Сарина Боуэн – Год наших падений (ЛП) (страница 37)

После этого бой стал по-настоящему беспощадным. Бомонцы перестали со мной церемониться, поэтому мне пришлось чаще передавать и реже бросать. Потом, перед самым свистком, когда я находилась прямо напротив ворот, капитан Тернера перебросил мне мяч. Моя фея надежды, одетая в бикини, сплясала молниеносный танец с помпонами. И я, не дав никому опомниться, отправила мяч в угол сетки.

Игра закончилась. С преимуществом Тернера.

К концу я нахлебалась воды и от усталости еле дышала. Ухватившись за край бассейна, я подтянулась и села. Рядом со мной вынырнул из воды капитан Тернера.

— Слушай, спасибо, что сыграла за нас. Вот бы в настоящей игре нам забить хотя бы половину твоих голов.

Я улыбнулась.

— Очень мило с твоей стороны так говорить, но в начале я пользовалась кое-каким странненьким преимуществом.

Он приподнял бровь.

— Я заметил. Но почему?

Я указала подбородком на дальний конец помещения.

— Вообще, мне бы не помешала помощь. Вон то инвалидное кресло принадлежит мне. Ты не мог бы его прикатить?

Он посмотрел, куда я показывала, потом снова перевел взгляд на меня. А потом рассмеялся.

— Окей, я, кажется, понял.

Я кивнула.

— Люди хотят, как лучше. Но иногда им следует преподать урок. Извини, что жадничала с передачами.

Поднявшись, он стряхнул с волос воду.

— Если честно, наблюдать за этим было забавно. — И ушел за моим креслом.

***

Вытеревшись и высушив волосы, чтобы не замерзнуть на январском ветру, я застегнула свою флисовую толстовку и вывезла себя из женской раздевалки. Рядом с лифтами стоял, прислонившись к стене и сложив на груди руки, капитан Дэниел. Увидев меня, он выпрямился.

— Кори. — Из-за его акцента мое имя прозвучало более весомо. — Мне дико стыдно. Прости меня.

Пожав плечами, я нажала на кнопку вызова лифта.

— Все нормально. Со мной такое часто случается.

Он качнул головой.

— Серьезно, я чувствую себя полным ослом. — Его произношение этого слова было очень британским. Со свистящей «с».

Мы вместе переместились в лифт.

— Надеюсь, ты вернешься на игру в пятницу, — сказал он. — Ты нам нужна.

Я хитро улыбнулась ему.

— И что ты готов ради этого сделать? — Я и впрямь флиртовала с ним. Зачем — я понятия не имела. Но это было прикольно.

— Ну… — Он почесал подбородок. — Позволь мне угостить тебя мороженым по дороге домой. У меня от него небольшая зависимость, которую надо удовлетворить.

К своему удивлению я согласилась.

***

— Философия? Сложно, наверное. — Я сунула в рот кончик вафельного рожка.

— О, на самом деле не очень, — возразил Дэниел. — Всего и надо, что спорить на семинарах. А какую специализацию выбрала ты?

— Пока не решила, — ответила я. — Как и насчет многих других вещей.

— Ну тогда, — проговорил он, — советую сосредоточиться на водных видах спорта. И тебя озарит вдохновение.

— Такова моя стратегия.

— Ты так здорово обыграла нашего вратаря, Кори. Надеюсь, что в пятницу справишься и с вратарем Тернера.

— У него неплохая реакция, но он слишком глубоко забирается в сетку.

Дэниел рассмеялся приятным суховатым смехом.

— Это очень высокий уровень аналитики для водного поло на камерах. Ты немного устрашающая девушка, Кори. Для команды противника, в смысле. — В уголках его глаз, когда он улыбнулся, появились морщинки.

— Раньше я играла в хоккей. Следить за вратарем — мой конек.

— Тогда буду с нетерпением ждать пятницы. — Он отодвинул свой стул.

Когда мы собрались уходить из кафе, Дэниел придержал для меня дверь. Порог был слегка наклонен, о чем я не знала. Я энергично толкнула себя в темноту и чуть не переехала Хартли, который отпрыгнул назад.

— Упс, — схватившись за колеса, сказала я.

— Иисусе, Каллахан, — взвыл Хартли. — Ты меня убить, что ли, хочешь?

Дэниел встал рядом со мной.

— Если бы она хотела тебя убить, ты уже был бы трупом. Сегодня Кори это мне доказала.

Я рассмеялась, а Хартли снова перевел взгляд на Дэниела. Его рот сжался.

— Точно.

— Извини, Хартли. Я нечаянно, правда.

В этот момент из соседней двери, за которой стоял банкомат, выпорхнула Стася.

— Добрый вечер, Дэниел, — прощебетала она. Потом взяла Хартли за руку и повела его в сторону библиотеки.

Без единого слова в мой адрес, естественно.

— Пока, — сказал им вслед Дэниел, и я поехала за ним к общежитиям.

— Я будто бы невидимка, — сквозь зубы пробормотала я.

— О, она почти со всеми такая. Ты не особенная.

— Рада слышать, — вздохнула я. Будь Хартли влюблен в девушку поприятнее, я, наверное, еще могла бы это снести. Но Стася была чудовищем, а он, судя по всему, ничего не имел против. Это сводило меня с ума.

— В основном она задирает нос перед девушками, — прибавил Дэниел. — А перед симпатичными — с особым упором. — Это что, был комплимент? — Хотя, практически все парни тоже недостаточно хороши для нее. Со мной она вежлива, потому что я из Европы. Но она не настолько хорошо различает акценты, чтобы расслышать, что я не из того конца Лондона.

— Сколько у тебя интересных теорий, Дэниел.

— Интересные теории — мой конек, — ответил он. Мы остановились напротив Бомона. — Обещай, что я увижу тебя в пятницу?

Я подняла ладонь вверх.

— Я приду. И спасибо тебе за мороженое.

— Не за что. — Он шлепнул меня по руке.

Часом позже я, ощущая себя истинной победительницей, отправилась спать. Сегодняшний день стал Самым Отважным Днем с момента моего поступления в Хакнесс. Он не был настолько особенным, как Самая Странная в Истории Ночь, но я впервые почувствовала, что, возможно, снова смогу начать жить.

Я закрыла глаза. Но прежде чем успела заснуть, тоненький голосок феи шепнул мне на ухо: Хартли не понравилось, что ты была с Дэниелом.

Мысленно взяв крошечный кусочек скотча, я залепила им ее крошечный рот. А потом я заснула.