Сара Фейрвуд – Солнцелуние (страница 7)

– Ты… ты кто? – прошептала я, чувствуя, как по спине пробегает ледяной холодок. Голос предательски дрожал, выдавая весь мой страх. Но я не могла сдержаться. Кто она такая? Что ей нужно? Почему она стоит здесь, в моей комнате и смотрит на меня, словно оценивая добычу?

Она молчала, продолжая сверлить меня своим немигающим взглядом. Тишина в комнате стала давящей, зловещей, словно наполнилась невидимыми сущностями, поджидающими своего часа. Только бешеное биение моего сердца оглушительно нарушало эту мертвую тишину. Я почувствовала, как страх, до этого дремавший где-то глубоко внутри, начинает поднимать голову, оплетая меня своими липкими щупальцами, парализуя волю. Я попала в магическую академию, да, но это не отменяло того факта, что сейчас мне было по-настоящему страшно. Что ей нужно? Почему она просто стоит и смотрит?

Я попыталась встать, отодвинуться от края кровати, подальше от этой жуткой фигуры, но ноги словно приросли к матрасу. Я была парализована страхом, неспособная даже пошевелиться.

– Что тебе нужно? – повторила я, отчаянно пытаясь придать голосу твердость, но получилось только жалобное хныканье, лишь подчеркнувшее мою беспомощность.

Наконец, она заговорила. Голос был тихим, хриплым, словно заржавевшая петля, скрипящая в ночной тишине.

– Ты… здесь ненадолго, – прошептала она, словно озвучивая смертный приговор, вынося его без капли сожаления.

Ее слова, простые и незамысловатые, возымели эффект разорвавшейся бомбы. Не просто страх – леденящий ужас сковал мое тело, парализовал разум.

– Что ты имеешь в виду? – просипела я, с трудом ворочая языком, чувствуя, как пересыхает во рту.

Она медленно, очень медленно, подняла руку. В скудном лунном свете я увидела, что ее пальцы неестественно длинные и тонкие, почти костлявые. Кончики пальцев светились слабым, зловещим желтым светом, словно она держала в руках крошечных светлячков, источающих не жизнь, а смерть.

– Твоя магия… она… не такая, – проговорила она, ее голос стал немного громче, приобретая зловещий оттенок, словно ветер, воющий в пустом склепе. – Она возьмет свое.

Она сделала шаг вперед. Расстояние между нами сократилось до критической отметки. Она поднесла свои светящиеся пальцы к моей шее и резко сжала. Я почувствовала пронзительный, обжигающий ток, пронзивший все мое тело. Непроизвольный крик застрял в горле. Это было больно, холодно, странно – ощущение, которое я никогда прежде не испытывала. Мое тело словно разрывалось изнутри, а сознание медленно погружалось во тьму.

Я резко открыла глаза и села на кровати, обливаясь холодным потом. Справа от меня, по ту сторону комнаты, зажегся мягкий свет ночника. Я судорожно вдыхала воздух, словно тонула, и теперь, наконец, выбралась на поверхность, жадно хватая ртом кислород. Руки дрожали, а в горле першило. Нервно потирая шею, все еще чувствуя отголоски этого кошмарного прикосновения, я старалась успокоить бешено колотящееся сердце.

– Что-то случилось? – встревоженно спросил нежный голос.

Я резко подскочила на кровати, словно от удара током. На меня смотрела милая блондинка с двумя длинными, аккуратно заплетенными косичками, усыпанным мелкими рыжими веснушками носиком и большими голубыми глазами, полными искреннего беспокойства. Она слабо улыбнулась, но в ее глазах читалось смятение.

– Ты… ты кто? – спросила я хриплым, совсем чужим голосом, с трудом узнавая его.

Все, что было только что со мной – это был просто сон? Кошмар, настолько реалистичный, что все еще ощущался на коже, словно реальность? Я не понимала.

– Меня зовут Сабрина, я твоя соседка, – сказала блондинка, с тревогой глядя на меня. – Все… хорошо?

– Да, – отмахнулась я, стараясь успокоиться и взять себя в руки. – Просто кошмар приснился. Меня зовут Талисса.

– Очень приятно, – ответила девушка, ее лицо расплылось в чуть более уверенной улыбке. – Тебе, наверное, нужно выпить воды. Давай я тебе налью?

На ее лице читалось искреннее желание помочь, но я все еще чувствовала себя дезориентированной, словно после сильного удара. Кошмар оставил глубокий след, и я не могла отделаться от ощущения, что он был не просто сном, а предостережением.

«Твоя магия…она…не такая.» Что это значит? И как моя магия «возьмет свое»? Эти вопросы роились в голове, не давая покоя. Я почувствовала слабый озноб.

– Спасибо, буду очень благодарна, – ответила я, пытаясь скрыть дрожь в голосе. Нужно было собраться и разобраться что происходит. Это была магическая академия, а не зловещий замок из кошмаров. Нужно было успокоиться и действовать логически. Но как можно логически мыслить, когда в голове звучит эхо леденящего душу голоса?

Я жадно припала губами к стакану, который протянула мне Сабрина. Прохладная, чистая вода медленно утоляла жгучую жажду, которая внезапно охватила меня. Я почувствовала как напряжение чуть спадает, но дрожь в руках оставалась. Я сделала еще один глоток, пытаясь сосредоточиться на реальности – на мягком свете ночника, на тихом дыхании Сабрины, на привычном скрипе кровати подо мной.

– Спасибо, – прошептала я, возвращая стакан. Мой голос все еще был хриплым, словно я кричала всю ночь.

Сабрина поставила стакан на прикроватную тумбочку и снова повернулась ко мне, ее взгляд был полон нерастраченной тревоги. Она сидела на своей кровати, поджав колени к груди, маленькая и уязвимая в мягком свете.

– Он был очень плохим? – тихо спросила она, не отрывая взгляда.

Я кивнула, не находя слов, чтобы описать тот ужас, который пережила. Как рассказать ей о жуткой фигуре, о костлявой руке, о леденящих словах? Как объяснить ощущение собственной магии, которая вдруг стала чем-то чужим и опасным? Которую я даже не чувствовала!

– Просто… очень яркий, – наконец выдавила я, пытаясь скрыть истинный масштаб происходящего. Часть меня не хотела пугать ее, а часть – просто не знала, как выразить это в словах.

На лице Сабрины отразилось понимание, смешанное с сочувствием.

– Первые ночи в академии бывают тяжелыми, – сказала она, ее голос стал немного увереннее, словно эта тема была ей знакома. – Новое место, новые люди, предвкушение занятий… Мозг перерабатывает все впечатления. Мой первый кошмар был про профессора Элдрона и летающие учебники-монстры.

Она слабо улыбнулась, пытаясь разрядить обстановку. Я оценила ее попытку, но внутри меня все сжималось от страха, который не имел ничего общего с летающими учебниками. Мой кошмар был личным, нацеленным именно на меня и мою магию. Или на ее отсутствие? На мою не знакомость с ней?

– Ты уже знакома с магией? – спросила я, пытаясь перевести разговор на что-то более конкретное, на то, что, возможно, объяснит произошедшее. – Ну, то есть, ты знаешь про то что она существует и что ты обладаешь ей. Я имею в виду… тебе говорили?

Сабрина вскинула бровь, удивление в ее глазах было искренним.

– Да, а разве ты нет? Разве… тебе не сообщили, когда доставили в академию?

Я горько хмыкнула, этот звук прозвучал в тишине как скрежет.

– Эм, я до сегодняшнего дня жила в приемной семье, пахала огороды и убирала ночные горшки, – я почувствовала, как желчь поднимается к горлу при одном лишь воспоминании. – Если бы я знала хоть крупицу того, что есть что-то помимо этого… что существует этот мир, – я обвела рукой нашу комнату, утопающую в тени, – А уж тем более магия, я бы давно превратила свою ненавистную семейку в жуков или, не знаю, в кучки навоза.

Сабрина захихикала, прикрыв рот рукой. Ее смех был тонким, серебристым, и на мгновение я почти забыла о липком страхе, который все еще цеплялся за меня.

– В навоз, – повторила она, все еще улыбаясь. – Это… радикально. Но я тебя понимаю. Мои родители… они тоже были не то, чтобы в восторге, когда у меня впервые проявилось. Была небольшая… неприятность с соседской кошкой и моей первой попыткой телепортации.

Она замолчала, улыбка медленно сошла с ее лица. В ее глазах снова появилось беспокойство, которое я заметила с первой минуты, как нас оставили в этой комнате. Она смотрела на меня с какой-то настороженностью, будто пыталась прочитать что-то, чего я сама не знала.

– Но… у тебя не было ни разу проявления магии, там случайно что-то левитировало, или может росли быстро цветы? Или, например от настроения менялась погода? – ее голос стал тише, почти шепотом, хотя вокруг не было никого, кто мог бы нас услышать. Каждая ее фраза звучала как вопрос, требующий не просто ответа, а подтверждения чего-то немыслимого.

Я отрицательно покачала головой, чувствуя себя совершенно пустой. Пустой от магии, пустой от понимания всего этого.

– Ничего. Просто… просто оказалась здесь. Меня вытащили из приемного дома, так же, как и хозяйского сына, приволокли в черный замок, а потом уже тест и я здесь.

Я умолкла, чувствуя, как абсурдность ситуации наваливается на меня с новой силой, как тяжелый пресс. Магическая академия. Я. Человек, который не знал о существовании магии еще сутки назад. Человек, чья собственная магия, кажется, сейчас стала объектом непонятного нападения из кошмара. Это не был сон. Это была реальность, но настолько извращенная, что больше походила на бред.

Тот тест. В том черном замке. Я помнила только холод. Не обычный холод камня, а пронизывающий, ледяной холод, который, казалось, не касался кожи, а проникал прямо в кости, глубже, в самую сердцевину. Словно что-то чужое, ледяное, попыталось прорваться сквозь меня, вырвать что-то, чего я сама не ощущала. Тогда мне показалось, что это просто реакция на страх, на незнакомую обстановку, на грубых людей, которые меня тащили. Но сейчас, глядя на Сабрину, на ее беспокойство, я понимала – это было другое. Это было связано с тем, почему я здесь оказалась. Или почему я такая, какая есть сейчас.