ильсару и его жене Малике. Все это так, но я жив не благодаря этому, ведь девочка моя погибла очень давно.
Минель вырос, а кое-кто еще нет. В наказание или ради того, чтобы жизнь не казалась мне скучной, на острове, помимо учеников и их проблем, есть еще две особы императорских кровей, часто появляющиеся здесь: Кармелита, дочь генерала, и Леонас - сын наместника Лунной империи, Ветистана.
Незадолго до решения отправить меня на остров я получил особое личное письмо - распоряжение императора Катриэля, повлиявшее на мою судьбу в будущем, и содержание мне помнится до сих пор…
- Генерал Итаниэль, снова тяжелые мысли? - к моему столу подошел работник нашей столовой, Жерель. Мужчина в возрасте, и просто так не появляется, всегда по делу. А проблема у нас одна: поварихи не задерживаются. Такая вот беда.
- Нет, все нормально, слушаю Вас.
- Она сбежала…
- Что за невезение? Что опять произошло?
- Нужна очень стойкая драконица, но эти не могут долго с продуктами работать, особенности физиологии. Обращаются внезапно и такой ущерб. Если бы не Жасмин, не знаю, что бы мы делали. Ее способности метаморфа спасают. Возможно, нужна женщина другой расы. Эльфийка или даже просто человек. Но на острове девицы пребывают в постоянном страхе. Тут столько мужчин. В нашем мире у дамочек инстинкт самосохранения хорошо развит. Ну а драконы-мужчины обращаются еще быстрее, чем драконицы.
- Послушай, я понимаю, драконы народ неприхотливый, но у нас и эльфы обучаются, причем их ничуть не меньше наших, а столовая одна, и я на острове Грейдана один за все отвечаю. Ищите, Жерель. Работница нужна. Все знают, что поварих не трогают. За это грозит смертная казнь.
- Э-эх, ну всем же Фатая хороша была.
- Но ведь она как раз с Нефритовых островов была, да?
- Оттуда. У нее проблемы там случились, и она сбежала. Заплатила одному из драконов, он и помог сбежать.
- Кто помог? - тут же переспросил я. Конечно, без помощников остров покинуть просто нереально.
- Энель, мы уже его наказали. Будет готовить, пока новую повариху не найдем.
- Пусть поработает. Осознает, что он натворил, - согласился я с Жерелем.
- Он уже сейчас готов отправиться на поиски поварихи этой. Сожалеет и раскаивается.