Семен Слепынин – Фарсаны УС № 1-3, 1965 (страница 6)
“Но кто же остался в живых? И почему я жив? Почему фарсаны Рогус и Али Ан в первую очередь не убили меня — начальника экспедиции, капитана корабля?” Вот с этими отчаянными мыслями мне и надо сейчас попытаться заснуть. Заснуть обязательно. Ведь мне предстоит завтра вести себя среди фарсанов так, чтобы они не знали о моих догадках. Одному мне не справиться с фарсанами. Поэтому надо рассказать живым членам экипажа о своих подозрениях Но кто же остался в живых? Кто?
16-й день 109 года
Спал отвратительно. Почти все время снились фарсаны. Особенно часто один из них, — с хитрой, плутоватой физиономией. Мне слишком близко пришлось столкнуться с ним на Зургане во время войны. Мне снилось, что я спасался от него бегством. Кругом ни души, лишь бескрайняя знойная пустыня. Пески, раскаленные камни и огненный глаз солнца на белесом небе. Я обернулся и с ужасом обнаружил, что фарсан догоняет, что он совсем близко. Я уже хорошо видел его наглую ухмылку и насмешливо сощуренные глаза. Задыхаясь, я снова бросится вперед, туда, где за высокой грядой барханов находились люди. Они спасут меня… Но фарсан неумолимо приближался. Вот-вот он схватит меня своими страшными руками и раздавит, как мошку. Неожиданно я ощутил в своих руках увесистый металлический стержень. Обернувшись, молниеносно обрушил его на подбежавшего фарсана. Его голова с хрустом развалилась… Этот хруст показался во сне таким омерзительным и реальным, что я тотчас проснулся.
Я лежал с открытыми глазами. Воображение, распаленное страшным сном, рисовало одну картину за другой. Чаще всего вспоминался Вир-Виан — главарь этой космической банды фарсанов. Вспомнилась его теория чередующейся гибели цивилизаций. Каждая цивилизация, возникнув на какой-либо планете с благоприятными условиями, достигает более или менее высокого уровня развития, а затем бесследно исчезает в водовороте космических сил. Таков, говорил Вир-Виан, неизменный круг железного предначертания. Так было миллиарды веков назад, так будет всегда, если мы не установим благодетельную диктатуру нашей Зурганы над всеми населенными мирами. Нужна железная власть одной избранной планеты, чтобы успешно бороться с враждебными космическими стихиями. А для установления диктатуры, утверждал Вир-Виан, для вечного цветения цивилизации на нашей планете необходимы космические завоеватели, фарсаны…
Какая все таки чепуха лезет в голову! Не могу же я согласиться с бредовыми теориями Вир-Виана. Это означало бы, что я не только поддался минутному ужасу перед его фарсанами, но даже капитулировал перед ним.
Я сел на постели и зажег свет. Из зеркала на стене незнакомо глянуло бледное, растерянное лицо. “Хорош”, — сумрачно усмехнулся я.
Вскочил и, чтобы освободиться от хаоса мыслей, успокоиться, долю ходил по каюте. Почувствовав усталость, снова лег и решил во что бы то ни стало заснуть. Надо отдохнуть, обрести выдержку и бороться. Не сдаваться, а бороться и бороться…
Но едва я закрыл глаза, как с шумом открылась дверь каюты Рогуса. По звуку я точно определил, что это была дверь именно его каюты.
Я встал, подошел к двери и прислушался. В коридоре происходила какая-то возня. Затем раздались быстрые и решительные шаги. Кто-то, тяжело дыша, остановился у моей двери. После этого послышались знакомые шаркающие шаги Рогуса.
— Его нельзя трогать, — сказал Рогус. — И вообще, чтобы это своеволие было в последний раз.
Кто-то незнакомым гнусавым голосом ответил:
— Мне нужна индивидуальность. Я не могу без нее. Сэнди-Ски имеет индивидуальность, Али-Ан тоже…
— Подожди, — прервал его Рогус. — Со временем приобретешь…
Я, похолодев от ужаса, слушал этот странный разговор. Итак, никаких сомнений! Рогус, Сэнди-Ски и Али-Ан — фарсаны.
Незнакомец не назвал Лари-Ла и Тари-Тау. Быть может, Лари-Ла и Тари-Тау еще люди? Или незнакомец не успел назвать их?
— Но мне нужна индивидуальность сейчас, — снова загнусавил незнакомец.
— Идем, — решительно сказал Рогус — Я запру тебя в каюте, и оттуда не выйдешь до посадки на планету. Я потом объясню, в чем дело.
— Ладно, — подумав, согласился незнакомец.
Они ушли. Я хорошо слышал шаркающие шаги Рогуса и твердую, решительную поступь незнакомца. Дверь каюты Рогуса захлопнулась.
Что все эго значит?
Кто неизвестный? Фарсан? Еще один фарсан? Но это же немыслимо Так не бывает. Каждый фарсан имеет реального прототипа. Фарсан обретает существование только тогда, когда убивает человека.
Но кто же тогда тот незнакомец с гнусавым голосом?
19-й день 109 года
Эры Братства Полюсов
Два дня не притрагивался к дневнику, настолько был подавлен внезапно свалившейся бедой. Но все же я нашел силы, чтобы казаться спокойным. Фарсаны не догадываются о том, что я все знаю. Иначе они меня давно бы прикончили. Фарсаны и не могут догадаться, пока не получат ясных, убедительных доказательств. Они почти лишены таких человеческих качеств, как предчувствие, прозрение, интуиция. “Фарсаны беспомощны в области неясных идей и догадок”, — говорил ученый Грон-Гро
Внешне на корабле ничего не изменилось. Жизнь течет по давно заведенному порядку. Вчера вечером, как всегда, все собрались в кают-компании. После доклада Али-Ана выступил Сэнди-Ски Он сообщил последние данные о планете Голубой Затем Лари-Ла, как всегда, стал рассказывать о своих забавных и смешных приключениях на Зургане. Своих ли? Этот вопрос не давал мне покоя. К этому времени я окончательно овладел собой и внимательно присматривался к Тари-Тау, прислушивался к рассказам Лари-Ла. И ничего подозрительного не нашел, решительно ничего. Так кто же они — Лари-Ла и Тари Тау? Не фарсаны, а люди? Это было бы замечательно! Тогда нас было бы трое против троих фарсанов и одного таинственного незнакомца. Но открыться Лари-Ла и Тари-Тау я еще не решался.
Вчера же вечером я узнал, почему фарсаны оставили меня в живых. Когда зазвучала ночная мелодия и все стали расходиться по каютам, я спросил Али-Ана:
— Кто дежурит у пульта управления?
— Тари-Тау.
— Пусть отдыхает. Дежурить буду я.
“Все равно ночь буду плохо спать”, — думал я.
— Нет, капитан, — возразил Али-Ан. — Впереди у вас трудное и ответственное дело — посадка на планету. Вам надо отдыхать. А с легким дежурством справится и Тари-Тау. Он, кстати, за пультом слагает свои стихи.
— Без вас, капитан, — сказал поблизости стоявший Рогус, — я не ручаюсь за сохранность всей тонкой аппаратуры при посадке.
Вот оно, оказывается, в чем дело! Как я раньше об этом не догадался. Фарсанам я пока что нужен. Али-Ан, конечно, неплохой пилот. Он может точно по курсу вести корабль в межзвездном пространстве, может даже совершить посадку на благоустроенный космодром Зурганы. Но чтобы посадить без аварий корабль на чужую планету с незнакомым рельефом, с неизвестными свойствами атмосферы. Нет, для этого у Али-Ана не хватает какого-то особого “чувства” пилота, вдохновения. В этом отношении фарсан, заменивший Али-Ана, еще слабее. Фарсаны, конечно, обладают сверхъестественной выдержкой, быстротой и четкостью логического мышления. Но у них нет и не может быть человеческой интуиции, подлинного, а не наигранного вдохновения.
— Хорошо. Пусть дежурит Тари-Тау, — согласился я и ушел в каюту.
На минуту я представил картину возвращения корабля на родную планету. Жители Зурганы восторженно встретят астронавтов, не подозревая, что это уже не люди. На Зургане к тому времени появится новое поколение Вир-Виана давно уже не будет в живых. Но фарсаны, в соответствии с программой и философией Вир-Виана, снова начнут убивать людей, принимать их облик, действуя при этом более тонко и осторожно, чем в прошлый раз. Под видом людей они проникнут в индустриальные и энергетические центры, чтобы установись бессмысленное господство. Вероятно люди справятся с фарсанами и на этот раз. Но каких жертв будет стоить борьба!
Нет, этого допустить нельзя!
20-й день 109 года
Эры Братства Полюсов
У меня сегодня до смешного разыгралось воображение. Не так уж плохо: я способен к юмору, а это значит, что я спокоен, как всегда, и готов бороться.
Вечером, прежде чем засесть за дневник, который полюбил как своего единственного собеседника, я долго стоял у открытого иллюминатора. Я смотрел на нашу Галактику, на эту огромную звездную колесницу, и думал о том, что было бы, если бы осуществилась безумная мечта Вир-Виана и его единомышленников — шеронов. Сначала Вир-Виан с помощью фарсанов установил бы свое господство на Зургане. А потом… Потом на экране своего воображения я увидел Вир-Виана уже на троне… диктатора Галактики. Его лицо торжественно и вдохновенно — Вир-Виан погружен в видения. Он созерцает сияющий космический апофеоз воинственной и могучей расы шеронов. Одетая в броню властолюбия, закованная в сталь высших научно-технических достижений, она победно шагает по Вселенной…
Вот Вир-Виан очнулся от сладостных видений и властной рукой посылает новые звездолеты для покорения новых отдаленных планет. А в звездолетах его гордость — фарсаны, завоеватели Вселенной.
Я рассмеялся над этой пышной картиной, нарисованной моим воображением. Но это был горький смех. Все же Вир-Виан отчасти добился своей цели его фарсаны у меня на звездолете, и в их задачу входит завоевание планет. Но я сегодня принял твердое решение буду бороться до конца. Впереди планета Голубая. Высадившись, фарсаны попытаются погубить молодую, неокрепшую цивилизацию. А в том, что на этой планете есть зачатки цивилизации, я сегодня убедился окончательно. В разрыве облаков я видел тот же город, расчерченный темными линиями улиц на квадраты. Я видел на улицах какие-то передвигающиеся темные точки. Вероятно, это разумные обитатели планеты.