Сэмюэль Дилэни – Вавилон - 17. Падение башен. Имперская звезда. Стекляшки (страница 116)

Она глядела прямо в глаза Джеффри Корда. А он смотрел на нее. И вдруг он пронзительно вскрикнул, взорвав тишину.

Ридра думала на Вавилоне-17, пытаясь подобрать английские слова, но теперь опять начала мыслить по-английски.

Корд мотнул головой, его черные волосы взметнулись. Он опрокинул стол и ринулся на нее. Отравленный нож, который она видела лишь в его мыслях, сейчас был направлен ей в живот.

Ридра отпрыгнула и ударила его по руке, когда Корд уже наносил удар. Она промахнулась, но угодила в челюсть. Он рухнул на пол и покатился.

Золото, серебро, янтарь — Брэсс бежал из одного конца зала, Джэбел с серебряными волосами —- из другого, его плащ развевался. И вот Бэтчер уже стоит между Ридрой и встающим Кордом.

— Что тут происходит? — спросил Джэбел.

Корд стоял на одном колене, сжимая в руке нож. Его темные глаза смотрели то на один ствол вибропистолета, то на другой. Он будто оцепенел.

— Что ты себе позволяешь?! — сказал Джэбел.

— Этот нож предназначался для вас! — сказала Ридра, тяжело дыша.— Прослушайте записи персонафикса на «Тарике». Корд решил убить вас, установить над Бэтчером гипнотический контроль и захватить «Тарик».

— Ух, ты! — воскликнул Джэбел, поворачиваясь к Бэтчеру.— Еще один! Да, уже пора — ведь шесть месяцев никого не было. Спасибо, капитан Уонг.

Бэтчер подошел к Корду, у которого, казалось, жили только глаза, и взял нож у него из руки. Пока Бэтчер держал за лезвие и осматривал его, в тишине слышалось только дыхание Корда. В мощных пальцах Бэтчера нож казался совсем маленьким. Рукоять из бука семь дюймов длиной.

Затем Бэтчер свободной рукой ухватил Корда за волосы и не торопясь погрузил нож рукоятью вперед по самую гарду в его правый глаз.

Раздался крик переходящий в хрип. Руки безвольно упали вдоль тела. Люди, сидевшие вблизи, вскочили.

Сердце чуть не выскочило у Ридры из груди и сильно застучало о ребра.

— Вы даже не проверили... А вдруг я ошиблась... Вдруг, здесь было что-то еще...— горло ее захлебнулось в беспомощном протесте, сердце чуть не остановилось.

Бэтчер холодно посмотрел на нее, вытирая окровавленные руки:

— Он на «Тарике» бежал с ножом к Джэбелу и госпоже, и убил! — правый кулак хлопнул по левой ладони.

— Мисс Уонг,— сказал Джэбел.— Увиденного достаточно, чтобы убедиться, насколько опасен Корд. Думаю, что у вас тоже нет никаких сомнений по этому поводу. Вы оказали нам неоценимую услугу! Я очень вам признателен за это. Думаю, что дальнейший поход вниз по Языку Дракона пройдет благополучно. Бэтчер сообщил мне, что такова ваша просьба.

— Это хорошо, но...

Ее сердце опять бешено заколотилось. Она хотела прицепить к этому «но» хоть какую-то фразу, но не могла. У Ридры закружилась голова, и она пошатнулась. Бэтчер подхватил ее окровавленными руками.

И опять круглая синяя теплая комната. Только сейчас Ридра была одна и могла спокойно обдумать то, что случилось в зале. Да, Моки оказался прав, это была телепатия! Но она была как-то связана с ее прежними способностями и являлась просто новой формой мышления, открывая новые миры для восприятия и деятельности. Но откуда же взялась эта болезнь? Ридра вспомнила, как замедлялось время, когда она начинала думать на Вавилоне-17, вспомнила, как ускорялись ее мыслительные процессы. Наверное, психические процессы ускорялись тоже, а тело за ними не поспевало.

Согласно записям с «Рембо» следующая диверсия должна состоятся в штаб-квартире Глав Конфедерации. Ридра стремилась добраться туда, показать словарь и грамматику языка, передать это все и удалиться. Она уже не хотела искать таинственный источник передач. Но, что-то ее не отпускало, что-то было еще, и это нужно было еще расслышать и рассказать...

Предчувствуя подступающее головокружение и тошноту, Ридра оперлась на окровавленную руку и попробовала приподняться. Бесчувственность и жестокость Бэтчера, подкрепленная чем-то еще, непонятным, но эффективным, была страшной, но по-человечески страшной. Бэтчер, даже измазанный в крови, казался куда как безобиднее, чем мир, созданный странным языком. Как можно объяснить что-то человеку, у которого нет понятия «я»? Что он может ей сказать? Даже Джэбел, с его грубостью, жестокостью, вполне укладывался в рамки цивилизованности. Но такое кровавое изуверство просто очаровало ее!

4

Ридра встала с гамака, уже не расстегивая паутину. Уже час назад она почувствовала себя лучше, но продолжала лежать и размышляла. К ее ногам скользнул дорожка.

Когда за ее спиной закрылась стена, Ридра оказалась в коридоре. Она чувствовала встречный воздушный поток. Полупрозрачные брючки доходили до ее голых ступней. Складки черной шелковой кофты с вырезом свободно лежали на плечах.

Ридра прекрасно отдохнула во время ночной поры «Тарика». В боевой обстановке время сна определялось строго, но при перелетах были периоды, когда вся команда «Тарика* спала.

Вместо того чтобы отправиться в общий зал, Ридра завернула в незнакомый коридор, ведущий вниз. От пола исходил белый свет, через пятьдесят футов он сменился желтым, а затем оранжевым. Она встала и взглянула вперед — вдалеке оранжевый свет переходил в красный, а потом в голубой.

Стены расступились, потолок ушел вверх и скрылся из виду. От перемены цветов у нее перед глазами поплыли какие-то прозрачные цветные кляксы. Ридра оглянулась, чтобы определить свое местонахождение в этой радужной мути, и заметила темную фигуру:

— Бэтчер?

Он подошел к Ридре, и ей показалось, что чем ближе он подходит, тем сильнее меняются черты его лица в голубом свете. Бэтчер встал и кивнул.

— Мне стало лучше, и я решила прогуляться,— сказала Ридра.— Что это?

— Хранилище развоплощенных.

— Как я сама не догадалась,— произнесла Ридра, и они пошли вместе.— Вы тут прогуливаетесь?

— Нет,— ответил он.— К «Тарику» подошел какой-то корабль, Джэбелу нужно прослушать донесения сенсорной группы.

— Корабль Конфедерации или захватчик?

Бэтчер пожал плечами.

— Мы пока выяснили только то, что это негуманоидный корабль.

За время межзвездных исследований в семи галактиках было обнаружено девять разумных рас, три из которых безусловно поддерживали Конфедерацию, а четыре приняли сторону Захватчиков. С остальными двумя контакты еще не были налажены.

Они все дальше заходили в сектор развоплощенных, и все вокруг казалось иллюзорным. Стены поднимались голубым туманом, непрерывно перетекающим и меняющимся, эхом разносились разнообразные звуки, возникающие во время обмена энергией развоплощенных. То тут, то там что-то вспыхивало. Перед глазами Ридры, точно подразнивая, появлялись образы незнакомых призраков и тут же пропадали.

— Нам еще далеко? — спросила она, готовая идти за ним куда угодно. Но успела все же подумать: «Если слова „я“ он не понимает, то сможет ли он осмыслить слово ,,нам“?»

— Нет,— ответил Бэтчер, повернулся к ней, посмотрел на нее своими глубокими темными глазами и спросил: — Почему?

Тон его голоса был совершенно не похож на тот, к которому уже привыкла Ридра, и он так не соответствовал ситуации, что она растерялась. Она перебирала в памяти все слова, которые были между ними, и пыталась понять, что же она натворила.

— Почему? — повторил он.

— Бэтчер, о чем ты спрашиваешь?

— Спасение Джэбела от Корда?

Ридра не почувствовала в этом вопросе осуждения — одно любопытство.

— Джэбел нравится мне, и он должен доставить меня в штаб-квартиру. Кроме того, как же я...— Ридра запнулась.— Бэтчер, кто это «я»?

Он пожал плечами.

— Бэтчер, ты откуда? Где ты родился?

— Как знать? Мозг,— произнес он, через мгновение.— Сказали, что-то не то с мозгом.

— Кто сказал?

— Доктор.

Между ними проплыла синяя дымка.

— На Титане?

Бэтчер кивнул.

— Почему же тебя отправили не в госпиталь, а в шахты?

— Он сказал, что мозг не болен,— Бэтчер поднял левую руку.— Вот эта рука убила за три дня четверых,— он поднял правую руку.— А эта рука — семерых. Разрушила термитом четыре здания,— Бэтчер ударил себя по левой ноге.— Эта нога пнула охранника в телехронном банке по голове. Там так много денег, что не унести. Удалось унести лишь четыреста тысяч кредитов. Мало.

— Ты ограбил телехронный банк на четыреста тысяч кредитов?

— За три дня — одиннадцать человек и четыре дома. За четыреста тысяч кредитов. А Титан...— произнес Бэтчер, и его лицо передернулось.— Там было грустно.

— Мне рассказывали. Долго они ловили тебя?

— Полгода.

Ридра удивленно присвистнула.

— Вот это да! Так долго скрываться после ограбления... но, кроме того, ты еще и знаешь, как сделать кесарево сечение, не повредив плод! Ты не так-то прост!

— Доктор говорил, что мозги неглупые.