Сборник Статей – Книга о русском еврействе. От 1860-х годов до революции 1917 г. (страница 57)

Бялик с первых своих шагов в еврейской поэзии стал певцом национального возрождения, как и Черниховский и Шнеур. Бы­ли сионистами и Фруг, и Шолом-Алейхем, активный пропаган­дист сионистской идеи.

Лео Моцкин, киевлянин, посвятил 35 лет своей жизни сио­нистской и голусной общественной деятельности. После вер­сальской конференции до своей смерти в 1933-м году в Париже, Моцкин был «Рэш Галуга», печальником и заступником всего еврейства диаспоры, президентом сионистских конгрессов и Большого сионистского Акционс-Комитета.

П. М. Рутенберг, в прошлом русский революционер, имя ко­торого связано с эпопеей священника Гапона, в годы первой ми­ровой войны после докладов Бен-Гуриона и Бен-Цви о положе­нии в Палестине сказал им: «Я — ваш!» Он поселился в Палес­тине и стал электрификатором страны. Одно время он был пре­зидентом Ваад Леуми, представительства палестинского еврей­ства в эпоху английского мандата.

Сыну скромного торговца ле­сом из Полесского «Мотэлэ» (Мотель, Кобринского уезда, Грод­ненской губернии), Ойзера Вейцмана и Рахили, дочери аренда­тора Чемеринского, Хаиму Вейцману судьба предрекла блестя­щую карьеру ученого химика и политического деятеля, венцом которой было избрание весной 1948 г. первым президентом воз­рожденного государства Израиль. В своей вилле в Реховот, где Вейцман поселился лет за 15 до избрания в президенты, он умер в ноябре 1952-го года, в возрасте 78 — 79 лет. В саду, у окон своей виллы Вейцман и похоронен. На средства почитателей и близ­ких друзей Вейцмана в Америке, Англии и некоторых других странах создан «Яд Вейцман», прелестный городок, центром ко­торого является Институт имени Вейцмана, пользующийся в научном мире репутацией одного из лучших научных учрежде­ний нашего времени.

Вейцман вышел из недр русского еврейства. И в дни своих головокружительных успехов Вейцман всегда оставался рус­ским евреем и любил порой в беседе щегольнуть русской народ­ной пословицей и сочной остротой на идиш. Западник по свое­му духовному складу, поклонник Англии, он никогда не имел иллюзий насчет политики «коварного Альбиона». Он верил в реальность только того, что евреи сами создадут в Палестине. Только это, по его мнению, будет решающим фактором в «исто­рический момент», в наступление которого он твердо верил.

Вращаясь в кругах высшей аристократии, будучи вхож во дворцы и салоны сильных мира сего, Вейцман с годами стал счи­тать, например, что у такого-то имярек, дяди его из Мотэлэ, го­раздо больше ума, чем у иного прославленного государственно­го деятеля Англии или Франции. О Вейцмане имеется огромная литература. Книга о нем по-русски написана М. В. Вишняком. Сам Вейцман опубликовал свою автобиографию «Искания и Блуждания».

В его архиве в Реховот хранятся десятки тысяч писем и доку­ментов, на основе которых будущий биограф построит здание истории жизни и достижений Хаима Вейцмана, который добыл у Англии Декларацию Бальфура (2 ноября 1917 г.) и был избран первым президентом государства Израиль.

Второй президент Израиля также сын русского еврейства. Отец его Цви Шимшелевич в Полтаве был участником движения «Ховевей Цион». Он писал статьи в тог­дашней печати на иврит. В 1906-м году за участие в еврейской самообороне отец его и брат были сосланы в Сибирь. Ицхак, тогда студент киевского университета, нелегально покинул Россию и переехал в Палестину, которую он впервые посетил еще в 1904 году.

Сорок шесть лет своей жизни в стране, и до избрания прези­дентом, Бен-Цви играл видную роль в палестинском еврействе, в рабочем движении и Гистадрут, занимал пост президента Ваад Леуми, участвовал в иерусалимском муниципалитете и, при всей своей интенсивной общественной и политической работе, никогда не оставлял научной и писательской деятельности. Бен-Цви — автор ряда исследований, в том числе о самаритянах и о деревне Пекиин, которую евреи, по преданию, со времени Вто­рого храма никогда не покидали. В Иерусалиме существует ин­ститут имени Бен-Цви, в котором он проводит один день в неде­лю за научной работой. Его разнообразные научные интересы обнимают семитологию, языковедение, филологию, фольклор, археологию, библиологию и т. д. Если бы не политическая и об­щественная деятельность, Бен-Цви стал бы профессиональным ученым-академиком. Его в народе уважают и любят. Выходцы из стран Ближнего Востока и Аравии видят в нем своего «пе­чальника». Он любит принимать у себя самаритян и иеменитов и беседовать с ними об их нуждах на их диалектах.

Уроженец Плонска, уездного города Варшав­ской губернии. Оставив Россию 20-летним юношей, он владеет русским языком и до сих пор продолжает следить за русской, особенно, научной литературой. Как социалист, он неизменно читает и издания московского Института Маркса и Энгельса. За годы существования Израиля Бен-Гурион вырос в фигуру национального масштаба в еврействе и приобрел мировую из­вестность. Его роль в Израиле сравнивают с ролью библейских пророков.

После революции 1917 года на первом всерос­сийском сионистском съезде, созванном в конце мая в Петер­бурге, присутствовали 522 делегата, представлявших 340 сио­нистских организаций из разных пунктов России. Начальник петроградского военного округа, приветствуя съезд, сказал: Ког­да наступит час, и Палестина вновь станет еврейской, забудьте вы, русские евреи, все зло, причиненное вам не по вине русско­го народа, и дайте нам, русским, доступ к нашим православным святыням в стране, когда она станет вашей!..

В период февральской революции, — а на Украине и позже, — сионистское движение стало одним из значительных и актив­ных факторов общественно-политической и национальной жизни русского еврейства. На выборах в общины, в муници­палитеты и т. д. сионисты собирали обычно много голосов, — подчас даже большинство еврейских избирателей. Достаточно отметить в этом отношении результаты еврейских выборов на Украине.

В т. н. Временное Еврейское Национальное Собрание Украи­ны (3-11 ноября 1918 г.) сионисты шли тремя списками, из ко­торых алльгемейне получили 70584 голоса и 42 депутата, цеирей-цион — 23851 голос и 14 депутатов и поалей-цион — 18416 голосов и 11 депутатов. Из 209128 поданных на выборах голосов сионисты получили 112851 голос, немного больше половины всех голосов.

По данным о выборах в еврейские общины на Украине (вес­ной 1919 г.) алльгемейне сионисты получили 81722 голоса и провели 1400 депутатов, поалей-цион — 15092 голоса и 253 де­путата, а цеире-цион — 5261 голос и 103 депутата. На общее чис­ло голосовавших в 187485 сионисты получили 102075 (54,4%), а на общее число депутатов в общинах в 2951 сионисты провели 1756 (59%) ...

Октябрьский переворот 1917 года, разгром всех демократи­ческих организаций еврейства в России, преследования сиониз­ма нанесли жестокий удар еврейству России, — и не только од­ной России. Еврейская Палестина и нынешний Израиль были бы во много раз богаче в духовном и материальном отношениях, если бы в России в октябре 1917 года и в последующие годы не произошло то, что — произошло!

ИЦХАК БЕН ЦВИ, президент Государства Израиль. К ИСТОРИИ РАБОЧЕГО СИОНИЗМА О РОССИИ

Дов-Бера Борохова я знал почти подростком, когда ему было лет 12-13. Среди товарищей и в семье его звали Борей. Только в последующие годы, войдя в общественные дела и выработав свое мировоззрение, он переключился с русского на идиш и стал называться «Берл». Но язык, на котором он думал, говорил и писал, был русский, — язык, на котором выросло и воспиталось все молодое поколение украинских городов в девяностых годах прошлого века.

Дов Борохов родился в местечке Зол ото ноше (Полтавской губернии) 21-го мая 1881-го года, но вскоре семья переселилась в Полтаву. Тут в 12-летнем возрасте он поступил в гимназию, ко­торую окончил в 1900 году. Отец его, Мошэ-Арон Борохов, и мать Рахиль принадлежали к поколению «маскилим» (просве­тителей). Мошэ-Арон Борохов был учителем еврейского языка по профессии. Он преподавал иврит и впоследствии, переселив­шись в Америку, где ему не легко давалось уроками иврит в шко­лах и в частных домах прокормить семью.

При царском режиме еврей, которому удалось определить сына в гимназию, был счастливцем, выигравшим в лотерею. Но в этом случае родители часто уже не были в состоянии давать еврейское воспитание сыну-гимназисту. В те годы в Полтаве, как и в других городах черты еврейской оседлости, было среди евреев немало людей, одушевленных идеей возрождения Сиона, немало противников ассимиляции. Но обычно, как только дети поступали в русскую гимназию, — еврейское воспитание неми­нуемо отодвигалось на второй план. Так случилось и с Борей Бороховым.

В Полтаве, губернском городе на Украине, фабрик и заводов не было. Имелся ряд крупных мельниц, было много ремеслен­ников и мелких торговцев. Летние ярмарки, особенно ярмарка на Илью Пророка, в мое время были уже на ущербе. Население жило главным образом сбытом продуктов, поступавших из ок­рестных деревень. Евреи торговали, занимались мелкими ремес­лами, порой встречались среди них чернорабочие. Из-за отсут­ствия фабрик и заводов в Полтаве не было рабочего движения, ни еврейского, ни общего. Но в этом отношении помогло цар­ское правительство, избравшее тихую идиллическую Полтаву местом ссылки революционеров. Таким образом случилось, что в Полтаве очутился ряд видных представителей передовой рус­ской интеллигенции, как, например, доктор Волькенштейн (из «Народной Воли»), или Владимир Галактионович Короленко, дом которого стал естественным центром местной интеллиген­ции; ссылали сюда и политических деятелей новой формации — «искровцев», эс-эров, толстовцев. Помню среди ссыльных Юлия Мартова (внука А. Цедербаума, редактора «Гамелица»), Боруха Столпнера и других.