Сэм Уэллер – Хроники Брэдбери (страница 41)

Тем временем Doubleday приходилось держать ухо востро: на молодого плодовитого писателя появился спрос. Издательство Bantam Books обратилась к Дону Конгдону с предложением сделать Брэдбери составителем сборника фэнтезийных рассказов. Обещался аванс в размере пятисот долларов, Конгдон запросил тысячу, и в результате переговоров стороны сошлись на семистах пятидесяти с выплатой после публикации. Рэю предстояло насобирать целую книгу произведений в жанрах ужасов, магического реализма, темного фэнтези и фантастики. Он решил искать тексты авторов, не относящих себя к писателям фэнтези, причем такие, которые еще не публиковались в других подобных сборниках. «Все это были вещи, которые я когда-то читал и полюбил, так что не составило труда собрать целую книгу всего за один день», – объяснял Рэй. Он создал подборку рассказов от самых разных и неожиданных авторов, таких как Джон Стейнбек, Элвин Брукс Уайт, Франц Кафка, Ширли Джексон и Джон Чивер, среди прочих.

Мало кто догадывался, что Рэй Брэдбери читает книги не только в том жанре, в котором пишет сам. В старших классах он значительно расширил круг своего чтения и стал включать в него нежанровую литературу, современные и популярные произведения, а также классику. Научную фантастику, фэнтези и ужасы он вообще не читал, за исключением работ своих друзей. «Я чувствовал, что если буду читать книги в своем жанре, то никогда не вырасту, – объяснял Рэй. – Стану красть идеи других писателей или подражать им, а если обнаружится, что кто-то уже написал рассказ, похожий на мой, у меня пропадет вдохновение и я не допишу свой собственный. Нельзя читать книги в своем жанре. Нужно читать все, что к нему не относится». Первая антология фэнтезийных рассказов, составленная Брэдбери, «Вечные истории настоящего и будущего», должна была выйти осенью 1952 года.

В феврале 1951 года Рэй получил по почте первые экземпляры «Человека в картинках» накануне выхода книги в продажу. За некоторое время до этого он подписал контракт со знаменитым голливудским агентством Famous Artists, чтобы предложить свои истории кинопродюсерам; его агенты, Бен Бенджамин и Рэй Старк, знали Джона Хьюстона, и Брэдбери был наконец готов предстать перед своим героем. С тех пор как они пересеклись на радиотрансляции Нормана Корвина, прошел год. Тогда Рэй не чувствовал уместным знакомиться с великим кинорежиссером, теперь же у него за плечами были три опубликованные книги – «Темный карнавал», «Марсианские хроники» и «Человек в картинках», не говоря о премии О. Генри, последних работах на радио и месте в антологии «Лучшие американские рассказы года». «Опубликовав три книги, я получил возможность выразить свою любовь к Джону Хьюстону, поэтому позвонил своему агенту Рэю Старку и попросил его организовать встречу», – вспоминал Рэй.

В начале 1951 года он встретился со своим кумиром в ресторане Romanoff’s – модном заведении, которое в 1950-е пользовалось популярностью у голливудской элиты. Сразу же после знакомства Рэй выразил свое восхищение творчеством Хьюстона и дерзко заявил, что они с режиссером созданы для сотрудничества, – вновь фирменная бравада Брэдбери. Он выложил на стол три своих сборника и попросил Хьюстона позвонить, если ему понравится. Тот заинтересованно выслушал писателя и с любопытством пролистал книги. Ужин длился час, а в завершение режиссер пригласил Рэя на показ своего последнего фильма – экранизации романа Стивена Крейна «Алый знак доблести» – следующим вечером в театре Pickwick.

«На следующий день я пришел в театр. Хьюстон явился с подружкой, Оливией Де Хэвилленд[32]. Свою жену он где-то оставил, – со смехом вспоминал Рэй. – Я вошел и сел в стороне. Джон сидел на заднем ряду с друзьями. Шел предпремьерный показ «Алого знака доблести», и к середине фильма театр почти опустел. Люди уходили, считая фильм скучным, а я в отчаянии думал: «Боже! Мой герой провалился, потому что фильм получился слишком длинным и нуждается в сокращении».

Сценарист Дор Шэри, который тогда был вице-президентом по производству в студии MGM, снявшей фильм, назвал предпремьерный показ катастрофой: «Зрители начали уходить к концу первого часа; на втором часу исход ускорился».

Хьюстон понял, что фильм обречен и нужно ускорить отъезд за границу, чтобы начать работу над новой картиной. Когда после показа Рэй вышел в фойе, режиссер подошел к нему и сообщил, что уезжает в Англию, а оттуда в Африку снимать фильм «Африканская королева». «Я вам напишу», – пообещал Хьюстон.

Через неделю Рэй действительно получил от него письмо с благодарностью за книги. Хьюстон высоко оценил творчество Брэдбери: «Сказать, что я впечатлен, значит ничего не сказать», – писал он. Среди наиболее понравившихся ему историй он упомянул «Надгробный камень» (The Tombstone), «Странницу» (The Traveler) и «Око за око». Последняя фраза письма потрясла Рэя: «…[Н]ичто не доставило бы мне большего удовольствия, чем поработать с вами над фильмом».

Несколько дней и даже недель после получения этого письма Рэй порхал от счастья. Великий режиссер назвал Брэдбери великим писателем и вполне определенно дал понять, что у него есть немалый шанс в будущем написать сценарий для одного из фильмов Джона Хьюстона!

«С апреля 1948 года Рэй стал время от времени…»: Daily Trojan, пятница, 30 апреля 1948 года.

«На всякую хорошую историю найдется покупатель!..»: там же.

«Племянник, ты меня поразил!»: письмо Невы Брэдбери Рэю Брэдбери от 21 августа 1950 года, из личного архива Рэя Брэдбери.

«Он сразу решил использовать рассказы…»: предварительное оглавление от 20 мая 1950 года, из личного архива Рэя Брэдбери. На тот момент сборник назывался «Лед и пламя».

«Я думаю, лучше оставить рассказы…»: письмо Уолтера Брэдбери Рэю Брэдбери от 13 июля 1950 года, из личного архива Рэя Брэдбери.

«Заслышав рев маяка, динозавр…»: Cunningham, 1961 UCLA Oral History Program transcript.

«Другим вариантом было название…»: письмо Уолтера Брэдбери Рэю Брэдбери от 3 августа 1950 года, из личного архива Рэя Брэдбери.

«Они переехали 3 августа 1950 года»: чек грузовой компании Bay Cities Van amp; Storage Co. от 3 августа 1950 года, из личного архива Рэя Брэдбери. Общая стоимость переезда из квартиры на Южном бульваре Венеция, 33, в новый дом на Кларксон-роуд, 10750, включая прокат грузовика и услуги двух грузчиков, составила скромные 18 долларов 42 цента.

«При обсуждении творчества Брэдбери неизбежно всплывает имя По…»: Isherwood, Tomorrow.

«Его блестящая, бесстыжая фантазия…»: там же.

«…Могу ли я теперь робко попросить…»: письмо Рэя Брэдбери Уолтеру Брэдбери от 29 сентября 1950 года, из личного архива Рэя Брэдбери.

«Из художественного отдела просили передать вам…»: письмо Уолтера Брэдбери Рэю Брэдбери от 10 октября 1950 года, из личного архива Рэя Брэдбери.

«По воспоминаниям Брэдбери, Херд умел…»: Cunningham, 1961 UCLA Oral History Program transcript.

«Я пришел в ужас…»: там же.

«За разговором с [Хердом] я быстро расслабился»: там же.

«Джеральд Херд был приятнейшим человеком…»: интервью автора с Сидом Стебелом.

«Мотылек задал нам задачку…»: там же.

«Впервые интеллектуалы признали…»: там же.

«…но уже в начале и середине 1950-х…»: Dunaway, Huxley in Hollywood.

«Обещался аванс в размере пятисот долларов»: письмо Дона Конгдона Рэю Брэдбери от 2 марта 1951 года и 26 марта 1951 года, из личного архива Рэя Брэдбери.

«Дор Шэри, который тогда был вице-президентом…»: Grobel, The Hustons.

«Хьюстон понял, что фильм обречен…»: Huston, An Open Book.

«Сказать, что я впечатлен, значит ничего не сказать»: недатированное письмо Джона Хьюстона Рэю Брэдбери, написанное от руки на бумаге отеля Claridge’s по адресу: Брук-стрит, Лондон, W1. Исходя из воспоминаний Брэдбери и того факта, что в письме упоминается недавняя встреча, можно предположить, что оно было написано в феврале 1951 года.

17. Золотые яблоки Солнца

Рэй Брэдбери был одним из моих кумиров с тех пор, как в старших классах я впервые наткнулся на «Марсианские хроники» и по уши влюбился в его сюжеты и манеру повествования. Рэй пробуждал воображение, да и все остальные чувства, простым способом – рассказывая общечеловеческие истины. От Марса до восточного Лос-Анджелеса, от ирландских песен до мрачного мира, где сжигают книги, от Октябрьской страны до магии новых теннисок… Рэй знал, кто мы и откуда пришли, а самое главное, знал все тайные места, куда мы – и он сам – мечтаем отправиться.

Книга «Человек в картинках» вышла 23 февраля 1951 года. Рэю было тридцать лет. Все чаще его работы появлялись на радио – Дон Конгдон продавал его сюжеты для радиопостановок. Рассказ «На Марсе настоящий рай!» (Mars Is Heaven!), он же «Третья экспедиция» (The Third Expedition) в составе «Марсианских хроник») прозвучал в радиопередаче National Broadcasting Company «Измерение икс» (Dimension X). В нем американские астронавты, высадившись на Марсе, обнаруживают зеленую траву, викторианские домики и крылечки своего детства, а главное – дорогих умерших родственников: дедушек и бабушек, матерей и отцов, братьев и сестер, которые снова живы. Этот ностальгический образ будущего мог родиться только в воображении Рэя Дугласа Брэдбери.

Рассказ звучал из радиоприемников по всей стране – в квартирах Нью-Йорка, фермерских домах Айовы, бунгало Калифорнии и на ранчо Техаса. В Портленде, штат Мэн, передачу поймал на радио маленький мальчик по имени Стивен Кинг.