Саймон Грин – Жизнь Райли. Новичкам всегда везет! (страница 25)

– О-о-о! – воскликнул Брэд. – Я бы с удовольствием поучаствовал в вашей постановке «Только не говори Зазе!».

– Нет, – сказала Долли, – это было предупреждение, а не название. – Она на мгновение задумалась: – Хотя…

– Так ты хочешь участвовать, Брэд? – прервала ее Патти.

– Наверное да!

– Отлично! Мы как раз собирались сейчас обсуждать постановку, – продолжила Патти.

– Хорошо, – сказал Брэд, подпрыгивая.

– Эй, Брэд, – пропел я, снова раскрывая рюкзак. – Что у меня здесь? О, ВСЕГО ЛИШЬ КОРОБОЧКА БРАУНИ С ТРОЙНЫМ ШОКОЛАДОМ И ПОМАДКОЙ И СЛОЕМ МАРШМЕЛЛОУ[23] И СОЛЕНОЙ КАРАМЕЛЬЮ СВЕРХУ!

Глаза Брэда загорелись.

– Обсуждение подождет! – сказал он Патти и Долли.

Через несколько минут, когда я увидел Макса, председателя ученического совета, который, похоже, направлялся к нам с анкетами для Брэда, мой выбор катастрофически сузился. Оставалось надеяться, что последние два варианта заинтересуют Брэда настолько, что он все-таки не уйдет с Максом, хотя Брэд уже явно с трудом доедал третий брауни и вряд ли хотел что-то еще.

– Консервированные сосиски для хот-догов. И баночка холодного заварного крема.

Брэд вытер остатки брауни со своего рта и нахмурился:

– О нет, чувак!

Я кивнул:

– Давай… дружище! На самом деле удивительно вкусное сочетание.

Это была ложь. Явно это было бы противно на вкус.

– Ты когда-нибудь пробовал?

– Нет, – сказал Брэд. – А ты?

– Просто обожаю! – воскликнул я.

Это была очередная ложь. При одной мысли об этом мне стало не по себе.

Тем не менее я открыл жестяную банку с сосисками для хот-догов, снял крышку с крема и стал смотреть, как Брэд макает холодную сосиску в застывший крем и кладет себе в рот.

Вспоминая об этом, я понимаю, что это было ошибкой, последней каплей, моментом, когда решилась моя судьба. Брэд пожевал, проглотил, и лицо его побелело. Щеки приобрели зеленоватый оттенок, а на лбу выступили капельки пота. Он взглянул на меня широко раскрытыми глазами и прохрипел:

– Райли, что ты… наделал?

Он немного отрыгнул, затем послышался странный булькающий звук, а потом его буквально вывернуло наизнанку.

Глава 23

Твинкл, Твинкл…

– Я должен остаться с ним! – сказал я школьной медсестре, когда Брэда привезли в ее каби-нет. – Я ему нужен!

– Нет, Райли. Если у него острое расстройство пищеварения, ты тоже можешь заразиться. Его нужно поместить на карантин.

– Нет! – завопил я. – Это не инфекция! Он просто не то съел!

Изнутри кабинета доносились ужасные звуки, Брэда продолжало рвать.

– Я могу прикладывать влажные бумажные полотенца ему ко лбу! – сказал я медсестре. – И петь песни для поднятия духа! – Я кашлянул.

– Путь далекий до Типперери[24], – пропел я. – Путь далекий домой…

– Это медицинский кабинет, а не музыкальное шоу, – сказала медсестра. – Брэду нужен отдых.

– А можно я тогда лягу под дверью и буду ждать, как верный пес? – спросил я.

– Нет, – ответила медсестра, – иди на урок физкультуры со всеми остальными.

Мне не оставалось ничего иного, кроме как переодеться и присоединиться к остальным на спортивной площадке.

– Чего приуныл, Райли? – спросил меня мистер Спенсер, наш сторож, поднимая глаза от газонокосилки, когда я плелся мимо.

– Да все этот бейсбол. Я ненавижу бейсбол, у меня ничего не получается.

– Когда подающий бросает мяч, взмахни битой, поверни таз, но не ноги! – сказал мистер Спенсер.

– Уже довольно сложно, – пожаловался я, – но все равно спасибо, сэр.

Мистер Спенсер кивнул, включил газонокосилку и под ее рев умчался прочь. Я вздохнул и пристроился в конце ряда детей, отбивавших первыми. Подавал мяч Сидни, что всегда плохо, поскольку от Сидни не дождешься нормальной подачи из-под руки или ударом сверху, как делают все остальные. Нет, прежде чем бросить мяч, Сид любит хорошенько разбежаться, вращая руками, словно мельница, и издавая душераздирающие боевые кличи, и, честно говоря, это так ужасно, что многие просто убегают, даже не пытаясь ударить по мячу.

Команда, в которой был я, играла из рук вон плохо, многие выбыли, даже не дойдя до первой базы. Наконец настала моя очередь. Я встал на позицию и поднял биту без всякого энтузиазма, поскольку уже знал, что без Брэда меня ждет поражение. В любой момент могло случиться что-то плохое.

Но тут – о радость! – на поле появился БРЭД ЧИКАГО, облаченный в бейсбольную форму. Он подбежал к спортивной площадке.

– Медсестра меня отпустила! – улыбнулся он. – Как только рвота прошла, я сумел объяснить ей, что сам виноват. Что я мог сказать? Похоже, я съел за один раз слишком много пирожных. И еще сырные шарики. И сосиски для хот-догов с кремом.

Он слегка поперхнулся.

– Со мной все в порядке! Все нормально. Давайте ИГРАТЬ!

Наша команда издала восторженные крики, поскольку тут же стало ясно, что Брэд настоящий профи (помилуйте, на нем была бейсбольная форма!) и у нас появился шанс выиграть.

Что до меня, то ко мне неожиданно вернулась вся моя уверенность. Я знал, что если Брэд Чикаго рядом, то ничего плохого просто не могло случиться.

Я снова встал на позицию, но теперь был действительно готов.

Сосредоточиться на мяче. Предельная концентрация. Я занес биту, скрутил таз, установил контакт – и БАЦ! Это был хороший чистый удар. Первый раз в жизни! Я улыбнулся, видя, как мяч взмыл в воздух, потом вспомнил, что должен бежать, повернулся и…

И тут я увидел ее. ТВИНКЛ! Она неслась по траве к забору на краю спортивного поля. Я рванулся с места, и одобрительные возгласы моих одноклассников на заднем плане сменились криками разочарования, когда я пробежал мимо первой базы, выбежал с площадки и метнулся к Твинкл. Я не оборачивался, ничего не имело значения. Если бы я добрался до Твинкл, все бы уладилось. Если бы она нашлась, я бы перестал быть главным подозреваемым в ее исчезновении, так ведь?

Я бросился вперед, поскольку Твинкл бежала вдоль забора и вдруг прыгнула в отверстие между металлическими прутьями. Сзади кто-то завизжал, и хотя я знал, что бейсбол, конечно, важная игра, но крик показался уж слишком драматичным. Я упал на колени и затормозил у забора. Твинкл посмотрела на меня с другой стороны.

– Привет, Твинкл! – проворковал я. – Иди скорее к Райли!

Я протянул руки между прутьями забора, но она отскочила. Нужно было как-то приблизиться к ней. Крики сзади становились все громче, и я подумал, что это мои одноклассники недоумевают, что я вообще забыл около забора, тогда как должен был побеждать в бейсболе, но все это не имело значения – сейчас были дела поважнее! Я вытянул руки сквозь прутья максимально далеко, но по-прежнему не доставал до Твинкл. Я вывернул голову и с трудом протиснул ее между прутьями, благодаря чему наконец-то дотянулся до Твинкл и схватил ее. Я вцепился в нее изо всех сил (но нежно).

– Я ПОЙМАЛ ЕЕ! – закричал я. – Я НАШЕЛ ТВИНКЛ!

Честно говоря, я ждал аплодисментов и восторженных криков.

Однако услышал только еще больше визгов.

Я немного повернул голову, чтобы посмотреть, что происходит сзади, и…

О нет!

Оказалось, что наш сторож, мистер Спенсер, лежит на земле без сознания, сраженный ударом мяча, по всей видимости отбитого мной. А газонокосилка между тем на полном ходу гоняется за моими одноклассниками по полю, зажив собственной жизнью.

– БЕГИ! – кричал Макс.

– СПАСАЙТЕСЬ! – вопил Омар.

– РЕБЯТА, ОТОЙДИТЕ ОТ ГАЗОНОКОСИЛКИ! – визжала мисс Уокер.

В этот момент я подумал, что неплохо бы вылезти из забора, – и тут же понял, что не могу это сделать, потому что моя голова застряла. Меньше всего я хотел бы застрять в заборе, когда сзади носится неуправляемая газонокосилка, но тем не менее это случилось. Я постарался не паниковать, наблюдая, как газонокосилка преследует моих одноклассников, словно овчарка, а потом меняет свой курс на здание школы. «Наверное, это к лучшему? – подумал я. – Наверное, газонокосилка не может разрушить здание школы?»

Я ошибался.

В ужасе я наблюдал, как газонокосилка промчалась по траве, потом по тропинке и вылетела на покрытую гравием дорожку, идущую по периметру здания, где начала захватывать кучки гравия и разбрасывать их на большой скорости. Крошечные пулеподобные камешки полетели в здание школы, и под их безжалостным натиском одно из окон не выдержало и разбилось. Газонокосилка, похоже, зависла на этом месте и, трясясь, продолжала забрасывать камни сквозь разбитое окно прямо в класс. Я не знал, какой урок там шел, но услышал звон стекла и мужской голос, закричавший: «О НЕТ! ПРИГНИСЬ!» – после чего послышался…