Сарина Боуэн – Год наших падений (ЛП) (страница 36)

— Я сама туда попросилась. Мой брат был в Бомоне.

Его лицо все еще было искажено тревогой.

— Но… где же вы ужинаете? Ведь вечером общая столовая закрывается.

— Вон там. — Я показала на здание в глубине двора. — Мы с Адамом Хартли еще в самом начале обнаружили технический лифт.

— О! — смутился декан. — Ведущий на кухню?

Я кивнула.

— Они уже привыкли ко мне.

Он совсем покраснел.

— Я чувствую себя просто ужасно. Вы можете перевестись на другой факультет, со столовой на первом этаже.

Я не собиралась этого делать, потому что не хотела терять Дану.

— Все нормально, честное слово. Пожалуйста, не переселяйте меня. Я уже привыкла к этому месту. И потом… тогда я совсем обленюсь, а меня обязали учиться подниматься по лестницам на костылях.

Декан нерешительно помолчал.

— Ну, если вы уверены, мисс Каллахан… — Он откашлялся. — Вы же сообщите мне, если столкнетесь еще с какими-нибудь недоработками с нашей стороны? С любыми, даже самыми незначительными.

— Хорошо.

— Кори. — Он протянул мне ладонь, и я пожала ее. — Я всегда говорю, что не проходит ни дня, чтобы студенты меня чему-нибудь не научили. А вы добавили мне мудрости еще даже до перерыва на чай.

— Мне было приятно, — улыбнулась я.

***

Вечером я надела под спортивные штаны на липучках купальник и добралась до зала на добрых пятнадцать минут раньше начала тренировки по водному поло на камерах. Я хотела переместить себя из кресла в бассейн без зрителей. Зафиксировав кресло, я отстегнула штаны, после чего с помощью изворотливого маневра соскользнула на пол. Сбросив футболку, я засунула одежду в пакет. Затем сняла с колес тормоз и мягко подтолкнула кресло к стене.

Перемещая свою задницу к краю бассейна, я услышала за спиной голос.

— Ты, наверное, Кори?

Я подняла голову и увидела дружелюбно улыбающееся лицо.

— Элисон? — Она протянула руку, и я пожала ее.

Она присела на краю бассейна рядом со мной и спросила:

— Ты когда-нибудь играла в водное поло?

Я покачала головой.

— Но я много плавала во время каникул. — Я откашлялась. — А раньше много играла в хоккей. Так что, мне нравится обыгрывать вратарей.

Ее глаза распахнулись.

— Здорово!

— Ничего, если я заберусь в воду?

— Конечно, ничего, — усмехнулась она. — Мы начинаем минут через пять.

— Это хорошо, — ответила я. Потом нацелилась плечами на воду, наклонила голову и бухнулась вперед, в синеву.

Вынырнув за глотком воздуха, я увидела, что вокруг бассейна собрались остальные члены команды — человек шесть. Элисон и парень, которого я знала в лицо по столовой Бомона, перетягивали через бассейн веревку, чтобы разделить его пополам.

— Мы займем этот конец, — сказал парень с очень бодрым британским акцентом. Я нырнула под веревку и поплыла к той стороне, где он стоял. — Для тех, кто со мной не знаком, меня зовут Дэниел. И поскольку у нас чертовски хорошо организованная команда, — все засмеялись, — сначала я потрачу пару минут на то, чтобы напомнить вам правила. А потом мы начнем тренировку. Итак, берите по камере, — он указал на груду камер в углу, — и давайте намочим плавки.

Все двинулись в угол, и мой пульс застучал. Камеры лежали футах в восьми от бассейна. Приближался один из тех самых моментов, когда мне предстояло попросить кого-то о помощи.

Я ненавидела такие моменты.

Не зная, что делать, я болталась у края бассейна и смотрела, как игроки берут камеры, а потом прыгают в воду. В мою сторону никто не смотрел, что обычно меня очень даже устраивало. Когда снаружи остались только Элисон с Дэниелом, я начала сверлить ее взглядом, надеясь, что она обернется.

Это сработало. Она остановилась на полпути и улыбнулась мне. Показала на камеру у себя в руках, потом на меня. Я благодарно кивнула, и она бросила камеру мне. Но как только я поймала ее, то увидела, что на меня смотрит Дэниел. Он огляделся, и его взгляд уперся в мое инвалидное кресло.

Хмурясь, он почесал за ухом. Затем опустился на корточки.

— Знаешь, игра иногда становится несколько жесткой. Удержаться на камере нелегко.

Мое лицо запылало.

— Ничего страшного, — произнесла я. — Я хороший пловец.

Но потом — поскольку время для смертельного унижения находилось всегда — у меня возникли сложности с тем, чтобы забраться на камеру. Она оказалась больше, чем та, которую раздобыла для тренировок водный инструктор Хизер. Так что я смогла подтянуться и перевалиться через край только с третьей попытки. Правила — которые Дэниел начал зачитывать вслух — требовали, чтобы во время приема мяча «ягодицы» игрока находились в отверстии камеры. Кроме того, игрока с мячом разрешалось сталкивать с камеры, чтобы таким образом вынудить его или ее выпустить мяч.

— Ладно, — крикнул Дэниел, — для разнообразия давайте сыграем, период по семь минут. — Он достал из пакета тренировочные манишки и бросил их четырем игрокам.

Я манишку не получила, что поместило меня в команду Дэниела. Элисон оказалась в другой. Большинство членов своей команды я помнила по столовой, но по именам их не знала. Дэниел дал свисток, и игра началась.

Противоположная команда, получив мяч, начала пасовать, а я тем временем наловчилась разворачиваться при помощи рук. Использовать вдобавок и ноги получалось всего у двух человек. Чтобы доставать ими до воды и эффективно отталкиваться, требовался довольно-таки высокий рост. В кои-то веки бесполезные ноги не должны были стать мне помехой. Мы все, пытаясь маневрировать, барахтались в воде, как рыбешки, и кто-нибудь то и дело начинал хохотать над своими усилиями.

Водное поло на камерах не являлось слишком серьезной игрой.

Долговязый парень по имени Майк перехватил мяч и передал его Дэниелу. Быстро развернувшись, я заняла позицию напротив ворот.

— Я открыта! — подняв руки, крикнула я. Но Дэниел сделал передачу другой девушке из нашей команды — той, что была дальше от ворот. Она бросила и промазала.

Затем этот сценарий повторился еще дюжину раз.

К тому времени, как Дэниел дунул в свисток, я кипела от злости. Я знала, проблема была не в том, что мои товарищи боялись, как бы я не потеряла мяч. Такое часто случалось и с ними. Просто все они видели меня на костылях или в коляске в столовой Бомона и считали, будто я хрупкая. Они боялись нечаянно сбить меня с камеры. Что было бредом. И от расстройства мне хотелось шипеть.

— Эй, Дэниел! — донесся голос с противоположного конца бассейна, где тренировалась другая команда. — Погонять не хотите?

Дэниел оглянулся на нас.

— Если «погонять» это грубый американский аналог нашего «поиграть», то мы за.

— Конечно! — воскликнула Элисон. — Давайте покажем Тернеру, кто здесь босс.

Капитан Тернера, тощий парень в крошечных плавках, перевел своих в наш угол бассейна.

— У нас сегодня всего шесть человек. Сыграем шесть на шесть, или вы одолжите нам парня? Или девчонку?

— Возьмите меня! — Я подняла руку.

Он кивнул.

— Супер. Кто последит за временем?

Я погребла на сторону Тернера, к лицам незнакомых людей. Когда прозвучал свисток, я отправила себя прямо в центр действий, и всего через минуту один из моих новых товарищей, увидев, что я открыта, перебросил мне мяч. Я поймала его — слава богу — и сделала передачу. Пару минут спустя, когда я находилась ближе к воротам, мне опять дали пас.

Вратарем в Бомоне был крупный бородатый парень по кличке Медведь, явно поставленный на эту позицию благодаря ширине туловища, а не талантам. Я притворилась, что ухожу влево, и он купился на мой трюк, как младенец. Пока мяч был у меня, никто из команды Бомона не делал и попытки меня утопить. Я могла держать его в руках хоть весь день. Но не стала. А взяла и уверенно запульнула его прямиком в правый угол ворот.

Моя временная команда возликовала, и я начала получать удовольствие.

Далее я несколько раз делала передачи, но когда открылось следующее окно, попробовала провернуть тот же прием. Единственным человеком, которому урок пошел впрок, оказался вратарь — обмануть его во второй раз было сложнее, но у меня получилось. Пока с мячом была я, остальные бомонцы снова робели и не решались приблизиться.

Дурачки. Я забила еще дважды, и только тогда до них наконец-то дошло.

К следующему моему владению Элисон поумнела. Пока я примеривалась к броску, она заплыла в мою камеру и потянула меня к воде, но я успела отдать передачу и только потом с плеском шлепнулась в воду. Когда я вынырнула на поверхность, мы обе расхохотались.