Семён Гудзенко – Мы не от старости умрем… (страница 18)
Но запевалы вспомнили в строю
о том, как пулемётные тачанки
летали под обвалами свинца.
И снова говорили горожанки:
– Так провожают павшего бойца…
1947
На старой границе
– Пожалуй, не стоит вертаться.
Давай заночуем в горах.
Не хочется мне расставаться,
прощаться с тобой второпях.
Давай заночуем в Карпатах,
под звёздами ночь проведём,
на этих уступах щербатых,
где люди поставили дом.
И мы с лейтенантом Степновым,
усевшись на круглые пни
под низким навесом сосновым,
опять остаёмся одни,
одни, как в тревожном секрете.
Но это, конечно, не так:
за той крутизной в сельсовете
командует бывший батрак.
А раньше за той крутизною
держава кончалась моя
и чёрной полоской лесною
чужие тянулись края.
А раньше здесь были заставы.
И ты, лейтенант, оглянись:
какими дорогами славы
в Карпаты идёт коммунизм!
…Ночуем на старой границе,
которой не видно уже.
И нам почему-то не спится
в горах на былом рубеже.
Мы всю ощущаем планету
и каждый её поворот.
Стирая границы,
по свету
Свобода на запад идёт.
Её в деревнях и столицах
народы выходят встречать.
Ещё нам на старых границах
придётся не раз ночевать…
– Пожалуй, придётся… —
И снова
прощаемся мы за селом.
И лошадь уносит Степнова,
и цокот умолк за холмом;
и солнце прошло по эмали,
слегка пожелтив синеву…
И там, где мы ночью дремали,
колхозники косят траву.
1947
Рассвет
Я засыпаю на закате
и просыпаюсь на заре.
Под небесами
в хвойной хате
хлопочут птицы на горе.
Идёт кабан на кабана,
ковыль дымится на ветру.
И отступает тишина
за перевалы поутру.
Как порванные небеса, 
