Сара Дессен – Выше луны (ЛП) (страница 39)

— Разумеется, — оскорбленно заявил Клайд. — Это же моя коллекция!

— С каких пор? С обеденного перерыва? — он заморгал. — Клайд, я же видела ценник на книге, она куплена сегодня. Как и все они, видимо.

На это он ничего не ответил: мы оба знали, что ему нечего сказать. Разумеется, Айви и Тео могли бы поверить в то, что это его коллекция, а на ценник никто бы не обратил внимания, но я прекрасно знала, что местная библиотека охотно продает старые книги, чтобы были деньги на покупку новых.

— Ладно, ты победила, — сдался он. — Это было не очень красиво с моей стороны, но она унижает наш город и всех его жителей. Пусть проявит уважение!

— И ты решил атаковать ее путеводителями.

— Не атаковать, — поднял он указательный палец вверх, — а помочь узнать больше об этом месте.

Парень, поедающий пирог, фыркнул.

— Доброй ночи, Клайд, — покачала я головой.

— Стой, не уходи рассерженной! — позвал он, когда я направилась к дверям. — Я не хотел задеть этим твоего парня, он милый парнишка.

— Он не мой парень.

— Нет? Должен сказать, мне полегчало.

Я обернулась. Сперва Айви, теперь Клайд — не говоря уж об утренних событиях. Почему все кругом считают, что моя личная жизнь — их дело.

— Ты только что сказал, что он милый парнишка.

— Так и есть, — пожал Клайд плечами. — Но ты же знаешь, как оно бывает. Это никогда не заканчивается хорошо.

— «Это» — это что? Отношения? — уточнила я. — В таком случае, ты весьма субъективно обобщаешь.

— Тоже верно, — согласился он. — Нельзя судить обо всех. Но, когда дело доходит до городских кренделей и людей вроде нас — то что? Разве это хорошо заканчивается?

Я вспомнила, как Эмбер говорила то же самое о нас с Люком и возможности сохранять отношения, когда мы поступим в колледж. Видимо, и на этот раз удача была не на моей стороне. И что это значит? Что я не смогу быть счастливой ни с кем на свете?

— Ну, да, — пожала плечами я. — Кто же должен начать. Почему не я?

Клайд с пару мгновений смотрел на меня, затем улыбнулся.

— Доброй ночи.

— Доброй ночи, — отозвалась я и на этот раз вышла за дверь.

Глава 12

— ПОКА НЕ СМОТРИ, — предупредил Тео. — Не подглядываешь?

— Не подглядываю, — заверила я, стараясь не моргать. Он закрыл мне глаза руками, и мы куда-то шли.

— Хорошо. Еще немного… Мы почти на месте.

Даже несмотря на то, что я ничего не видела, мне было ясно, что мы идем по песку. Это сужало круг возможностей того, где может находиться Супер-Секретное Место, Выбранное Тео Для Лучшего Первого Настоящего Свидания. Ну, не слишком сильно, конечно, сужало, но все же. Мы были в Колби, я, кажется, наступила на что-то, похожее на попкорн, а это означало, что мы, наверное, где-то неподалеку от дороги. Однако ветер был довольно сильный, и мне было сложно сориентироваться.

— Так, теперь всего один шаг наверх, — он поддержал меня за локоть. — И еще один. Отлично. Теперь два шага назад, глаза не открывай. Теперь считай до десяти.

— Тео, — запротестовала я, когда он отпустил мою руку, однако глаза не открывала, — нам и в самом деле нужно…

— До десяти! — его голос раздался чуть в отдалении.

— Один, два, три, — начала я. Мне в лицо попала песчинка. — Четыре, пять, шесть…

— Давай помедленнее!

— Се-емь. Восемь. Де-евя-ять…

Внезапно он снова оказался рядом со мной и взял меня за руку. На счет «десять» я открыла глаза.

Первое, что бросилось мне в глаза, разумеется, океан. Затем я поняла, что мы стоим на деревянном настиле, усыпанном песком. Перед нами стояли деревянный столик и два стула. На столе стояла бутылка вина, два бокала и белый бумажный пакет. Я оглянулась, ожидая увидеть дом, но позади нам были лишь дюны.

— Ого, — пробормотала я. — Это…

— Разве не здорово? Я нашел это местечко, когда бегал утром. Прекрасный уголок в самом центре природы. А стулья и стул были вон там, — Тео махнул рукой в сторону дюны, — и я принес их сюда.

— Здорово, — подтвердила я. Тео сжал мою ладонь, явно довольный собой.

— Ладно, это еще не все. Это ведь только начало нашего Лучшего Первого Настоящего Свидания. Садись, я за тобой поухаживаю.

Я села за галантно отодвинутый им стул, и огляделась. Проход, по которому он привел меня сюда, был огорожен белыми перилами, на которых висели обрывки желтой ленты.

Спустя две недели или около, после того как мы с Тео стали выбираться куда-то регулярно, я узнала о нем несколько вещей. Во-первых, он обожал помпезность. Все было Событием с большой буквы. Так, например, наш первый поцелуй в магазине бытовой техники стал Началом Отношений В Самое Прекрасное Лето. Не поймите меня неправильно, я ничуть не была против: Люку постоянно приходилось напоминать то об одном, то о другом, он и про мой День рождения легко мог забыть. Так что со стороны Тео было мило помнить важные моменты.

Во-вторых, как бы странно это ни звучало, многое из того, что делал, говорил или думал Тео, казалось мне непонятным. Он находил очаровательным, прекрасным, очень интересным абсолютно все, что было в Колби, а мне это было в новинку, ведь я видела это всю свою жизнь. И историю родного города тоже знала.

Например, это место, куда он привел меня на свое первое свидание. Эти стол и стулья стояли здесь не просто так — годом раньше здесь была съемка, и они были частью декораций. Затем их отнесло к дюнам ужасным штормом, который разыгрался в сентябре, и никто не стал их искать. С вероятностью в 99 % это были именно они, непонятно было лишь то, каким чудесным образом они не пострадали и не развалились в процессе экстремального путешествия.

Тео восторгался всем: поездкой вдоль океана на автомобиле, пустынной дорогой вечером, кинотеатром под открытым небом, где можно смотреть фильмы из машины. Мы битых десять минут разглядывали трещину на стене в кафе, и ему это и в самом деле было интересно! Забавно, что у меня с этими местами были совершенно другие ассоциации: в кафе мы пришли с Люком на одно из наших первых свиданий (и на многие последующие), а кинотеатр был связан для меня с первой в жизни прогулкой допоздна и первым похмельем (чем я не горжусь). Я не спешила рассказывать об этом Тео, а вот он делился со мной каждой мелочью, которая привлекла его внимание. Таков уж он был, и его энтузиазм, кажется, не иссякал никогда. Тогда, в магазине Герта, меня удивил его восторг, но я подумала, что это была радость, связанная с находкой, полезной для фильма. Однако оказалось, что Тео вел себя так всегда. Он просто был таким человеком, а я рядом с ним становилась похожей на него, разделяя его энтузиазм и оптимизм. Пусть даже иногда мне и казалось это невероятно глупым.

— Итак, — сказал он тогда на нашем первом свидании, поднимая бокал. — Тост. За Самое Лучшее Лето. И за тебя.

— И за тебя, — повторила я. Мы чокнулись бокалами и сделали по глотку. Вкус вина до сих пор был мне непривычен, любовь Тео к красному вину я пока не разделяла.

— Ах, да, чуть не забыл, — он поставил бокал на стол и открыл белый бумажный пакет. — Я принес нам закуску.

— Закуску?

— Да, — он открыл пакет. — Мои родители каждый вечер между пятью и шестью часами накрывают на стол, у них там обычно напитки и закуска. Как правило, мартини, оливки, какие-нибудь бутерброды с лососем, ну и так далее.

Я никогда не ела ничего подобного, но не стала делиться этим фактом.

— Правда?

Он кивнул и достал из пакета контейнер.

— Не переживай, это не то, что я принес нам. Их еда… Она не для всех.

Я улыбнулась в ответ на это. Пока Тео выставлял контейнеры на стол, я вспомнила о папе, сидевшем с двумя бутылками холодного пива по вечерам. Ничего общего с родителями Тео, надо думать. Впрочем, я и не надеялась на большое сходство между нашими семьями.

Тео вырос в Нью-Йорке и окончил частную школу. Его отец был психиатром, мама — редактором в издательстве, специализировавшемся на выпуске книг о путешествиях и искусстве. Он был поздним ребенком, родители называли его «Наш приятный сюрприз», и Тео рос в окружении симфоний, картинных галерей и опер. У них не было телевизора, когда сын был маленьким, а фаст-фуд никогда не оказывался на полках их холодильника. Свою первую сырную палочку Тео попробовал со мной пару дней спустя после нашего первого свидания.

Не то что бы я специально хотела накормить его чипсами, просто упаковка их оказалась со мной, когда я заехала за ним. Вот, кстати, еще один факт о Тео: он не водил. Во всяком случае, водил неуверенно. У него были права, но за все то время, что он провел в Колби, они редко использовались. Ему было комфортнее на пассажирском сиденье, чем за рулем. Впрочем, меня это не смущало, ведь мне нравилось водить. С Люком мы постоянно спорили о том, кто поведет машину, и если я оставалась на пассажирском сиденье, то постоянно смотрела в зеркало заднего вида и на спидометр.

Так вот, в тот день, когда я заехала за Тео, он увидел пакетик с сырными палочками у меня на коленях и поинтересовался:

— Это твой ужин?

— Нет, просто перекус, — я закинула одну в рот. — Хочешь?

— Давай.

Я протянула ему пакет и наблюдала, как он осторожно достает сырную палочку, разглядывает ее, кладет в рот, осторожно жует и прогладывает.

— Хм. Интересно.

— Что?

— Вот эта… Штука.

— Сырные палочки, — улыбнулась я, заводя мотор. — И что, странный вкус у них?

— Не знаю. Это первое, что я когда-либо ел из чипсов.