Сарина Боуэн – Год наших падений (ЛП) (страница 48)

Я улыбнулась.

— По мне все было ясно, да?

— Каллахан, ты была честной. Ты не побоялась сказать мне в лицо, что не можешь быть просто друзьями. Это было ударом — то, что тебе, в отличие от меня, хватило яиц это сказать. И я решил все исправить. — Он притянул меня к себе и уложил мою голову у себя на груди. Мне было слышно, как стучит его сердце — тук-тук.

Мой пульс зачастил. Я еще не вполне привыкла к тому, что он наконец-то меня обнимал — совсем, как я все время мечтала. Мой план на данный момент был таков: оставаться в его постели, пока он меня не прогонит. И все-таки у меня еще оставались вопросы.

— Твоя мама знает, что ты типа как следил за отцом?

— Нет, — сказал он. — Но даже не зная деталей, она догадывалась, что в моих отношениях со Стасей есть что-то нечестное, и обожала меня пошпынять. «Адам, почему ты с ней? Ты же умный парень и видишь, какая она высокомерная стерва». И так далее, и тому подобное. Моя мать ненавидит Гринвич, Коннектикут, и все, что с ним связано. А Стася, в общем-то, и не старалась завоевать ее.

— Ты когда-нибудь испытывал искушение рассказать ей про отца? — спросила я.

Он покачал головой.

— Стасе нельзя показывать свои слабые стороны. Иначе она тебя слопает.

— Но это же не любовь.

Он чмокнул меня в макушку.

— Теперь-то я понимаю. Черт, ты только взгляни на меня — изливаю перед тобой душу прямо с утра в воскресенье, словно это самое обычное дело. А все потому, что ты всегда прикроешь мой зад.

— Вообще-то… — Я расправила пальцы на его животе. — Я бы лучше прикрыла твой перед.

Он прижался носом к моим волосам.

— Так давай, малыш.

Кончики моих пальцев запорхали по его талии вниз, и Хартли потянулся ко мне.

Ко мне.

***

Когда спустя час я открыла дверь к Хартли, он еще валялся полуодетым и листал спортивный журнал. При виде меня он быстро сел.

— Извини. Не ожидал, что ты соберешься так скоро.

— Мы же договаривались на пятнадцать минут, разве нет?

Усмехнувшись, он потянулся за футболкой.

— Некоторые женщины подразумевают под пятнадцатью минутами все сорок пять. — Хартли нацепил на свою взлохмаченную шевелюру бейсбольную кепку. — Мне же, с другой стороны, требуется всего сорок пять секунд. — Он ушел в ванную, и я услышала, как он чистит зубы.

Собираясь на завтрак, я распорядилась своими пятнадцатью минутами мудро. Заморочившись больше обычного, я надела новые джинсы и топ. И даже нанесла блеск на губы. Другими словами, мне не хотелось на входе в столовую выглядеть так, словно я только что кувыркалась с Хартли в кровати.

Но несмотря на все эти приготовления, когда мы оказались на лестничной площадке перед бомонской столовой, мое лицо запылало. Замерев у двери, я оглянулась на Хартли.

— У меня словно на лбу все написано, — шепнула я. — И это так странно.

Он только улыбнулся.

— Ты такая хорошенькая, когда паникуешь. Если б я не знал тебя лучше, то подумал бы, что ты стесняешься показываться со мной.

— Может, оно так и есть, — сказала я, сделав глубокий вдох.

Он подошел вплотную ко мне и положил ладонь на мою поясницу.

— Этому колледжу сколько? Лет триста? — Хартли понизил голос до жаркого шепота. — Мы здесь не первые люди, которые занимались сексом еще до воскресного завтрака.

Его губы, согревая меня повсюду, коснулись моей щеки.

— Тут ввели совместное обучение только в семидесятых, — вдыхая его тепло, заметила я.

— Какой облом для всех тех старых дедков. — Он притянул меня еще ближе к себе.

Стоило его рукам вновь очутиться на мне, и я ощутила внутри знакомый зуд возбуждения. Ради сохранения трезвости мыслей я оттолкнула его и сделала вдох.

— Ты не помогаешь мне выглядеть спокойной и невозмутимой. — Я отвернулась от его улыбки и направилась к кухне.

Теперь, когда я была на костылях, а он — нет, нашу еду забрал Хартли.

— Держать поднос всегда было моей работой, — заметила я. От перемены ролей стало больно. Хартли вернулся к нормальной жизни, а я…

Он вздрогнул.

— Каллахан, ты будешь меня ненавидеть, когда осенью я вернусь на каток?

Хм-м… Осенью. Хартли подразумевал, что осенью мы по-прежнему будем вместе. Мне это понравилось.

— Нет, — решила я. — Наконец-то увижу, как ты играешь.

Его лицо засияло от счастья.

— Правда? — Наклонившись, он мазнул мою щеку губами. — Я так волновался.

— Только не жди, что я буду визжать, как фанатка, когда ты выйдешь на лед. И надевать джерси в обтяжку с твоим номером на спине я тоже не стану.

— Да ладно тебе. Ты должна, — усмехнулся он, забирая со стойки наши тарелки.

— Удачно тебе помечтать. — У меня в кармане зажужжал телефон. Я достала его, но это был всего лишь мой брат. С ним я могла пообщаться и позже. — Пойду налью кофе, — сказала я Хартли и, опираясь на костыли, пошла по столовой.

Прикидывая, куда можно сесть, я оглядела столики. За самым длинным сидел в шумной компании Бриджер, но еще там была Стася. Так что этот вариант отпадал. А за нашим любимым столиком у двери увлеченно беседовали о чем-то Дана и Дэниел.

— Куда? — спросил Хартли, поставив на поднос наши кружки.

— Ну, — я указала на свою соседку, — им, похоже, и вдвоем очень уютно.

— Любопытно, — проговорил он. — Но мы им нравимся, так что пошли подсядем.

Когда я дошла до Даны, она сразу подняла голову, и на ее лице вспыхнула взбудораженная улыбка.

— Ни слова, — предупредила я. Мое лицо мигом стало красного цвета.

— Оке-ей… — протянула она, усмехаясь в свою чашку с кофе.

Я села около Дэниела, а Хартли, поставив поднос на стол, скользнул на скамью рядом с Даной.

— Доброе утро!

— Хороший сегодня день, не правда ли? — подмигнул ему Дэниел.

— Очень хороший, — заговорил было Хартли, пока я не метнула в него убийственный взгляд. — Самый обычный.

Дана хихикнула.

— Мисс Кори, — сказал Дэниел, — если вы не желаете распространения сплетен, то вам не стоило разрешать ему ставить себе на шею огромный засос.

— Что? — Я скосила глаза, но, конечно, без зеркала увидеть свою шею было нельзя.

— Видела бы ты свое лицо! — воскликнул Дэниел, и Дана зашлась смехом.

— С такими друзьями, как вы… — пригрозила им я. Но я начала расслабляться. Каждый раз, когда я смотрела на красивое лицо Хартли, мне становилось еще чуточку легче.

— Так, Кори, не позволяй ночи страсти отвлечь себя от истинной цели, — напомнил мне Дэниел. — Эшфорт пообещал не отменять игру, но я опасаюсь, как бы это не пришлось сделать нам.

— Почему?