Сайфулла Мамаев – Остров Мечты (страница 8)

— Помогите мне. А я помогу вам. Деньги, бизнес — мелочи. Я куплю ваш бизнес. Весь. Вдвое дороже рынка.

— Что вы хотите от меня?

— Мою дочь. Верните её.

— Но как?

Эриксон включил ноутбук. На экране — потеряшки. Люди с пустыми глазами.

— Вы видите их? Моя Патриция идёт по этому пути. Каждый день теряет себя.

Он переключил запись.

Девушка с его чертами лица билась в истерике, крича о «жужжащих пчёлах под кожей». Потом замерла, глядя в пустоту.

— Я видел вас! — Эриксон повернулся к Хелен, его взгляд прожигал насквозь. — Вы остановили их! Не оружием — силой воли! Как?! Как вы это сделали?

Хелен молчала.

Она выдала себя. Идиотка! Зачем? А затем, что жизнь Марка была под угрозой!

— Помогите ей, Хелен! — Нейл наклонился вперёд. — Мои ресурсы, защита — всё к вашим услугам. Спасите дочь от этой цифровой чумы!

Хелен сидела неподвижно. Внешне невозмутимая, внутри — вихрь ужаса.

— Вы преувеличиваете мою роль, — Хелен прятала под столом дрожащие пальцы, но голос оставался ровным и сдержанным. — Хаос в салоне — стечение обстоятельств. Я лишь находилась рядом.

— Стечение обстоятельств? — Эриксон усмехнулся. — Я стал миллиардером, потому что вижу закономерности. Посмотрите сюда.

На дисплее — крупный план Хелен в момент остановки потеряшек. Видно, как она замерла, как расширились глаза, как дрогнул зрачок. Рядом — изображение безумца, замершего в тот же миг.

— Вы не были рядом. Вы сделали это. Мои программы зафиксировали уникальную энергетическую сигнатуру.

Хелен не знала, что сказать.

— Вы боитесь. Но я не враг. Я могу стать вашим щитом.

Он показал фото Патриции до болезни. Яркая, улыбчивая девочка-подросток.

— Здесь ей тринадцать. Хотела спасать китов. Последнее ясное фото до того, как мир стал расплываться. Теперь не узнаёт себя в зеркале. — Нейл задержал палец на тачскрине. — С тех пор я её не разрешаю фотографировать. Я всё ещё надеюсь на её выздоровление. И не хочу, чтобы однажды, очнувшись, она увидела эти кадры. Эти пустые, безжизненные глаза. Чтобы не знала, кем стала, пока мы искали лекарство. Помогите ей. Пожалуйста.

Хелен смотрела на фото. В глазах юной Патриции — жизнь и весёлые искорки. В глазах отца — боль, отозвавшаяся в ней эхом собственных потерь.

А между ними — она, Хелен. И она поняла: отказать не сможет.

Господи! Столько лет маскировки рухнули за один вечер! Но Марк... как можно было оставить его в такую минуту? И что теперь делать? Как пройти мимо такого родительского горя?

— Мне нужны все данные о Патриции. История болезни, результаты анализов, протоколы лечения, источники эликсиров. До мельчайших деталей! И полный доступ к ней. Без ваших специалистов. Без наблюдения. Только вы — из соседней комнаты.

Хелен жёстко посмотрела в глаза Нейла.

— Один ваш ответ «нет» на любой запрос — и я ухожу. Навсегда.

— Я согласен! — выдохнул Нейл. — Всё готово. Может...

— Что?

— Почему бы не начать прямо сейчас? — его голос едва уловимо дрожал. — Всё здесь. Нам нужно только подняться на лифте.

***

Амстердам. Башня «Norden Group».

Большая спальная комната на одном из верхних этажей «домашней» зоны небоскрёба. Комната, переделанная под больничную палату, мягкие бежевые стены, окна с небьющимся стеклом и тонировкой.

Первое, что ошеломило Хелен — внешность Патриции. Поразительная, почти неестественная красота «нордической богини». Высокая, с идеальными пропорциями... кукла с восковым, отсутствующим лицом. Длинные волосы цвета льняного шёлка ниспадают на плечи. Лицо — классические черты: высокие скулы, прямой нос, большие, но абсолютно пустые голубые глаза. Девушка сидела в кресле у окна, неподвижно глядя в никуда. Губы беззвучно шевелились. Пальцы бесцельно теребили край одежды. Полная беспомощность. Она — идеальная оболочка без содержимого.

В помещении находилась ещё одна женщина. Няня. Выше среднего роста, пропорционально сложенная, прямая спина спортсменки.

— Это Ингрид, — представил её Нейл. — Она с Патрицией и днём и ночью. Они вместе уже много лет. Девятнадцать, если вы понимаете.

Хелен кивнула. Она понимала: девятнадцать лет назад умерла мама Патриции, Ингрид заменила её.

После долгого взгляда на Патрицию Хелен попросила:

— Мистер Эриксон, Ингрид, пожалуйста, оставьте нас наедине. Любое постороннее присутствие... может создавать помехи.

Эриксон вскинул брови — ему тяжело уйти от дочери. Ингрид бросила оценивающий взгляд на Хелен, затем коротко кивнула.

Нейл повторил кивок. Он сам просил Хелен о помощи, ему ли возражать?

Получив согласие босса, Ингрид встала и последовала за ним. Дверь закрылась с мягким щелчком.

Хелен подошла к Патриции. Поставила стул напротив неё. Села так, чтобы их колени соприкоснулись.

— Патриция, ты меня слышишь?

Девушка не шелохнулась.

Хелен взяла руки девушки в свои. Ей не нужен этот контакт, ей нужно привлечь внимание. Хоть на секунду, хоть на миг! Ей нужен зрительный контакт!

Патриция смотрит, но не видит! Она вообще ничего не видит!

Чем же её включить? Имя отца? Навряд ли. Подружки? Тоже не то... Подожди, что Нейл говорил? Увлекалась китами?

— Кит! — резко вскрикнула Хелен.

Есть. Зрачок чуть дёрнулся!

Работаем!

Тончайший импульс-запрос к «системе» Патриции.

STATUS REPORT, IDENTIFY INTERFACE, REQUEST HANDSHAKE.

Ответ:

ERROR 0x7F: CORE PROTOCOLS CORRUPTED. NEURAL NETWORK OFFLINE. CONNECTION REFUSED.

Хелен покачала головой.

Хуже, чем я думала... Интерфейс разрушен полностью. Нет даже рудиментарного отклика...

Ладно, пробуем ещё раз.

— Кит!

Глаза Патриции дёргаются.

Не зрачок, глаза! Неосознанно? Случайно?

Чуть заметный поворот головы. Она «ловит» контакт?

Да!

Есть, пошла информация!

В хаосе сигналов Хелен поймала крошечный, стабильный всплеск данных.