Сэм Уэллер – Хроники Брэдбери (страница 58)

Когда я выступаю в школах, дети всегда спрашивают: «Какую самую страшную книгу вы читали?» – а в я всегда отвечаю: «Надвигается беда». До сих пор помню, как было жутко. Она меня проняла.

Несмотря на трудности в браке, 13 августа 1958 года в семействе Брэдбери произошло прибавление: родилась четвертая дочь, Александра Эллисон, или просто Зана. Как и ее старшие сестры, Зана не унаследовала сверхъестественную память отца и не помнила своего рождения.

Дом по адресу Кларксон-роуд, 10750, стал слишком тесен для разросшейся семьи, и Рэй с Мэгги принялись искать новое жилище. Первый вариант, который они посмотрели, – дом с тремя спальнями неподалеку от прежнего, в районе Чевиот-Хиллз на западе Лос-Анджелеса. Чевиот-Хиллз был и по сей день остается младшим братом Беверли-Хиллз – дома здесь не такие грандиозные, но все равно просторные по лос-анджелесским стандартам; широкие улицы окаймлены аккуратно постриженными газонами и стройными рядами высоких пальм. Оштукатуренный многоуровневый дом 1937 года постройки сразу понравился Рэю и Мэгги. Он стоял на уютной зеленой лужайке, окруженный высокими кустами, в нем имелся встроенный гараж под кухней и – самое важное для Рэя – подвал для обустройства рабочего кабинета. Очаровательный задний дворик был достаточно просторен для вечерней игры в бадминтон с детьми – любимого семейного ритуала. Много лет спустя, когда дочери уже выросли и разъехались, Рэй как-то раз вызвал рабочего для прочистки водостоков, и на крыше тот нашел старый бадминтонный воланчик, угнездившийся в листьях, словно птица. Рэй, верный своей сентиментальности, попросил вернуть его обратно в гнездо, чтобы сохранить теплые воспоминания о вечерних играх в бадминтон нетронутыми. Рабочий вернул воланчик в водосточный желоб, где он остается и по сей день.

Рэй и Мэгги купили дом осенью 1958 года и переехали в День благодарения – по словам неизменно ироничной Мэгги, «чтобы не готовить праздничный ужин». Для переезда потребовалось два грузовика. Вся мебель, утварь и одежда поместились бы и в один, однако Рэй, настоящий барахольщик, ничего не выбрасывал, так что к переезду накопилось несколько коробок игрушек, старых блокнотов с автографами и билетов в кино за несколько десятков лет, не говоря уже об огромном количестве книг. Оба грузовика были забиты под завязку. Все растолкали по самым неожиданным местам – например, беспокойного кота Рэй умудрился засунуть в мусорную корзину. В новом доме Сьюзан и Рамона получили общую комнату с собственной ванной, а Беттина – отдельную детскую в западном крыле. Маленькая Александра спала с родителями.

Вскоре после переезда сценарист Джон Гэй, с которым Рэй недолго работал на проекте «Белый охотник, черное сердце», познакомил его со своим другом Родом Серлингом, троекратным лауреатом премии «Эмми». Тот работал над новым мистическим научно-фантастическим сериалом «Сумеречная зона» для CBS. Как пишут Дон Преснелл и Марти Макги в книге «Критическая история сумеречной зоны телевидения, 1959–1964 годы» (Don Presnell, Marty McGee, «A Critical History of Television’s The Twilight Zone, 1959–1964»), Серлинг «способствовал превращению телевидения в форму драматического искусства». Первым его опытом такого рода стал телеспектакль в составе антологии «Телевизионный театр Крафта», вышедший в эфир в январе 1955 года. Некоторые считают, что Серлинг сделал для драматического телевидения 1950-х то же, что Норман Корвин для радио 1940-х.

Род Серлинг писал серьезные истории, затрагивающие социальные проблемы, поэтому его желание снять телесериал в жанре темного фэнтези стало для многих сюрпризом. Опыта работы с этим жанром он не имел и нуждался в помощи, а Брэдбери к 1959 году завоевал звание одного из бесспорных мастеров фэнтези и научной фантастики.

Вскоре после знакомства с Серлингом Рэй и Мэгги встретились с ним на банкете, устроенном Гильдией сценаристов. «Род рассказал, что начинает работу над фэнтезийным сериалом, но не понимает, как за нее взяться», – вспоминал Рэй. Он пригласил Серлинга к себе, отвел в подвальный кабинет и вручил ему целую стопку книг – Чарльза Бомонта, Ричарда Мэтисона (своих друзей и последователей), Роальда Даля, Джона Кольера и несколько своих собственных. «Я пообещал Роду: «Когда вы все это прочтете, у вас будет полное представление о том, каким должен стать сериал. Купите права на некоторые из этих произведений или наймите кого-нибудь из авторов, потому что в одиночку вы не справитесь», – рассказывал Рэй.

После этого Род и его жена Кэрол время от времени приглашали чету Брэдбери к себе на ужин. Дружба крепла, и Рэй согласился быть одним из постоянных авторов для телешоу Серлинга.

Тем временем история «Пришло время дождей» (The Day It Rained Forever) вошла в сборник «Лучшие американские рассказы» 1958 года (и это стало последним появлением Брэдбери в уважаемой литературной антологии). Готовился к выпуску новый сборник «Лекарство от меланхолии», в который должны были войти двадцать два текста Брэдбери, в том числе полюбившиеся читателям «Дракон» (The Dragon), «Чудесный костюм цвета сливочного мороженого», «Погожий день» (In a Season of Calm Weather), а также «Все лето в один день» (All Summer in a Day) – фигурант множества всевозможных антологий. Действие этого рассказа разворачивается на Венере, где все время идут дожди и ясная погода наступает раз в семь лет, причем совсем ненадолго, а плохие дети запирают одну маленькую девочку в чулане, лишая ее возможности увидеть редкое солнце. «Об этой вещи меня спрашивают чаще, чем о любой другой, – признавался Рэй. – Она раскрывает темную сторону, которая есть в любом из нас, и от этого нам становится стыдно». Издательство Doubleday выпустило «Лекарство от меланхолии» в феврале 1959 года.

Тогда же киноагенты Рэя предложили ему бесплатно пользоваться офисом в красивом белом здании на бульваре Уилшир, 9441, в Беверли-Хиллз: они переезжали в другой офис, а этот был предоплачен на год вперед. Рэй с радостью принял щедрое предложение и теперь каждое утро ездил в офис на автобусе или такси. Иногда его подвозила Мэгги – ведь они наконец сдались и купили голубой универсал. В офисе на бульваре Уилшир Рэй мог сосредоточиться на работе над новым романом, не отвлекаясь на топот детских ножек.

В тот период Федеральное бюро расследований заинтересовалось возможным участием Брэдбери в деятельности коммунистической партии. В некоторых рассказах из «Марсианских хроник» и «Человека в картинках», не говоря уж о «451° по Фаренгейту», звучали явственные антиправительственные нотки, а к тому же Рэй открыто выступал против Маккарти и Комиссии по расследованию антиамериканской деятельности. Согласно делу, рассекреченному недавно по закону о свободе информации, следствие началось 2 апреля 1959 года (интересно, что в документах ФБР, как и во многих журналистских публикациях, имя Рэя записано неправильно: Рэймонд Дуглас Брэдбери). За домом на Чевиот-Хиллз установили наблюдение. Следователи копались в прошлом Рэя, пытаясь обнаружить доказательства того, что он принадлежал к коммунистической партии. Один анонимный информатор обращал внимание следствия на то, что писатели, подобные Брэдбери, имеют широкую аудиторию благодаря массовому выпуску книг в мягких обложках и «обладают возможностью распространять вредоносные мнения о политических институтах вообще и американских в частности». В деле были перечислены несколько публичных выступлений Брэдбери за последние годы с критическими высказываниями в адрес правительства США, а также упоминалось объявление в Daily Variety от ноября 1952 года, где Рэй осуждал Республиканскую партию. Тем не менее, хотя следователи подозревали Брэдбери в коммунистических симпатиях, 3 июня 1959 года дело было закрыто с пометкой: «никаких доказательств того, что он когда-либо принадлежал к коммунистической партии, не обнаружено».

Всего через несколько месяцев после этого, осенью 1959 года, состоялась премьера телесериала Рода Серлинга «Сумеречная зона». Первая серия «Куда все подевались?» вышла 2 октября; она повествовала об астронавте, который из-за длительного пребывания в одиночестве при подготовке к орбитальному полету теряет память и блуждает по заброшенному городу в тщетных попытках вспомнить себя. Рэй был шокирован: ему показалось, что серия подозрительно похожа на его собственный текст из «Марсианских хроник» – «Безмолвные города» (The Silent Towns). В этой истории отшельник, спустившись с синих холмов Марса, обнаруживает, что на планете никого не осталось – все колонизаторы вернулись на Землю в преддверии великой ядерной войны. Герой бродит по заброшенным улицам марсианского города и никак не может поверить, что он – последний человек на Марсе.

«Посмотрев пилотный эпизод «Сумеречной зоны», я подумал, что он немного похож на историю из «Марсианских хроник». Роду я не говорил – мне было неловко», – объяснял Рэй. Он решил, что друг позаимствовал идею неосознанно.

Месяц спустя Серлинг позвонил сам. «Почему ты мне не сказал?» – воскликнул он. «Не сказал чего?» – спросил Рэй. «Что сценарий моей пилотной серии отчасти основан на твоем рассказе из «Марсианских хроник», – ответил Серлинг. Накануне вечером они с женой читали перед сном, и неожиданно Кэрол заметила, что глава «Безмолвные города» из «Марсианских хроник», которые она сейчас читает, очень похожа на серию «Куда все подевались?».