Саж Пуассон – Цикл Кребса (страница 22)
Под ногами захрустели цифры.
Вокруг него из теней начали формироваться фигуры.
Защитные программы.
Они выглядели как волки, сделанные из телевизионных помех. Их формы дрожали и менялись. Они рычали звуком испорченного аудиофайла.
Но они не нападали. Они жались к стенам, скуля. Они чувствовали Метрику Энея – чистую, упорядоченную силу, которая светилась вокруг него золотым ореолом.
– Брысь, – сказал Эней, махнув рукой.
Волки рассыпались на ноли и единицы.
Он подошёл к дверям Башни.
Огромные ворота из черного кода. На них не было замка.
На них горело Уравнение.
Сложное дифференциальное уравнение с тремя неизвестными. Оно пульсировало красным, требуя решения. Ошибка в логике, которая заперла сознание мальчика в бесконечный цикл.
– Ты серьёзно? – усмехнулся Эней. – Это же задача для первого курса Академии.
Он поднял руку.
Его палец оставил в воздухе сияющий след.
Он не стал решать уравнение математически. Он ввёл переменную, которую машина не могла просчитать сама.
X = Hope (Надежда).
Уравнение вспыхнуло белым.
Замок щёлкнул. Двери Башни распахнулись, выпуская ослепительный свет.
Энея вышвырнуло из цифрового мира.
РЫВОК.
Он снова был в холодной пещере.
Реальность навалилась тяжестью гравитации. Голова раскалывалась, из носа текла кровь, капая на белый пластик скафандра. Кабель-коннектор дымился.
Рядом раздался звук.
Жуткий, механический звук, словно внутри фарфоровой куклы провернулись шестерни.
Голова андроида дёрнулась и повернулась к нему.
Молочно-белые глаза моргнули.
И в их центре, медленно, как восход сверхновой, зажглись зрачки.
Ярко-голубые. Чистые. Разумные.
Они сфокусировались на лице Энея. Сканер пробежался по его шраму, по крови на губах.
Губы мальчика дрогнули. Сухая, синтетическая кожа на щеках натянулась, потрескавшись.
Звук, который вышел из его горла, был похож на скрежет старого модема, который постепенно модулировался в человеческую речь.
– …Ты… решил… уравнение…
– Было не сложно, – прохрипел Эней. Его зрение начало темнеть по краям. Энергия кончилась. – У тебя там бардак, парень. Кто тебя так отделал?
Мальчик посмотрел на свои руки. Сжал и разжал пальцы. Потом снова посмотрел на Энея.
– Моё имя… Кейн.
– Я Эней. И если у тебя нет обогревателя, Кейн, то я умру через… – Эней скосил глаза на таймер. – …двенадцать минут.
Андроид протянул руку.
Его ладонь вдруг начала менять цвет. Из бледной она стала красной, потом оранжевой.
Она раскалилась.
Не просто нагрелась, а начала излучать жар, как открытая печка реактора.
Кейн положил ладонь на грудь Энея. Прямо на замёрзший блок питания костюма.
– Интеграция, – произнёс он бесстрастным голосом. – Делюсь зарядом.
Тепло хлынуло в тело Энея не потоком, а цунами.
Это было так резко, что он застонал от боли. Замёрзшая кровь вскипела. Сердце, готовое остановиться, получило электрический пинок и забилось галопом.
Эней выгнулся дугой, хватая ртом воздух.
Темнота перед глазами отступила. Темнота стала тёплой.
И в этой теплоте он провалился в сон без сновидений.
ГЛАВА 12. ЗЕРКАЛО ЗВЕРЯ
«Если долго всматриваться в бездну, бездна начнёт всматриваться в тебя. Но если всматриваться в зеркало Древних, ты увидишь не бездну. Ты увидишь того, кто эту бездну создал».
ЧАСТЬ 1. ПОЛИМЕРНЫЙ КОКОН
ВРЕМЯ ПОСЛЕ КРУШЕНИЯ: 4 ЧАСА 12 МИНУТ.
ВНУТРЕННИЙ ПЕРИМЕТР КОРАБЛЯ.
Эней проснулся от ощущения, что его варят заживо.
Тепло было повсюду. Оно было густым, вязким, оно проникало в кости, грубо вытесняя оттуда ледяной ужас Эира. Воздух в шлюзе был спёртым и влажным, как в тропической оранжерее, только пахло здесь не цветами, а горячим пластиком и стерильной химией.
Он резко сел, инстинктивно сжавшись в ожидании вспышки боли в сломанной ноге.
Но боли не было. Было только странное, давящее ощущение тесноты.
Он посмотрел вниз.
Его левая нога, прямо поверх грязного, изодранного скафандра, была залита черной субстанцией. Материал напоминал застывшую вулканическую смолу или обсидиан. Он выглядел жидким, глянцевым, но на ощупь был твёрдым, как камень, и пульсировал мягким, живым теплом.
– Полимерная фиксация, – раздался голос из темноты.
Эней вздрогнул. Голос был лишён эха.
– Я использовал ремонтную пену обшивки. Она ускоряет регенерацию тканей на 200%.
Эней моргнул, активируя интерфейс.
[БИОМЕТРИЯ: СТАБИЛЬНА]