Сэм Уэллер – Хроники Брэдбери (страница 59)

Серлинг признал, что невольно скопировал идею Рэя, по крайней мере отчасти, и заявил, что хочет исправить положение, купив права на «Безмолвные города». «Я ответил: «Достаточно того, что ты сам позвонил мне и признался в случившемся. Давай забудем об этом», – вспоминал Рэй.

Две недели спустя Серлинг позвонил снова: «Нет, я не могу это так оставить – я должен купить твой рассказ! Мои юристы тебе позвонят». Время шло, юристы не звонили. «Зря он вернулся к этому разговору, – считал Рэй. – Я ведь его простил. Зачем было говорить о юристах, которые потом так и не объявились?»

Вскоре после этого, 30 октября 1959 года Рэй вновь заметил сходство со своими сюжетами в пятой серии «Сумеречной зоны», «Можно дойти пешком», где герой переносится назад во времени в город своего детства. Настроение и образы явственно перекликаются с «Вином из одуванчиков», хотя, как отмечают защитники «Сумеречной зоны», Брэдбери не владеет исключительными правами на ностальгические истории о маленьких американских городках. В серии даже упоминался некий «доктор Брэдбери» – явный поклон от Серлинга. Тем не менее Рэй был раздосадован тем, что Род свободно заимствует идеи и темы из его творчества.

«В определенном смысле досада Брэдбери на «Сумеречную зону» вполне оправданна, – писал Кристофер Конлон в выпуске журнала Filmfax за декабрь 2000 – январь 2001 года. – «Зона» действительно пропитана характерными идеями и сюжетными приемами Брэдбери, да и Серлинг с самого начала хорошо понимал, что Брэдбери – главный автор фантастики и фэнтези 1950-х».

Несмотря на это, Рэй и сам поучаствовал в работе над телесериалом, написав три сценария. Первый представлял собой адаптацию его рассказа «Здесь могут водиться тигры» (Here There Be Tygers), впервые опубликованного в 1951 году в научно-фантастическом сборнике «Новые истории о времени и пространстве» (New Tales of Space and Time). Это рассказ об астронавтах, прибывших на седьмую планету в звездной системе номер восемьдесят четыре (редкий случай, когда Брэдбери пишет не о Солнечной системе). Планета похожа на рай – просторная, красивая, цветущая и нетронутая. Вскоре астронавты обнаруживают, что она вознаграждает их уважение к природе, исполняя любые желания: вода в ручье становится белым вином, ветер поднимает человека в небеса, словно воздушного змея. Но когда один из членов экипажа решает воспользоваться богатыми природными ресурсами планеты, она наносит удар.

Сюжет идеально подходил для «Сумеречной зоны»: Серлинг хотел поднимать в сериале социальные темы, а сценарий Рэя затрагивал современные проблемы экологии (задолго до появления экологического движения конца 1960-х – начала 1970-х годов). Имелась лишь одна проблема: съемки такого сюжета стоили чересчур дорого. В итоге сценарий забраковали.

Второй работой Рэя для «Сумеречной зоны» стала адаптация рассказа «Диковинное диво» (A Miracle of Rare Device), который появится в печати только через несколько лет, в январском выпуске Playboy 1962 года. Это история двух путешественников, которые, двигаясь по шоссе через Аризону, замечают на горизонте поразительный мираж – город, вырастающий из безжизненных скал и знойного марева. Они решают устроить смотровую площадку и брать с проезжающих двадцать пять центов за возможность посмотреть на урбанистический мираж. Вскоре обнаруживается, что все видят разное: Париж, Нью-Йорк, Рим, даже мифический город Шанду – символ богатства и роскоши. Но один из клиентов не видит ничего и решает испортить впечатление всем.

Хотя сценарий приняли, съемки так и не состоялись. Исследователи «Сумеречной зоны» Преснел и Макги предполагают, что камнем преткновения вновь стал бюджет. Впрочем, приводят они и другую версию, со слов Рода Серлинга: «Рэя Брэдбери очень трудно экранизировать, потому что его прекрасные тексты хорошо читать про себя, а не вслух».

Между тем Рэй всерьез задумался о смене издателя. За прошедшие годы он разочаровался в Doubleday и не хотел отдавать туда следующую книгу. Хотя Рэй любил своего редактора Уолтера Брэдбери, оказавшего неоценимую помощь в создании «Марсианских хроник» и «Вина из одуванчиков», он был разочарован рекламной политикой Doubleday, а Дон Конгдон считал, что издательство мало платит. Именно поэтому, объяснял Конгдон, они так охотно заключили контракт с Иэном Баллантайном на «451° по Фаренгейту» и «Октябрьскую страну»: тот был заинтересован и явно понимал, что творчество Брэдбери выходит далеко за грани научной фантастики.

Космическая гонка набирала обороты; первый спутник совершил полет вокруг Земли, воспламенив сердца и молодых, и стариков; люди стали мечтать о путешествиях за пределы нашего голубого шарика. И в это время, когда популярные журналы Life, Newsweek, U. S. News amp; World Report и Time наперебой писали об освоении космоса, ода Брэдбери космическим путешествиям, «Марсианские хроники», больше не продавалась в магазинах – издательство Doubleday перестало ее печатать! Узнав об этом, Рэй пришел в ярость. После его жалобы Уолтер Брэдбери поспешил запустить тираж «Марсианских хроник» с новым предисловием писателя Клифтона Фадимана, стремясь, как всегда, угодить Рэю, однако изменить положение дел в одиночку он не мог. Когда в 1959 году Уолтер Брэдбери покинул Doubleday, чтобы занять пост редактора в издательстве Henry Holt and Company, десятилетнее сотрудничество Рэя с Doubleday оказалось под вопросом. Свои сомнения Рэй выразил в письме к новому редактору, Тиму Селдесу, которое демонстрировало, что он хорошо сознавал свою растущую популярность. Брэдбери выступал с лекциями в колледжах, его произведения изучали на уроках литературы в старших классах по всей стране – словом, он прекрасно понимал, что является для Doubleday ценным активом и жаловался Селдесу на отсутствие поддержки со стороны издательства.

«…Как вы знаете, моему контракту с вашей компанией в этом месяце исполнилось уже одиннадцать лет. Хотя и Уолтер Брэдбери, и вы, в свою очередь, тепло принимали мою работу, я никогда не ощущал того же энтузиазма со стороны Doubleday в целом.

Поэтому я прошу весь ваш коллектив в ближайшие четыре недели на совещании редакции обсудить мои прошлые книги и мою потенциальную ценность для Doubleday в предстоящие годы. Думаю, пора принять коллективное решение насчет того, не оставляют ли мои книги желать лучшего в ваших глазах и не хотите ли вы со мной распрощаться.

В Doubleday мне было одиноко, я часто чувствовал, что мной пренебрегают. Мне недоставало того личного внимания и заботы, какие уделяют другим авторам менее крупные издательства. Все эти одиннадцать лет я терпеливо ждал, что Doubleday начнет выступать в мою пользу на книгоиздательском рынке, где мне пригодились бы ваши услуги.

Теперь мое беспокойство и нетерпение усилились по одной простой причине: настала эра космических открытий, а Doubleday пока не осознает, что в распоряжении издательства находится ведущий писатель в этой сфере. Мои произведения пользуются невероятной популярностью в колледжах и школах по всей стране, по ним снимают фильмы, ставят оперы и одноактные спектакли. С моей стороны говорить об этом нескромно, однако интерес публики очевиден, и его следует отметить.

Чего я прошу от Doubleday в этой связи? Четкого плана относительно моего будущего, который будет разработан всем коллективом…»

Рэй чувствовал, что Селдес хочет удержать его в Doubleday, а вот другие лица, влияющие на принятие решений, – нет. Он видел, что эти близорукие люди не понимают важности новой космической эры, не ценят ее и не могут успешно продвигать книги Брэдбери в контексте космической гонки с Советским Союзом за право первыми преодолеть земное притяжение, бросить вызов законам природы и познакомиться с великим неизведанным. А Рэй – быть может, нескромно – считал себя голосом этой новой эры.

Прежде чем принимать решение, он обратился за советом к человеку, которому доверял больше всего, – Дону Конгдону. «За все годы работы моим агентом он ни разу не посоветовал мне плохого», – говорил Рэй в интервью 2004 года. Обсудив проблему с Конгдоном и Мэгги, он написал Селдесу решающее письмо:

«После одиннадцати лет сотрудничества для меня пришло время покинуть Doubleday и поискать нового издателя, который будет воспринимать мое творчество и потрясающие перспективы новой космической эры с таким же энтузиазмом, как я сам. Сейчас я чувствую себя человеком, который в одиночестве подбрасывает в небеса конфетти, серпантин и собственную шляпу. Мне нужны те, кто сможет вместе со мной горячо отпраздновать наступление новой эры, которая, как я предвижу, станет величайшей в истории человечества».

С этими словами Рэй Брэдбери покинул издательство, которое в 1949 году приняло его всего с одной книгой в послужном списке.

Тем временем стремительно обретал очертания новый роман «Надвигается беда» – классическая история о борьбе добра со злом, разворачивающаяся почти исключительно ночью. Как и многие другие вещи, сюжет был вдохновлен детством Брэдбери в Уокигане. Все началось с воспоминаний о том, как Рэй и Скип бегали на берег озера Мичиган посмотреть на прибытие бродячих цирков и ярмарок. Поезда и грузовики стекались к озеру затемно, и братья не раз наблюдали это таинственное шествие. «Мы бежали по Вашингтон-стрит до самого пляжа и смотрели, как приходят поезда и рабочие выводят из вагонов слонов, зебр и других животных. Иногда мы помогали таскать ящики, и нам давали бесплатные билеты», – вспоминал Скип.